Демон-хранитель (СИ)

Виктора я разбудить не успевал, тем более что давно отошёл от него на несколько шагов. А кричать нет смысла — проснётся Адель, и всё пропало!
Новый кинжал сам прыгнул мне в руку, и я решительно ударил незнакомца. Снова мимо.
— Вертлявый чёрт! — звук собственного голоса звучал глухо.
Его нож в боку дёрнулся, опалив новой вспышкой боли. Меня снова пырнули в то же самое место! Но в этот раз, напавший живым не уйдёт. Помня о предыдущем итоге такого боя, выдернул кинжал. Взялся как-то неудачно, тот выскользнул из руки, но на этот раз мои внутренности не превратятся в фарш.
  
Выпад, обманка, удар!
Мимо.
Тёмные глаза сверкнули в прорезях ткани, обещая мне долгую и мучительную смерть. Мне было плевать. Если сейчас я не одолею его, он убьёт всех нас.
Эта мысль придала сил. Не обращая внимание на боль в боку, я хладнокровно продолжал атаковать противника. Сейчас было проще. Я уже побывал в драках, но даже этот опыт был мал, по сравнению с тем, как двигался убийца.
Шаг, удар, поднырнуть.
Есть!
Кинжал срезал рукав, оставив на коже длинный кровавый след. Смог достать, значит, на что-то я годен! Левый кулак неловко бьёт в корпус, заставляя противника сместиться и открыться.
Обратный хват, резкий выпад и новая рана у самого горла.
Почти!
Вмазал от души по голени, и чёрный силуэт начал заваливаться, подставляя мне удобное место для последней атаки.
Я коротко замахнулся, всадил кинжал до основания и тут же выдернул его. Кровь широкой волной окатила меня, горячими каплями попав на лицо.
Противник ещё попытался встать и атаковать, но движения его уже были медленными, и я легко ушёл от удара.
Отступил и застыл, глядя, как противник падает сначала на одно колено, а потом оседает на сухую землю. Ещё минуту я наблюдал, как расползается чёрное пятно под ним, которое в свете выглянувшей луны отливало серебром.
Когда хрипы из груди убийцы затихли, я наклонился и зачем-то проверил его пульс. Но его уже не было.
Шок, адреналин и звенящая пустота в голове не давали мне сделать и шагу, лишь горячая кровь, толчками выходящая из-под пальцев, заставляла держаться на ногах.
Если упаду рядом, то уже не встану.
В темноте я попытался рассмотреть силуэт Сирени. Она должна помочь. Она знает, что делать.
Ноги стали ватными, перед глазами поползли мерзкие круги, а голова начала кружиться. Сказывалась потеря крови.
Собрав все остатки сил, я медленно сделал шаг к магине. Потом ещё один. И ещё. Следил за тем, чтобы кровь не попала на Адель, и упрямо шёл вперёд.
Когда дошёл за хрупкой Сирени, выдохнул. В тот же момент ноги не выдержали, и я рухнул рядом с ней, глядя на её красивое лицо. Это было гораздо лучшим зрелищем, чем мокрый асфальт с отражёнными огнями большого города.
— Сирень, — прошептал я. — Сирень.
Прежде чем провалиться в чёрную дыру, я увидел, как она приоткрыла глаза.
А может, мне это всего лишь показалось.
* * *
— Ну же! Сергей! Не смей умирать! — глухой женский голос доносился, казалось, сразу отовсюду.
Я хотел сказать, что и не собираюсь пока на тот свет, но никак не мог найти в себе силы произнести хоть что-то. Веки слиплись, открыть глаза тоже не получалось.
Тело горело огнём, пульсируя болью в боку. Страшно хотелось пить.
— Сергей! Ну пожалуйста!
«Да, да, Оль, всё хорошо, я жив…» — думал я, но губы не шевелились.
В голове то мелькали просторы степи, то яркие витрины магазинов. Я одновременно был на коне и на байке. Воспоминания сбоили и не давали адекватно соображать.
— Дай ему время, — другой голос я еле услышал, таким тихим он был. — Едва солнце пересечёт Великую степь, мы будем знать ответ. Пока небо не готово его принять.
«Какая степь? Какое небо?» — мысли перекатывались в голове подобно камням.
И тут я вспомнил. Кочевники, убийца, нож в боку.
— Держись! — я уже узнал Сирень. — Держись, кому говорю!
Напряжённый, злой и одновременно беспокойный голос окутывал меня, заставляя соображать и пытаться двинуть хотя бы рукой.
В ответ тело свело судорогой, и от боли я распахнул глаза.
— Жив! — воскликнула Кари.
Её я тоже узнал.
Над головой раскинулось зелёное полотно потолка, в нос ударили запахи трав и крови. Мне приподняли голову и ко рту сразу прижали что-то холодное.
Вода! Горькая, как мерзкая таблетка, но всё же влага.
Я жадно осушил всё, что было в чашке, и снова упал на жёсткое ложе. Слабость начала отступать и мне, наконец, удалось нормально всё рассмотреть.
Жив. Действительно, жив.
— Солнце на твоей стороне, Сергей, — сказала Кари. — Небо сегодня не получит тебя.
— Боги, Сергей, я так испугалась!
Сирень выглядела плохо: запавшие щёки, круги под глазами и бледная кожа.
— Виктор? Адель? — прохрипел я.
— Всё в порядке, — она попыталась улыбнуться, но получалось плохо. — На стоянку бросили заклинание сна. Если бы не ты, нас убили бы.
— Нам нужно ехать, — я попытался встать, но на плечо легла маленькая ладошка.
— Сергей, ты ещё слишком слаб.
— Нас нашли. Нужно уходить.
— Да ты же даже толком в седле сидеть не сможешь! — беспомощно выкрикнула она.
— Смогу, — я упрямо сцепил зубы и поднялся.
Шатёр сразу же покачнулся, и меня замутило. Я тряхнул головой, но стало ещё хуже.
— Дай мне ещё зелья. Мы должны отправляться дальше, — упрямо повторил я.
— Он прав, — голос Виктора грохнул надо мной, как глас небес. — Заклинание сна и охотник за головами — уже не шутки. Нас нашли.
— Да ты посмотри на него! В усыпальницу краше кладут! — Сирень всплеснула руками.
— Дай ещё того мерзкого пойла, — я протянул руку и с удивлением увидел, что она двоится. — Накачаем меня зельями и сразу же выходим.
Сирень угрюмо на меня посмотрела, прикрыла на мгновение глаза и всё же протянула мне чашку.
Через час я уже мог подняться и сделать несколько шагов. Бок всё ещё пульсировал, но кровь уже не вытекала. Сейчас боец из меня никакой, но Кари обещала, что через пару суток от раны не останется и следа. Вот только мой рацион резко сократится до лечебных отваров, бульонов и воды.
Повязка на брюхе не давала двигаться, но и сил на это было немного. Я больше стоял или сидел, мне не давали поднять даже рюкзак. Это злило, но лучше сейчас дать телу отдохнуть, чем в дороге снова делать перевязку. Хотя и перевязка — это ещё хороший исход.
Ко мне, желая поддержать, жалась Адель. Она даже дала мне своего медведя, и я вымученно улыбнулся девочке. Она не пострадала, не видела всей схватки, а значит, я всё сделал правильно.
Я несколько раз пытался перейти в боевую форму, но боль слишком отвлекала и не давала мне сконцентрироваться. Вдруг подумал о том, что мне даже в голову не пришло обернуться во время нападения охотника! Остолоп! Прав Виктор, это должно быть на уровне инстинктов, а не когда есть время подумать. Нужно больше тренироваться!
Солнце не успело уползти к горизонту, как мы уже сидели в сёдлах и удалялись от стоянки кочевников. Главный погонщик расщедрился на новых лошадей, более сильных и выносливых.
Стараясь отрешится от боли в боку, я думал о том, что подаренный кинжал действительно принёс удачу.
Виктор предложил резко изменить курс, чтобы запутать преследователей, и вместо того, чтобы углубиться в степь, мы свернули к реке Чернушке. Через неё будет проще переправиться на другой берег, да и шанс наткнуться на людей — минимален. Дальше мы должны быстро доскакать до границы с Брандисом и затеряться среди маленьких деревушек.
На мой взгляд, план был хорош. Главное, чтобы так и получилось. Но тот факт, что нас нашли на стоянке кочевников, говорил совсем о другом: за нами давно и плотно следили.
  
Виктор оглядывался, вытягивал шею, но позади нас не было видно ни единого пыльного облака. Погони не было. Однако это не значило, что опасность миновала. Как сказал кронпринц, я смог убить одного из подручных герцога Бенедикта, которого мы видели у стен Верхних Скарр.