Трон тени

«Я должна задать этот вопрос», — думала Винтер. Не шпионства ради, поскольку она пока не решила, что именно будет докладывать Янусу. Если он вообще когда–нибудь потребует доклада. Ей просто любопытно, вот и все. Да это и не шпионство, если Абби сама, по сути, устроила ей экскурсию по дому.
— Одного я не понимаю, — сказала она, отступив к стене и пропуская буйную толпу двенадцатилетних девчонок. — Как вы ухитряетесь содержать такое хозяйство. Кто за все это платит?
— Дом был заброшен. Мы отремонтировали его сами…
— Джейн об этом говорила, но как же еда? Одежда? Вас тут по меньшей мере четыре сотни…
— Триста шестьдесят восемь, — поправила Абби и пожала плечами. Следить за такими вещами — моя обязанность. Джейн не в ладу с цифрами.
— Значит, триста шестьдесят восемь. Прокормить такую ораву недешево, особенно если вы всегда едите так, как вчера вечером.
— Это верно. Джейн все твердит, что малышам надо нарастить мяса на костях. — Абби улыбнулась, отчего–то печально, но тут же быстро тряхнула головой. — Большинство девчонок, едва подрастут, подрабатывают в округе.
— Подрабатывают… — Винтер не договорила.
— На поденных работах. — Абби метнула на нее взгляд, показавший, что она прекрасно поняла, о чем именно промолчала Винтер. — Мы отправляем их группами по несколько человек — так безопасней. Местные лавочники и ремесленники хорошо нас знают.
— И знают, что, если хоть пальцем тронешь девчонку из коммуны, к тебе непременно наведается Чокнутая Джейн.
— И все равно мне не верится, что на содержание коммуны хватает денег с поденных работ.
— Да, не хватает. Основной доход поступает из… других источников.
— Винтер не успела уточнить, что это за источники, — они дошли до трапезной. Со всех сторон Абби приветственно махали, окликали, приглашая в компанию, но она направилась к девушкам постарше, на конце столов, и Винтер волей–неволей последовала за ней. Они уселись рядом с несколькими девушками — те склонились над столом и пытались все разом читать газету.
— Привет, Абби, — бросила одна из них, низенькая, пухлая, в каштановых кудряшках. — Ты это уже видела?
— Еще нет, — ответила та. — Опять Дантон? Что он устроил на этот раз?
— Всего лишь разорил банк, — сообщила девушка помладше, светловолосая и с кривыми зубами.
— Борелгайский банк, — прибавила третья.
— На Бирже едва не случился бунт, — продолжала первая. — Вся знать сбежалась вызволять свои денежки, и подъезд к Бирже был так забит каретами, что затор расчистили только после полуночи!
Винтер, вытянув шею, ухитрилась разглядеть газету. Огромные буквы кричали: «ВТОРОЙ ДОХОДНЫЙ ПРЕКРАЩАЕТ ПЛАТЕЖИ ПОСЛЕ ОБЛИЧЕНИЙ ДАНТОНА!» Рядом красовался памфлет с примитивной гравюрой, по всей видимости, изображавшей Дантона, и заголовком «ОРЕЛ И ГЕНЕРАЛЬНЫЕ ШТАТЫ! ДОЛОЙ ИСТИННУЮ ЦЕРКОВЬ И БОРЕЛГАЙСКИХ НАХЛЕБНИКОВ!».
— Позвольте мне вас познакомить, — сказала Абби. — Вот это — Молли, Энди, Бекс и Нел. Девочки, это Винтер.
Все четверо тотчас оторвались от газеты, похоже, лишь сейчас заметив, что Абби не одна. Винтер внезапно смутилась и слабо помахала рукой.
— Пишется «Винтер» или «Уинтер»? — уточнила Нел, блондинка с кривыми зубами.
— Солдат Винтер? — вскинулась Энди. Она была постарше прочих, с бледным лицом и красивыми черными кудрями.
— Понятия не имею, — лучезарно улыбнулась Абби. — Может, сами у нее спросите? А я пока схожу за едой.
И она удалилась. Винтер осталась торчать перед четверкой девиц, что таращились на нее, словно на диковинную глубоководную рыбу, вытащенную рыбаками на причал.
— Ну так что? — первой очнулась Молли. — Это ты или нет?
— Что — я? — переспросила Винтер.
— Солдат Винтер, — пояснила Энди. — Та самая, про которую все говорили.
И тут Винтер осенило. Уж не эту ли историю помянула когда–то Бобби? «Рассказ, который передавался из уст в уста после моего побега…»
— Вы все из «Тюрьмы миссис Уилмор»? — спросила она.
Трое кивнули. Бекс — коротышка с каштановыми кудрями, — пользуясь удобным случаем, набросилась на газеты.
 
— Все рассказывали про Винтер, — повторила Энди. — Как она сбежала из «тюрьмы» и вступила в армию.
Молли строго глянула на нее:
— Джейн не любит, когда поминают эту историю.
— Потому что она не нашла Винтер, когда вернулась, — подхватила Нел. — После пожара.
«Пожара?»
Она открыла было рот, но задать вопрос не успела — девушки продолжали.
— Но если Винтер здесь, — говорила Молли, — значит, Джейн опять ее нашла, верно?
— Если это та самая Винтер, — возразила Энди. — Мало ли на свете девушек с таким именем!
— Не знаю, что там у вас болтали, — вмешалась Винтер, — но бьюсь об заклад, что все это — полная чушь. Хотя я и правда та самая Винтер, что была в «Тюрьме миссис Уилмор» вместе с Джейн.
Девушки дружно ахнули.
— Так ты не сбежала и не вступила в армию? — спросила Энди.
— Сбежала, — призналась Винтер, — но и только. Все прочее — вранье. «Пора придумывать легенду для прикрытия», — мрачно подумала она.
— Мне всегда нравилась та история, где Винтер стала королевой бандитов, — заявила Нел. — Так ты стала королевой бандитов?
Винтер рассмеялась.
— Нет, — сказала она, — и это вранье.
— Слушайте! — воскликнула, оторвавшись от чтения, Бекс. На носу ее сидели очки. Одна из проволочных дужек давно сломалась, и ее заменили веточкой с бечевкой. — Здесь написано, что Дантон сегодня тоже выступает с речью! На Триумфальной, как в прошлый раз.
Всеобщий интерес к Винтер тотчас схлынул, и это ее вполне устроило. Через минуту вернулась Абби с двумя тарелками и стаканами. На тарелках красовались обильные порции картошки, изжаренной ломтиками в свином жире, с парой толстых лоснящихся сарделек по краям. В Хандаре, на марше Винтер душу продала бы за такую плотную трапезу, и на время еда полностью завладела ее вниманием. Краем уха она слышала, как девушки обсуждают политическую позицию Дантона и спорят, есть ли прок от твердой цены на хлеб и сумеют ли добиться чего–то стоящего Генеральные штаты.
— Мы должны пойти на это выступление, — сказала Бекс, когда Винтер ломтиком картошки уже подбирала остатки жира на тарелке. Я хочу услышать, что он скажет.
— Непременно! — поддержала Нел.
На лице Молли выразилось сомнение.
— Думаете, это безопасно?
— А, брось! — сказала Нел. — Это же Остров при свете дня, а не Канавы ночью. И уж после такого, — она постучала пальцем по газете, — там повсюду будет полно жандармов.
— На Бирже едва не начался бунт, — возразила Молли. — В этот раз люди могут разозлиться еще сильнее.
— Тогда они злились только потому, что не могли забрать свои деньги из банка, — заметила Бекс. — И на Биржу нам соваться будет вовсе ни к чему.
Энди решила воззвать к начальству:
— Что скажешь, Абби? Можно нам будет пойти послушать Дантона? Это же безопасно?
Абби, как раз подчищавшая собственную тарелку, приняла глубокомысленный вид, чтобы без помех прожевать последний кусок.
— Возможно, — наконец ответила она. — Давайте–ка я поговорю с Джейн. Может, мне и самой захочется с вами пойти.
И тут, словно имя Джейн было заклинанием вызова, рядом с ними, запыхавшись от быстрого бега, возникла еще одна девушка.
— У меня… дело! — пропыхтела она. — Джейн хочет вас видеть!
— Нас? — переспросила Абби.
— Тебя и Винтер! — выпалила посланница. — Она наверху. — И поколебавшись, добавила: — Прямо чокнулась от злости.
«Чокнутая Джейн». Винтер подавила смешок. Ее давняя подруга держит в страхе даже своих подопечных!
— Ну что ж. — Абби отодвинула тарелку. — Похоже, Джейн решила принять тебя в наши ряды. Пойдем. По дороге объясню, что к чему.
— А ты спросишь, можно ли нам послушать Дантона? — напомнила Энди.
— Спрошу.
* * *
Что ты знаешь про откупщиков? — спросила Абби, пока они пробирались через толпу шагавших на завтрак девчонок.