Весь Ад к твоим ногам (СИ)

Жизнь стала потихоньку налаживаться, но одно не давало мне покоя. Сэм сказал, что не придет, пока я не пойму значение подвески, которую он мне подарил. Целыми днями я вертела ее, разглядывала двух драконов по разные ее стороны, проводила руками, пытаясь найти тайное отделение, но все было тщетно. Драконы были похожи как братья-близнецы. 
В один из дней ко мне забежал Тридцать Седьмой. 
– Шестьсот седьмая! – завопил он с порога. – Нам нужна бумага и краски. Много. 
– Зачем? – отложила я кулон на стол и взяла протянутый листок. – «Марафон желаний. Объединим два мира». Что вы решили устроить? 
– Каждый сделает подарок и вручит его кому-то, не важно, из какого мира он пришел. Здорово, да? А что это такое? 
Он схватил кулон и стал вертеть его в руках. 
– Вот! Такой символ нам и нужен! Можешь дать, я перерисую? 
– Какой символ? – не поняла я. 
– Две стороны одной монеты. Огонь и лед. Ты что, не видела, что там два разных дракона? 
– Разных? – я выхватила у него кулон и стала всматриваться. 
– Один изрыгает огонь, второй его втягивает. 
– Выглядят одинаково. 
– Они же замерли, – щелкнул мальчишка меня по лбу, – поэтому не понятно. Тебе что, все в действии показывать надо? Так бумагу дашь? 
– Да, закажу, – я откинулась в кресле и продолжала вертеть кулон в руках. 
Без Тридцать Седьмого я бы точно не додумалась. Две стороны одной монеты, противоположные, но неразрывно связанные. Если один огонь создает, второй его тушит. 
– Герра Кэт, – влетела в мой кабинет Милана, – там Советник Кнауф. 
 – Вот же нелегкая принесла, – поднялась я с места. 
– С охраной. Стражников штук двадцать. 
– Ого, – присвистнула я, – что это он? Так детей испугался? 
Спустившись вниз, я увидела испуганные лица детей среди ярко белых военных мундиров. В центре стоял советник Кнауф в длинной рясе до пола. Венок бы еще на голову или нимб, сошел бы за святого. Вот только характер я его знаю, вестись на благочестивый вид не буду. 
– Что привело советника в такую нелюбимую им обитель? – я даже не пыталась скрыть своей неприязни. 
– Вы должны закрыться, – четко и коротко отчеканил советник. 
Я вздернула брови. 
– По какой причине? 
– Было решено, что на территории Рая не может быть даже малейшего присутствия адской нечисти. Дети будут переселены в закрытый пансион и отделены от всего праведного населения. 
Зачесались руки – это не совсем то, что я сейчас чувствовала. Испепелить на место – это было бы малое наказание для такого напыщенного борова с нимбом над головой. 
– Могу я взглянуть на это решение, – холодно ответила я. 
– Я его озвучил. Через час пригонят повозки, которые увезут детей. Будьте любезны собрать всех вовремя. 
Сделав пару шагов, я уткнулась прямо в толстый живот советника и прошипела прямо ему в лицо. 
– Говорить вы можете что угодно. Но я не сдвинусь с места, пока не увижу документ за подписью всех советников обоих миров. 
– Это ты можешь вякать любую ерунду. Здесь охрана, и вас выведут насильно, если не сделаете это по-хорошему. Захотела дать мне отпор? Чем крыть будешь? Детей вперед выставишь? Или попробуешь показать свою силу тем, кто боится магии? Ты же не рассказала им свой секрет? 
Я выдохнула от бессильной злобы. Конечно, не рассказала, и он задел за самое больное. Но если он думает, что в угоду ему отдам детей, он сильно сомневается. Так, Кэт, вдох-выдох, расслабляемся и убиваем. 
– Выведи солдат из замка, и ты не пострадаешь. 
– Нет, дорогуша. Через час… 
– Что должно быть через час, уважаемый советник? 
За моей спиной появилась Ирида, с краской на щеке, вытирая руки о подол передника. 
– Герра Ирида? – лицо Кнауфа вытянулось. – Что вы здесь делаете? 
– Вас хочу спросить о том же. 
Походка Ириды была легкая, движения плавные. Но за время работы с ней я поняла, что это и было самым опасным. Принимая простодушие Ириды за слабость, многие делали ошибки, за что и платились. 
– Вы, – Кнауф забегал глазами по сторонам, пытаясь в интерьере найти слова, – вы тоже пришли, чтобы закрыть эту контору? Полностью с вами согласен, через час здесь не останется ни одного не подобающего отродья. 
 
– Это вы о детях? – бровь Ириды чуть вздернулась. 
– Об этих исчадиях Ада, – кивнул Кнауф, уловя в ее словах толику поддержки, схватил меня за руку и потащил к выходу. – А эту непристойную женщину я выведу отсюда сам. 
Я выдернула руку и остановилась. 
– Это замок Дьявола, герр Кнауф, и вы забываетесь, что можете, а что нет делать на территории Нижнего мира. Вы же помните, что территория Ада даже в Раю неприкосновенна? Тем более я еще не увидела ни одного документа, подтверждающего ваши полномочия. 
– Документ будет. Ровно за час наши люди обойдут все дома в Раю и попросят жителей проголосовать за то, чтобы запретить людям из Нижнего мира переходить границу. Это даст мне право забрать детей в приют, а вас выдворить. 
– Вы уверены, что люди будут голосовать так, как нужно вам? 
– Неужели вы сомневаетесь в моих способностях? – Кнауф подошел совсем близко, изо рта при каждом его слове выбивался порыв пищевого смрада. К горлу подкатил ком, но я сдержала рвотный порыв. – Мои люди постоянно внушали отвращение к адским детям, пускали слухи об ужасах, творящихся за границей Верхнего мира. 
– Боюсь, ваша пропаганда провалилась, – подала голос Ирида, которая стояла за моей спиной. – Когда райские люди воочию увидели то, что происходит за стенами замка Дьявола… 
– Вы это видели? – оживился Кнауф. – Вы можете подтвердить на вынесении общего совета, что жизнь на территории Ада превышает все допустимые нормы? Ваше слово будет решающим, герра Ирида. 
– Надеюсь на это. Потому что я прошу вас покинуть стены замка и больше сюда не возвращаться. 
– Как? – Кнауф стал превращаться в алую свеклу, надувать щеки и пыхтеть как недовольный тушканчик. – Вы переметнулись на их сторону? Вы, истинная праведница?! Я понял, – он затряс пальцем, показывая на меня, – она использовала магию против вас! 
– В Раю не работает магия Ада, – спокойно ответила Ирида. 
– У нее своя магия! Своя! Это произвол! Арестовать! – Кнауф уже откровенно вопил, подпрыгивая на месте и продолжая тыкать в меня пальцем. – Ее и всех детей! Все должны быть изолированы до выяснения обстоятельств! 
Солдаты шагнули в сторону детей, которые кучкой столпились, чтобы посмотреть, что за шум. Я махнула рукой, и стена воды встала между ними. Кнауф ликовал. Ирида выронила кисточки и ошарашенно смотрела на меня. 
Одно движение, и солдаты были выметены из замка. Остался лишь Кнауф. Довольный, как кот, объевшийся сметаны, он смотрел на меня взглядом победителя. 
– Так и знал, что ради детей ты не выдержишь. Теперь все видели, на что ты способна и насколько опасна. Вы все еще уверены, что это я должен уйти, герра Ирида? 
– Вам и правда лучше уйти, – сделала я в его сторону пару шагов. 
Кнауф зыркнул на меня взглядом и выскочил за дверь. Я повернулась к Ириде, на лице женщины выражался страх и, одновременно, недоумение. 
– Наверное, нужно было сказать, – проговорила я. 
– Наверное, – осторожно добавила она. 
Взгляд ее потерял осадок страха, осталось лишь любопытство. 
– А хорошо ты его, – кивнула она в сторону двери и улыбнулась. 
– Ты не боишься? 
– Тебя? – усмехнулась Ирида. – Если бы месяц назад, при нашей первой встрече ты показала то, что сейчас, без сомнения, мое мнение было бы другое. Но четыре недели мы работаем бок о бок, каждый день внося что-то новое в жизнь наших детей. Я вижу, как ты вкладываешься и как дорожишь тем, что мы создаем. Уверена, что вижу это не одна я. Кнауф будет удивлен, но расслабляться не стоит. 
Во дворе раздался крик детей, шум и жуткий вой Кнауфа. Мы переглянулись. 
– Это точно не я, – развела я руками и, не сговариваясь, мы выбежали во двор.
  
Глава 54
 
В центре площади, там, где стоял фонтан, который я с такой любовью создавала, теперь была груда обломков. Посередине сидел Кнауф в промокшей до нитки одежды. Охрана стояла позади него, не решаясь на защиту своего хозяина. И правильно. Ведь напротив них стоял Дьявол с расправленными крыльями и сжимал кулаки.