Демон-хранитель (СИ)

Для меня это было прописной истиной, а вот реакция Маркуса говорила о том, что для него такое в новинку.
— Чудные ты вещи говоришь, — бросил он мне, — сразу видно, нездешний. У нас принято брать то, что нравится.
— Давай я по-другому объясню. Тебе надо взять, что нравится, но не силой, а эту силу проявив. Фран идёт куда более простым путём. Ухаживает. Цветы дарит, комплименты говорит. Красивое, но пустое. Иначе, чем попыткой купить женщину это и не назвать. Им это нравится, они чувствуют внимание, свою важность. Возможно, он так добьётся внимания, может, даже перепадёт ему. Но поверь, по итогу она выберет того, кто даст именно ощущение безопасности.
  
— Это получается, что для женщины подарки нужны? — с серьёзным лицом спросил Маркус.
От его выводов мне хотелось лицо разбить в фейспалме.
— Делай как знаешь, но потом не жалуйся, что труп спрятать негде.
— Да тут же полно хороших мест! — он так и не понял, о чём я ему говорил, а я махнул рукой.
У парня своя голова на плечах, когда-нибудь, может, и разберётся. Маркус оторвался от меня, нервно дёргая поводья. Сделал один круг, второй. А на третий я заметил, что лицо его стало хмурым. Наверное, всё же я заронил в его разум зерна истины.
На привал мы остановились только поздним вечером. Из-за поломки колеса караван выбился из графика, и Ракс всеми силами пытался его нагнать. Обещал поднять с рассветом, так что я предпочёл отправиться спать, а не браться за тренировку. Сил и так почти не оставалось, это путешествие уже давалось тяжело, а впереди ещё два дня пути как минимум.
В этот раз дорога завела нас в довольно оживлённое место. Мимо проехали несколько таких же караванов, и Ракс даже с кем-то из знакомых здоровался. Правда, через губу, сплюнув и сильно ругаясь.
Ещё я заметил вдалеке деревеньку. Туда были отправлены два охранника, но зачем, я так и не понял. Еды у нас достаточно, корма для лошадей тоже. Может, за новостями?
Думать об этом не было особо времени. Едва мы поужинали и распределили график дежурств, сразу пошли на боковую. Ночь стояла безоблачная, и луна ярко освещала всё вокруг. Я лежал и смотрел на неё, думая о демонах, героях-любовниках и о сестре.
Как она там? Будет ли у меня шанс вернуться? Смогу ли вообще здесь выжить? Все эти мысли и усыпили меня, ровно до того момента, пока не разбудил Виктор.
Моя смена прошла тихо. Я тренировался с мечом, стараясь отточить новые движения, которые показал мне наставник. И вовсю наслаждался тишиной.
Только перед самым восходом солнца я услышал какой-то шорох. Он раздался со стороны фургонов. Сначала я подумал, что проснулись женщины, но потом увидел невысокую фигуру в длинном плаще, которая прокралась мимо храпящего Ракса и дала дёру.
Поднимать тревогу я не стал, даже меч не вытащил, а тихо двинулся следом, на предельной скорости. Догнал быстро, резко дёрнул на себя за полу плаща.
Фигура вскрикнула женским голосом и завалилась, вцепившись меня пальцами. В итоге я оступился и едва успел упасть так, чтобы своим весом не придавать её.
— Да чего тебе от меня нужно⁈ — прошипела девушка, пытаясь выбраться из-под меня.
В сумерках я отлично её разглядел: миловидное лицо, большие тёмные глаза и светлые волосы. А потом опустил взгляд ниже и сразу упёрся в вырез платья. Большой, к слову, вырез.
— Вы задержаны до выяснения обстоятельств, — машинально вырвалось у меня. — Кто вы такая и что здесь делали?
— Слезь с меня, здоровяк, — в её голосе уже было меньше возмущения, а вот елозить она стала больше, едва не забрасывая на меня ноги. — Тяжёлый какой! Раздавишь!
— Кто вы такая? — я с трудом отвёл глаза от её груди и поднялся, снова дёрнув девушку на себя, чтобы не убежала.
— Какая тебе разница? — дёрнула она плечом.
Я снова оглядел её помятое и вызывающее платье, сонное лицо, и сразу всё понял.
— Спрошу по-другому, к кому ты приходила?
— Не к тебе, вот ты и бесишься? — с вызовом ответила она.
Краем уха я продолжал слушать звуки в лагере, подумав о том, что она может быть всего лишь отвлекающим манёвром. Но в тишине раздавался лишь забористый храп.
— Ты ночью пробралась в лагерь. Мне глубоко плевать, с кем ты спала и за сколько. Вот только ты на вверенной мне территории. Если ничего не украла — уйдёшь с миром.
— Ах ты! — она постаралась отвесить мне пощёчину, но я жёстко перехватил её руку.
— К кому. Ты. Приходила?
— К Раксу. — То, как это было сказано, говорило куда больше, чем сами слова.
На шум выглянул и сам Ракс. Увидев ситуацию, он просто махнул рукой, чтобы я её отпустил и скрылся в шатре. Что же, начальник дал добро, моя совесть чиста.
— Иди уже, — я резко разжал руки, и она отскочила от меня.
— Гад! Хоть и красивый! Но всё равно гад!
Никогда не устану поражаться женщинами. Вот она сейчас выглядела обиженной, но не переставала откровенно флиртовать со мной, выпятив грудь и смотря на меня блестящими глазами.
— Брысь отсюда, — улыбнулся я. — Пока остальные не проснулись.
— Ой, боюсь-боюсь, — она вильнула бёдрами и гордо пошла прочь от каравана.
С минуту ещё смотрел вслед девушке, а потом вернулся к каравану. Отошёл я буквально метров на пятьдесят и мои действия заметил только проснувшийся Маркус, ну и Ракс, но этот сам собой, разумеется. Охранник подмигнул мне, мол, видел, как ты завалил ту девицу, и пошёл будить остальных.
Я не стал ему ничего объяснять. Пустое это. К тому же Ракс начал наводить суету, подгоняя всех собирать пожитки и ехать дальше. Выглядел он плохо: лицо осунулось, будто он не спал двое суток.
Сначала мне пришло в голову, что незваная гостья не дала тому отдохнуть, но его настроение говорило об обратном. Обычно после подобных ночей мужчина хоть и выглядит уставшим, но явно не злым. Караванщик же был явно не в духе. Он даже умудрился пнуть фургон, разразившись целой тирадой о том, как его всё это достало, что люди ленивые, а животные едва ползут, и денег вечно не хватает.
Мы с Виктором озадаченно на это все смотрели и следили, чтобы он в таком состоянии не подходил к женщинам. Но больше волновались не за них, а за него. Я почти был уверен, что если он скажет что-то той же Сирени, то быстро схлопочет по самому дорогому.
В итоге Ракс успел испортить утро всем и только после этого забрался в главный фургон и хлестнул лошадей.
— Какая муха его укусила? — спросил я кронпринца, когда выдалась возможность поговорить.
— Даже знать не хочу, — скривился он.
Мы бы так и забыли эту историю, если бы в какой-то момент, Ракс не вспылил и не зарубил сидящего рядом возницу. Дорогу огласил крик, полный боли, лошади встали на дыбы, и караван тут же остановился.
Охранники с осторожностью подтянулись к главному фургону, но приближаться к пылающему гневу караванщику не торопились. Они оглядывались на Виктора, давно признав его старшим над собой, и ждали его указаний.
— Свяжите его, — коротко приказал он.
Услышав это, Ракс взбесился, начал размахивать мечом, не подпуская к себе бойцов.
— Сволочи! Предатели! Хотите украсть мой товар! По вам петля плачет! — брызгал он слюной.
Глаза его налились красным, и я впервые обратил внимание, что он перестал косить. Меня это так удивило, что я машинально сказал об этом вслух.
— Виктор! — крикнула Сирень, что услышала меня. — Срочно угомоните его! Он одержим!
Охранники навалились на Ракса, но он отбивался как лев, щедро раздавая удары. Единственное, что он не делал — не принял боевую форму. Теперь для меня это выглядело странно. Сражался он в полную силу, а тело его не менялось.
А вот вокруг фигур Маркуса и остальных уже подрагивал воздух. Бойцы не собирались отдавать свои жизни какому-то там караванщику. С новыми силами бой продлился всего несколько минут.
  
Ракса спеленали особенно тщательно, задействовав не только ремни, то и куски дорогих тканей, которые вытащили из ближайшего ящика. У сестёр при виде таких сокровищ, глаза распахнулись. Кюзали даже попыталась украдкой спрятать отрез под юбку, но я остановил её, покачав головой.