Огненная для дракона (СИ)

— Хорошо, — согласилась я, но к радости за уцелевших примешалась тревога. Что если Эрлан по пути домой наткнется на чампов?
Уже через минуту я забыла обо всём, занявшись очередным раненым.
— Ну как тебе целительство? — спросила магистр Фрея, когда все раны были обработаны и осталась работа только для тех сестёр, которые занимались перевязкой и уходом.
Мы вышли в коридор, и я стояла, прислонившись к стене, с удовольствием ощущая её прохладу. Внутренний жар потихоньку уменьшался. Ноги гудели.
— Чувствую себя нужной, — ответила я и подумав добавила. — Впервые в жизни.
— Но ты не целитель. Природа твоего огня другая.
— Как я могу это узнать?
— Разберись со своим сном. Сегодня ты устала, спать будешь крепко, это раз. Твоя стихия несколько часов подряд осваивалась в мире реальных дел, а значит шагнула на следующую ступень, это два. Ты приняла своё первое решение, которое должно изменить твою жизнь, это три. И в голове сейчас не осталось ненужных мыслей, это четыре. А значит, если ты перед сном настроишься на свой кошмар, он должен тебе открыться, и ты сможешь его понять. Ну, по крайней мере, есть такой шанс. Ты готова. Тебе просто надо захотеть.
Мне не очень хотелось, но магистр была права, сколько можно просыпаться в холодном поту? Пора разобраться со своими страхами.
— Я попробую.
Магистр поморщилась:
— Я не очень люблю это слово. В нём остаётся возможность отступления.
Очень хотелось возразить, сказать, что я устала и вероятнее всего вообще обойдусь сегодня без сновидений. А что, если она права? Так же как с первым раненым. Именно сегодня состояние души, тела и стихий именно то, что нужно. Однако, обещать всё-таки не буду. Поэтому я ответила неопределенным:
— Хорошо. Ой, а брат? Я с ним не попрощалась.
— Не думаю, что у тебя есть силы с ним сегодня говорить. Он остался на ночлег. Мы разместили его в гостевом флигеле для посетителей мужчин. Завтра утром увидитесь.
Я благодарно кивнула. Сейчас мне действительно было не до разговоров. Да и вид у меня в сером балахоне, запятнанном кровью раненых, был тот ещё.
Уставшая и лёгкая я шла к себе. Казалось, ноги едва касаются мраморных плит.
Странное ощущение поселилось внутри: умиротворяющая пустота. Не та, когда не остаётся сил, потраченных бессмысленно. Иная. Как будто из сосуда вылили смятение чувств, неважные проблемы повседневности. И сейчас хрустальная чаша была готова принять чистую родниковую воду. Хотя вода эта представлялась струйкой чистого пламени.
Лора молча помогла мне снять одежду, и поддерживая меня под локоть помогла опуститься в тёплую воду. Взгляд её светился нежностью. И я полностью расслабилась в её руках.
Затем она кормила меня прямо в ванной, подавив в зародыше мой протест. Пришлось подчиниться. Ела я уже не открывая глаз. Как дошла до кровати не помню.
* * *
Когда я открыла глаза первая кого я увидела, была магистр Фрея, сидящая рядом с кроватью. Не знаю, сколько времени она провела здесь, но в её позе я почувствовала готовность терпеливо ждать столько, сколько потребуется.
— Я вижу у тебя получилось.
Я вытерла мокрые щёки и кивнула.
— Магистр Берн, — она не спрашивала, утверждала.
— Да. С последним выдохом он отправил мне свою искру, и она защитила от удара белой магии.
— Это называется капсула шень, девочка. В ней душа самого мага.
— Как это? Он жив? Он что…теперь внутри меня? И может чувствовать то же, что и я? — никогда ещё меня не охватывал больший ужас.
— Нет, нет что ты, — магистр поспешила успокоить меня, видя моё перепуганное лицо. — В одном теле — один маг. Но шанс снова вернуться в мир у него есть. Если у тебя родится мальчик, то он скорее всего унаследует и душу, и силу. При этом ты стихию тоже не потеряешь.
— К-какой мальчик? Я не собираюсь замуж. Никогда.
Последнее слово вырвалось у меня с такой горячностью, что магистр рассмеялась:
— Никогда не говори никогда, девочка. В любом случае, сейчас стихия магистра Берна — это твоя стихия. А он не был целителем, он всегда был боевым магом.
 
— И что мне с этим делать? — растерянно спросила я.
— Учиться. И применять по назначению. Сегодня я уеду на заставу, там ожидается нападение чампов. Посланник просил хотя бы парочку боевых магов и парочку целителей. А когда я вернусь, мы продолжим обучение.
— Возьмите меня! — эти слова вырвались сами. — А вдруг я пригожусь не только как целитель. Я хорошо стреляю из лука, похуже из арбалета.
Магистр расхохоталась:
— Хорошо же ты представляешь себе действия боевого мага.
— Честно слово, я буду слушаться и не буду лезть вперёд. Но надо же когда-то начинать. В конце концов я могу помогать как целитель.
Магистр задумчиво меня разглядывала:
— А может и не только как целитель, — в её голосе всё ещё звучало сомнение. Но с другой стороны ехать почти сутки, по дороге поговорим. Но на участие в бою, если он будет, не рассчитывай. Держаться будешь рядом со мной.
Я быстро закивала.
— Ну тогда собирайся, — магистр хлопнула ладонью по столику, и я подскочила.
Только перед самой посадкой в фургон, запряжённый двумя ящерами, я вспомнила:
— Ой, а мой брат?
— За ним прислали ночью, он уехал. Сказал только, что постарается скоро заехать.
Наверное, я даже обрадовалась. У меня начиналась другая жизнь и что-то объяснять, а тем более лгать близким родственникам не хотелось.
Фургон тронулся с места.
 Глава 18. Спасительная боевая магия. Тэффи. 
До ночи было ещё далеко, когда фургон по распоряжению магистра съехал с дороги.
— Переночуем здесь, а завтра неспеша доберемся до заставы.
— Может, лучше всё-таки ускориться и доехать до места? — Марта, которая молчала всю дорогу, вслушиваясь в наши с магистром разговоры о боевой магии, боязливо повела плечами. — Там безопаснее.
— Не успеем до темноты, — ответила Фрея.
Я первая спустилась по ступенькам и огляделась. Мы остановились на берегу небольшого лесного озера. Только со стороны дороги можно было подойти к воде. Все остальные берега густо заросли камышом. У меня перехватило дыхание. Как похоже на моё родное озеро возле замка. Я зажмурилась. В летнее время я бывала на озере ежедневно, иногда на охоте, порой просто каталась на лодке и гуляла. Но, как назло, перед глазами возник не один из тех тёплых дней в кругу семьи или друзей, а тот единственный человек, которого я очень хотела забыть. Я увидела его ярко до мельчайших подробностей, резко обозначенные мышцы на животе, каждую капельку, стекавшую по его обнажённому торсу. И тянущая боль в области сердца подсказала мне, что ничего я не забыла.
Я поспешно открыла глаза и тряхнула головой, пытаясь избавиться от наваждения. Вот за что это мне? Неужели всю жизнь меня будет преследовать эта тоска?
— Тэффи, идём, — позвала магистр, и я с облегчением повернулась на её голос, чтобы тут же замереть от удивления. В каждой руке у магистра было по луку без тетивы.
— Держи, — магистр протянула мне одно из них. — У нас есть пара часов до темноты.
Прежде чем углубиться в лес, магистр позвала возницу:
— Аркис, ящеров можешь отпустить на болото. Они всю зиму без лакомства.
И действительно, обе рептилии стояли как две статуи, неподвижно уставившись на болотистый берег озера, откуда доносилась перекличка лягушек.
Стоило вознице их отпустить, как они захлюпали лапами по болотистой почве и скрылись в зарослях камыша. На этот раз я вспомнила свою любительницу лягушек — Лету. Она, скорее всего забыла меня, говорят, у ящеров память короткая. Только маги способны запечатлеть рептилий. И ящеры привязываются к ним почти так же, как дракон к своей человеческой сущности. Ну вот опять. При чём здесь драконы?
— Госпожа Фрея, — окликнула я магистра, следуя за ней по едва различимой тропинке и изо всех сил стараясь не цепляться огромным луком за ветки кустарников. — А с теперешними способностями, могла бы я запечатлеть ящера?