Огненная для дракона (СИ)

Агрис подошёл, собираясь помочь мне спешиться. Но я успела соскользнуть с Леты и сделала шаг в сторону, чтобы избежать прикосновения. Мало приятного, когда у обоих мокрая насквозь одежда, да у Агриса она в придачу ко всему ещё и облеплена песком. Так ли? Тут же спросила я себя. Тело вспомнило, как совсем недавно я стояла, прижавшись щекой к обжигающим даже через тонкую ткань литым рельефным мышцам чужака. И мне не было неприятно, отнюдь.
Преодолевая собственное сопротивление, я оперлась на руку Агриса.
Лора ахнула при виде меня. И я быстро предвосхитила остальные вопросы. Соврала, не глядя на Агриса:
— Я упала в воду.
— Позаботься о ней, — сухо сказал мой жених. — Целителя пригласи, чтобы не заболела до завтра.
«До завтра? А потом можно, да?» — чуть не вырвалось у меня, но прикусила свой злой и раздраженный язычок.
— Непременно. Спасибо, что спасли её, ваше сиятельство.
Не сразу я сообразила, что Лора истолковала по-своему мокрую и грязную одежду Агриса. А он не стал отнекиваться, принимая благодарность за то, чего не делал. Коснулся губами моего запястья и, коротко попрощавшись, ушёл.
Я испытала облегчение и одновременно с трудом удержалась, чтобы не потереть место холодного поцелуя. Очень уж хотелось стереть отпечаток.
Лора помогла избавиться от мокрой одежды, и меня действительно начало трясти. Но на моё счастье, моя Тень не первый раз встречала меня после охоты и примерно знала, когда я возвращаюсь, и что мне нужно. Всё у неё было готово заранее. Поэтому через пару минут я уже сидела в ванной с горячей водой в облаке душистой пены. Вот только с ароматом Лора не угадала. Пена пахла хвойным лесом, и меня начало трясти уже не от холода.
Да что со мной? Тэффи, приди в себя. Временное помрачение рассудка. И есть с чего. Сначала меня в лесу, где я привыкла безбоязненно бродить с детства, хватает какой-то мужлан. Потом я оказываюсь рядом с полураздетым незнакомцем, который совершенно бесцеремонно, нарушая все приличия, разглядывает меня. Но самое ужасное, что меня это не возмущает. Я плавлюсь под его восхищённым взглядом. А когда волна приносит меня в его объятия… О, тут лучше не думать. Наваждение. И я с головой погружаюсь в воду.
Но и это не спасает. Вода мягко колышется, обнимая моё обнажённое тело, разделяясь на скользящие потоки, поглаживая в тех местах, которых никому не позволительно касаться. Но почему-то именно сейчас я вспоминаю о стекающих по упругому рельефному прессу капельках. И этот образ переплетается с воспоминанием о нечаянных объятиях.
Я выныриваю оглушенная и задохнувшаяся, чтобы снова вдохнуть дерзкий и настойчивый хвойный аромат.
— Лора! — я чуть не плачу. А может и плачу, но лицо мокрое, и никто не увидит моих слёз.
— Что с вами, госпожа? Кто вас обидел? — ко мне подлетает встревоженная Лора.
— С чего ты взяла? — я пытаюсь вложить в свой голос спокойное удивление, но невольный всхлип выдаёт меня.
— Что случилось такого на охоте? — вопросом на вопрос отвечает она.
Я отрицательно мотаю головой, закусив губу. Не могу. Впервые не могу вывалить ей всё, что на душе. Может потому, что сама ещё не поняла, что со мной.
— Всё в порядке.
— Я вызвала целителя.
— Не надо. Я здорова. Давай полотенце.
— Но тогда позвольте вымыть вам голову. Куда вы собрались с клочьями пены в волосах, — решительно останавливает меня она.
Приходится подчиниться. Её привычная забота, знакомые прикосновения рук отвлекают меня от странных неприличных мыслей, и приглушают ноющие ощущения в груди и внизу живота.
Главное не думать.
А потом я долго сижу завернутая в тёплое покрывало, грея руки о чашку с горячим маори, и не ощущая вкуса, мелкими обжигающими глотками пью свой любимый напиток. Лора добавила прямо в него несколько ложек малинового варенья, но сквозь все ароматы дерзко пробивается запах специи, название которой я не могу вспомнить.
Не думать не получается.
 Глава 4. Магистр Берн. Роан 
Главное не думать. Он и не думал, он просто смотрел ей вслед. Маленькая хрупкая девочка, вкусно пахнущая малиной и вереском, уезжала вместе со своим женихом.
 
В тот момент, когда Роан перехватил её, не давая упасть, ему показалось, что она чувствует то же, что и он. Девочка доверчиво прижалась к его груди, затаив дыхание, словно перепуганная маленькая ящерка. Только стук сердца выдавал её, такой же быстрый и тревожный, как у него. А потом она заявила, что всего лишь ненадолго потеряла сознание. И внутри него раздался оскорблённый рык.
Сейчас в растревоженном хранилище бушевали стихии, все три. Воздух раздувал пламя, вода кипела, закручиваясь спиралью. И кто-то огромный пытался вырваться из этого огненно-водяного смерча. Ещё немного и рёбра треснут, распираемые изнутри.
В глазах стало темно. Роан покачнулся и, наверное, упал бы, если бы его не поддержала сильная рука. Кто-то помог опуститься на траву. Сквозь шум в ушах пробился знакомый голос:
— Дыши, Ро. Вспоминай, чему тебя учили.
На солнечное сплетение легла ладонь.
— Вдыхай медленно, закручивай стихии в один общий шар. Выдох — сжимай. Спокойнее, не давай им разделиться.
От ладони исходила умиротворяющая прохлада. На выдохе клубок, состоящий из воздушных, водяных и огненных струй, начинал сопротивляться, но его тут же отпускали на вдохе, обманув ожидания. С каждым вдохом-выдохом буря в хранилище становилась всё тише. И в глазах Роана посветлело. Рядом с ним на земле сидел и улыбался во всю ширь магистр Берн.
— Дядя Берси.
— Я всегда в тебя верил. Не могли они не пробудиться. Говори. Как это произошло?
Перед глазами Роана снова возникла сцена на берегу, Тэффи, прячущаяся за спиной высокомерного баронета. Роан стиснул зубы. Затихший было под рёбрами шар снова заворочался.
— Нет, не надо, помолчи, — магистр пристально изучил глаза Роана, даже оттянул пальцем нижнее веко правого. И удовлетворённо хмыкнул. — Ты всё ещё нестабилен. Сейчас, чтобы загнать зверя в Хранилище, нужно хотя бы несколько минут не думать о том, что тебя так встряхнуло.
— Какого зверя?
— Того самого, — магистр рассмеялся и потёр руки. — Это лучшая новость за последнее время. В империи появляется новый дракон.
— Ты уверен, дядя?
— Слушай, тебя на свете не было, когда я чампов сжигал, чтобы твоя мать…
— Стоп, эту историю я раз двести слышал и столько же читал в учебниках.
— Ну а значит, и не сомневайся. Он просыпается. Совсем малыш. И чтобы он не пошёл вразнос, тебе придётся прервать этот рейд и отправиться в академию.
— Я не могу бросить отряд.
— Отлично сможешь. Кэртис справится. Твоё пробуждение сейчас самое важное событие в империи.
Роан покачал головой.
— Я воин. И я знаю, что такое внимательность и осторожность. Безвольной игрушкой стихий не стану. Сегодня они застали меня врасплох только потому, что я этого не ожидал. Но поверьте, магистр Берн, — это прозвучало сухо и жестко, — я справлюсь. Вы меня готовили столько лет к внезапному пробуждению и к тому, что это может произойти вдали от всех моих учителей, что просто стыдно вот так сразу хвататься за полу вашей мантии, словно я малолетний ребёнок. Я буду превращать теорию в практику прямо во время рейда.
— Но без академии ты не сможешь овладеть всеми тонкостями работы со стихиями.
— Всеми — нет. Вот после рейда и решим.
Некоторое время магистр Берн буравил Роана глазами. А потом усмехнулся уголком рта.
— Посмотрим. Кэртис что сказал? Сколько дней вы проведёте в замке?
— Два, может три.
— Хорошо, я понаблюдаю за тобой. Но запомни, если я пойму, что не справляешься, отправлю под конвоем в столицу. И помешать мне никто не сможет.
— Справлюсь.
— А сейчас, — продолжил магистр, — я должен понять, что именно здесь произошло, и как это преподнести в замке.
Рассказ Роана получился коротким и сухим. Из него исчезли почти все подробности. Остался только старший из баронетов, который вывел Роана из себя. И тогда вода сама собой закрутилась смерчем.