Возвращение атлантов
Часть 1
Восток – дело тонкое
Каждому свое
Пока на Черном море патрульные катера из будущего топили турецкие фелюги и британские шхуны, пытающиеся прорваться к Черноморскому побережью Кавказа, в Петербурге шла тихая, часто незаметная работа по чистке государственного аппарата от чиновников, которые не могли или не хотели трудиться на благо государства Российского.
Стараниями ведомства графа Бенкендорфа и при прямом содействии его советников из XXI века, согласно составленным проскрипционным спискам, тот или иной глава департамента, или высокопоставленный бюрократ, отправлялся в отставку или оказывался под следствием за взятки и казнокрадство. Понятно, что одним махом невозможно вычистить ту «Клоаку Максима» [1], в которую превратился государственный аппарат Российской империи. Но все ж даже самые самоуверенные чиновники, до сих пор считавшие, что они могут безнаказанно запускать свои вороватые руки в казну, вдруг поняли, что и до них могут добраться вездесущие агенты III отделения СЕИВ Канцелярии. Часть из них умерили свои аппетиты, а некоторые, от греха подальше, подали в отставку и укатили в свои имения.
Император Николай I не мог нарадоваться, глядя на свою любимую Адини, вернувшуюся из будущего. Она посвежела, похорошела, и ее было просто не узнать. Царь счел все это влиянием своего советника, подполковника Щукина. К тому же в прошлое, к великой радости Адини, вернулся и Сергеев-младший. Теперь влюбленные виделись практически каждый день. Николаю все больше и больше нравился будущий зять. Он был храбр, умен, честен и, самое главное, – Адини в нем души не чаяла.
В учебном подразделении заканчивал свою стажировку поручик Тенгинского полка Михаил Лермонтов. По отзывам лиц, наблюдавших за ним, поручик изменился в лучшую сторону – стал дисциплинированней, рассудительней и уже не старался самоутвердиться среди окружавших его людей, поддразнивая их. По возвращении его из будущего Николай решил поговорить с ним лично и уже потом принять окончательное решение – назначить Лермонтова командиром группы специального назначения, задачей которой будет борьба с мелкими маневренными группами горцев и перехват караванов с боеприпасами и оружием, тайными тропами следовавшими в Чечню и Дагестан из Турции, или, для начала, дать ему возможность постажироваться под началом более опытного командира. Александр Шумилин предложил в качестве такого командира есаула Якова Бакланова, который в данный момент служил в Донском учебном полку.
А курировать этот свой первый на Кавказе «спецназ» Николай, по совету того же Шумилина, должен был поручить Сергееву-младшему. Правда, для этого ему пришлось бы на время покинуть Петербург и отправиться на Кавказ, но император решил, что командировка будет недолгой. И когда жених великой княжны вернется из нее, то он благословит Адини и Николая на брак и отправит их в будущее, где они и обвенчаются. Императору не хотелось, чтобы о свадьбе его дочери узнали посторонние.
Чета Одоевских оставалась пока в будущем. Беременность протекала у княгини Ольги Степановны сложно, и для нее было бы лучше находиться под постоянным наблюдением опытных акушеров-гинекологов. Владимир Федорович, чтобы не сидеть без дела, писал свои воспоминания о Пушкине, Лермонтове и других своих современниках. В будущем находилась и Ольга Румянцева с Карлом Брюлловым. В общем, кто-то занимался устройством своих личных дел, а кто-то трудился не покладая рук. Среди последних был и Антон Воронин.
Он уже научился открывать портал из прошлого в будущее. Теперь можно будет обеспечить двухстороннюю связь между XIX и XXI веками. Важность нового открытия Антона Воронина трудно было переоценить. В случае необходимости можно, не дожидаясь открытия портала из будущего, запустить машину времени, установленную в прошлом, и оказаться в XXI веке. Антон провел несколько пробных открытий и закрытий порталов – агрегат работал как часы.
Узнав об успехах Антона, Олега Щукина вызвало в Москву высокое начальство. На прошедшем там совещании было решено инициировать освоение территорий в Русской Америке и в Калифорнии. Просто дух захватывало от открывшейся перспективы. Можно было с помощью портала на Дальнем Востоке перебросить в прошлое несколько ОТРК «Искандер-М» и поставить их на боевое дежурство на Аляске или в той же крепости Росс. В случае чрезвычайной ситуации будут открыты порталы, и выехавшие через них ОТРК проведут пуски ракет с ядерными боеприпасами. Перехватить их будет практически невозможно. Но это всего лишь один из вариантов использования открытия Антона Воронина.
В прошлом же было решено вплотную заняться освоением Дальнего Востока и Русской Америки. Для этого следует через порталы перебросить в XIX век несколько патрульных кораблей Тихоокеанского флота, чтобы приструнить британских и американских китобоев и промысловиков, браконьерствовавших в российских территориальных водах. Янки и британцы безжалостно истребляли в водах Аляски каланов, скупали за бесценок у местных жителей пушнину, спаивали чукчей и эскимосов. Было решено создать на паях компании, которые займутся добычей золота и серебра. Благо в будущем хорошо известны местонахождения участков в Калифорнии и на Аляске, богатых драгметаллами. Все это сулило большую выгоду и Российской империи, и РФ.
Император согласился ввести в правление Российско-Американской компании несколько человек из будущего. Одним из них он хотел бы видеть Виктора Сергеева, который был не только рачительным хозяином, но и его будущим родственником.
В настоящее время управляющим Российско-Американской компании является капитан 1-го ранга Адольф Карлович Этолин – уроженец Гельсингфорса, типичный швед, старательный, упрямый и хозяйственный. Император решил, что Сергеев-старший найдет с ним общий язык. Кроме того, отставному майору будет поручено негласное поручение – посланник России в США тайный советник Александр Андреевич Бодиско сообщил царю, что имеется возможность официально закрепить за Россией не только крепость Росс, но и некоторые территории в Калифорнии. Требовалось лишь кое-кому в Мехико дать «на лапу».
Николай Павлович сперва категорически отказался вести переговоры с мексиканцами – республиканцами и мятежниками, отделившимися в свое время от Испании, да и к взяткам, как и к прочим противозаконным, с его точки зрения, поступкам, царь испытывал отвращение. Но Олег Щукин уговорил императора дать отмашку посланнику Бодиско начать пока еще приватные переговоры с мексиканским правительством, а Виктору Сергееву прозондировать обстановку на месте, чтобы определить – что еще можно «отжать» у местных властей.
Дело в том, что в Калифорнии начальство менялось с калейдоскопической скоростью. Власть Мехико над Калифорнией была чисто номинальной. Хотя и в Мехико дела обстояли ненамного лучше. С 1832 по 1855 год власть там менялась 36 раз. Поэтому грех было не воспользоваться подобной политической нестабильностью и всерьез не обосноваться в Калифорнии. Так что надо будет осваивать не только бухту Бодега, на берегах которой расположилась крепость Росс, но и залив Сан-Франциско.
Так что работы было невпроворот. Все люди, как из прошлого, так и из будущего, осознавали важность того, что им предстоит сделать, и делали все, чтобы история России двинулась по новому пути.
* * *Император Николай I сегодня целый день находился в тяжких раздумьях. А причиной тому стали известия, поступившие в Петербург из Франции. Касались они племянника Наполеона Бонапарта принца Шарля-Луи Бонапарта. Этот непутевый отпрыск брата великого корсиканца с юности был замешан в различных авантюрных делишках. Причем, несмотря на свое высокое происхождение, он не гнушался якшаться с людьми самого низкого пошиба.
Один его альянс с итальянскими карбонариями чего стоит! Правда, тут, похоже, не обошлось без дурного влияния старшего брата, Наполеона Луи, который ухитрился аж целую неделю побыть королем Голландии. Это ж надо было додуматься – два юнца намеревались похитить герцога Рейхсштадтского – сына Наполеона Бонапарта от австриячки Марии-Луизы. Помимо всего прочего, герцог, которому тогда едва исполнилось двадцать лет, носил титул короля Рима. Этим и решили воспользоваться два братца – они собирались лишить власти римского первосвященника и, с помощью карбонариев, объявить сына великого корсиканца ни больше ни меньше как королем Италии.