Игры смерти (СИ)

«Наверное, ему не понравилось увиденное», — прикинул Зевс и лбом зарылся во влажную почву, чтобы не отправиться следом: «Повезло же оказаться выше, но так бездарно профукал преимущество».
— Лучше не поворачивайся, Ведьма. Не поворачивайся! Упрись краем доспеха в землю. Пусть придерживает тебя упором.
— Лучше не буду шевелиться, — выдохнула та.
Внизу между тем, происходили забавные вещи. Разделавшись с всадниками, дендроиды… полезли наверх!
  
— Да твою ж мать! — выругался Зевс.
Время словно ускорилось в десятки раз, а выжившие игроки наоборот замедлились. Цепляясь ветвями, вбивая в землю корни, втискивая их меж камней смертоносные растения приближались. А вместе с ними — приближалась их светлая сила. Ползти вверх для тёмных воителей, в то же время, стало почти невозможно. Даже с фантастической мощью мёртвых, подтягиваться вверх на одних руках, по скользкой траве, они уже не могли.
Очень скоро ближайший древочеловек достиг нижней линии отступающих. Защелкали удары рук-веток — словно удары хлыста. Игроков шлёпали как комаров или прибивали как тараканов, захваченных в липкой ловушке.
Но Зевс не смотрел. Он замер, как тот самый таракан при включенном свете. Вдруг не заметят? Сбоку лишь посматривал на подругу. Если что, подхватить за руку в последний момент.
Оба замерли, надеясь, что пронесёт. Прочие геймеры обгоняли их пару, но Зевс и не думал шевелиться, удачно зацепившись нижним краем доспеха за торчащий корень. Хоть какой-то упор. Когда угол наклона станет свыше 90 градусов, руки уже не спасут.
Ведьмочка, не утерпев, посмотрела вниз.
«Господи, ну и высота-а-а-а!» — подумала она.
То, что недавно было пустой равниной, превратилось в горное плато, возвышающееся над землей едва не на полкилометра.
«Проклятый виртуал!».
Избитые, мокрые, еле живые, в одних грязных металлических панцирях, они впились в него, как рудокопы в грунт.
Определенно, у скелетов работал несуществующий мозг или какой-то неизвестный виртуальный заменитель, иначе мир бы так не вращался, напоминая о привычном человеческом головокружении от усталости или страха. В глазах мелькало и мельтешило. Их подташнивало. И руки слабели!
Застыв, выжившие смотрели в небо. Чужое, несуществующее. Но такое сумрачное и прекрасное!
— Черт побери, я хочу жить, — обронил Зевс шёпотом.
Сильнейший ливень лупил в лицо, смывая грязь и усталость. Дерзкий, бодрящий, почти обжигающий холодом, он напоминал о главном — надо жить!
Никогда в прежней жизни Веда не думала, что будет так рада в преддверии смерти ледяному потоку с неба.
— Знаешь, Ведьма, ты классно выглядишь под дождем, — обронил напарник сбоку.
— Даже мёртвая и из одних костей? — уточнила подруга.
— Пофиг на внешность. Я же знаю, что содержание твоё… лучше.
Она не могла улыбнуться телом, но улыбнулась словно самой душой. Внутри потеплело. Она на миг потеряла концентрацию, и рука сорвалась. Он мгновенно протянул руку и резко накрыл её оставшуюся руку, сам рискуя сорваться.
Коктейль из жгучего ожидания смерти и неожиданной близости, невероятной для существ без плоти, но приправленный доверху адреналином, вскипел в несуществующих жилах, словно крепостная смола.
У обоих.
В глазах замельтешило. Мир схлопнулся, перенося на следующий этап.
 Глава 21 
 СЕРЫЕ. Валькирия. III Level 
Боль ушла, едва Акробат осознал себя после загрузки нового уровня.
«Странно, — подумал Тим. — Ничего не болит. Новый уровень сгладил повреждения старого? Это ж насколько разработчики окопались в моем мозгу, чтобы убедить меня, что тело смертельно ранено, и я ощущаю физическую боль? Теперь эти ощущения убрали, и я снова здоров. Обманка. Иллюзия! Может нас и не существует давно? Так, остатки чьих-то воспоминаний. Мы — сон уснувшего Бога».
Акробат отчетливо помнил, как на прошлом уровне его как следует отделал зеленокожий гигант. От смерти отделяли считанные мгновения. Но произошло перемещение на следующий этап, и — о чудо! — он снова оказался цел и невредим.
— Чёрт побери, — обронила стоящая радом Валькирия. — Я рада, что ты жив… напарник.
Тим усмехнулся в ответ:
— Я тоже, партнёр… по играм.
Кира кивнула и принялась изучать их новую внешность. Теперь вместо зелёных плащей «лёгких пехотинцев» на них красовалась длинная кольчуга, едва не доходящая до колен. Серые сафьяновые сапоги с заостренными носами и конусообразный шлем с маленьким флажком дополняли картину. Кинжал в левой руке заменил круглый деревянный щит, обшитый железными полосами и покрытый многочисленными клепками. А вот меч в правой руке превратился в мощный, но короткий одноручный топор с рукоятью, укрепленной полосой стали. Нижняя часть топорища при этом была плотно обмотана тканевой лентой — чтобы рука в длинной кожаной перчатке держала крепче в момент удара. На кольчугу, со стороны груди были наклепаны прямоугольные металлические пластины, предназначенные заменить кирасу. В таком наряде напарники стали походить на средневековых русских или варяжских дружинников, что сражались спешенными, без коней.
Смотрелось эффектно. А ещё больше поражали знания, которые просто проникли в их головы обо всём этом, как будто базы обновили.
— Просто чудо! — с восторгом проговорила Валькирия. — Всегда мечтала о таком наряде. В первый раз в жизни я почти как настоящий викинг. По градации Игры мы теперь тяжёлые пехотинцы, если не ошибаюсь. Так?
Тим только пожал плечами.
«Ну что за девчонка? — подумал он. — Нас уже в четыре раза меньше, чем было на Серой Тропе. А для неё будто ничего не случилось. Запрятала страхи далеко вглубь? А ведь внешне и не скажешь. То поджопника отвесит, то по уху залепит, лишь бы сам не отчаивался. Однако, лучше партнёра у меня и быть не могло».
— Эй, Тим! — перебросив топор в левую руку, Валькирия схватила Акробата за одежду и тряхнула изо всех сил. — Я вижу, ты задумчивый стал не в меру. Мы победим, слышишь? Дойдем до конца. Не погибнем!
— Я… понимаю.
— Ты давай, не расклеивайся. Или на тебя так этот мелкий тролль повлиял?
— Ну как бы…
— Сильно прижало?
— Прекращай уже! Я чуть не умер!
Акробат оторвал от себя руку девушки и поднял обиженный взгляд. Несмотря на то, что Игра их только что «сотворила» на этом уровне, Валькирия увидела перед собой красные, полные неуверенностью глаза.
«Наверное, решит, что я могу вылететь уже на этом уровне», — со злостью подумал Тимофей. — «А вот не дождётся!»
— Да не сдался я, не сдался! Повоюю ещё. У меня просто взгляд такой… унылый.
— Смотри мне, — усмехнулась боевая подруга. — А то дезертирство я на корню пресеку. Проще ведь сразу ножом в бок, чем потом ждать удара в спину.
Взгляд Тима стал озадаченным.
«Ты это сейчас серьёзно⁈»
Она состроила зверскую рожицу — на зависть всем адским созданиям вместе взятым. Угрожающе-угрюмую и лихую. Он только усмехнулся. Похоже, рядом с ним не только напарница, то и заград-отряд в одном лице.
А что вокруг?
Примерно две с половиной тысячи ополченцев, в числе которых находились они с Валькирией, стояли посреди бескрайнего кладбища. Лёгкий туман-дымка стелился по сырой, мягкой земле, словно недавно здесь прогулялся дождь. Солнце еле-еле светило, редко пробивая хмурые тучи золотыми лучами. Обувь проваливалась по щиколотку в сырой чернозем, громко чавкая подошвами при извлечении. Плодородная земля, мягкая, без единого камня. И так беспечно пущена под кладбище?
  
Раньше Тимофей читал о подобных вещах в некоторых странах. Пока в мелких странах вводили крематории и бились за каждый квадратный метр, облагораживая всё, что было под ногами, большие страны позволяли себе свалки мусора, радиоактивных отходов, и заброшенные, не освоенные земли, под ничто. Некоторые даже называли это дикой природой, пока весь мир не укутался в радиоактивное облако. И диким стал весь мир.