Демон-хранитель (СИ)

— Спасибо за доверие, — решительно сказал я. — Но вынужден отказать в такой просьбе. Воин я слабый, вдруг нападение? А раз это такая ценная вещь, то нужно её отдать более надёжному человеку.
Резко развернулся на пятках и пошёл прочь от Ракса. Деньги, да, штука сейчас важная, но в сомнительные дела влезать я не собирался.
* * *
Ночь прошла спокойно, если не считать нападения одной тощей рыси, которую убил Маркус в середине своего дежурства. Зверь был сильно потрёпанный и явно давно не евший, если вышел к толпе народа. Мне даже немного жалко его стало.
  
Также, ночью, когда я остался один, то развернул свёрток от Аннет. Там лежало три вещи: кулон, надушенный до умопомрачения платок и записка. Платок с кулоном я убрал обратно, а вот записку прочитал, после чего сжёг.
«Сергей. Вы затронули некие струны в моей душе. Прошу, примите платок, как жест моей благосклонности. В случае же, если вам будет грозить беда — наденьте на шею кулон и сожмите, — прошептав: Аннет, я иду. Зная, насколько опасно ваше путешествие, советую одеть кулон сразу. С… Аннет.»
Предпоследнее слово было замазано, но додумать, что там было написано, не составило труда.
Утро далось нам тяжело. Сначала собирались слишком долго. Кострище никак не могли закрыть дёрном, потому что никто не взял лопат. Потом чуть не убежала кобыла, которую спугнул один из охранников, неловко поскользнувшись на мокрой траве. Маркус тоже никак не мог прийти в себя. По его довольному виду я сделал вывод, что он если и спал, то явно не один.
Кстати, женщин в караване было всего три, включая Сирень. Ещё две: сестры, друг на друга они были совершенно непохожие: одна пухленькая, другая худая как щепка. Интересно, которая из них провела ночь с Маркусом?
Помимо них, в караване с нами ехал какой-то безумный картограф, что излазил каждую кочку, отмечая её на кусочках бумаги. Карл хвостом ходил за Раксом, уточняя у него маршрут. Картограф не только вёл себя странно, но и выглядел: длинный кафтан ярко-синего цвета, зелёная рубашка и тёмно-фиолетовые штаны. К этому всему прилагалась алая сумка с многочисленными мешочками. Они, видимо, заменяли карманы. Подсказать ему, что ли, как их пришивать?
Последним в этой разношёрстной компании был немолодой мужчина, который почти не снимал капюшона. Я его не видел, когда мы подошли и когда остановились на ночлег. Неужели он присоединился к каравану на стоянке? Или сидел в фургоне всё это время? Я видел его только один раз и то мельком: гладковыбритое мрачное лицо, хмурый взгляд и седой ёжик волос. Он ни с кем не говорил, держался вдалеке, но тарелку из рук Сирени принял с полупоклоном. Возниц и охрану в этой вакханалии не учитывал, обычные работяги. И пусть у них разный профиль задач, но они просто делали своё дело без всякого выпендрёжа.
Наконец, через сорок минут, Ракс крикнул к старту. Охранники встали на свои места, путешественники забрались в средний фургон, после чего караван наконец-то тронулся, чему я был несказанно рад. Ещё чуть-чуть, и тронулся бы не караван, а я — причём умом.
Дорога впереди лежала прямой стрелой, мы двигались быстро, оставляя позади широкий пыльный след. Я по привычке крутил головой, выискивая опасность, но вокруг была степь и не единого куста, где мог бы спрятаться враг.
Маркус всё клевал носом, подскакивая на кочках и тихо ругаясь. С остальными охранниками мне так и не удалось поговорить, они держались отчуждённо, с полной серьёзностью отдаваясь своей работе.
Когда раздались первые крики и возня, я даже не понял, что случилось. Маркус с тревогой обернулся сначала в конец каравана, потом вперёд, высматривая Ракса. А тот уже пролетал на своём коне мимо нас и кричал:
— Не останавливать караван! В атаку! Иначе ни монеты не получите!
Маркус поскакал следом за караванщиком, а я глянул на Виктора, но махнул рукой на фургон в середине и крикнул:
— Держись в стороне и не пускай их к безоружным людям!
Ещё не до конца понимая, что происходит, начал выполнять приказ. Но буквально через минуту мимо пронеслась лошадь с убитым охранником, я понял, что остальным нужна моя помощь. Оглянувшись на магиню, встретился с ней взглядами. Она что-то прочитала в моём и прижав покрепче Адель, крикнула.
— Иди! Я смогу отбиться
Кивнув, я пришпорил коня, за несколько мгновений оказавшись в хвосте каравана и вытащил меч.
Обстановка выглядела не в нашу пользу: пятнадцать разбойников, против уже девятерых охранников. Спереди орудовали мечники со странными кривыми мечами, позади арбалетчики. Ещё я заметил одного копейщика, видимо, именно он убил нашего человека. Но, несмотря на численное превосходство, шансы у нас были. Броня у них разномастная, действия не особо слаженные. Бойцы ближнего боя наваливались гурьбой, вместо того, чтобы распределиться и разбить наш небольшой отряд.
Ракс размахивал мечом направо и налево, но не убивал, а не подпускал их ближе к последнему фургону. К слову, в нём сидели стрелки и успешно помогали караванщику.
Виктор выбрал самого серьёзного противника, лысого мечника с небольшим щитом, Маркус же отвлекал арбалетчиков.
Я видел, как одна из стрел угодила ему в плечо, но он даже не дёрнулся, продолжая движение. От удивления я чуть не пропустил удар, но подсознательно его заблокировал, после чего ударил ногой по крупу лошади противника. Та взвилась на дыбы, заставляя всадника потерять равновесие, а затем понеслась галопом прочь. Пусть ненадолго, но он выбыл из суматохи.
Всё происходило так быстро, что я едва поспевал за происходящим. Один из разбойников крепко выругался и на моих глазах стал чуть крупнее. После чего с новыми силами бросился на Виктора.
От рванувшего вперёд каравана, что следовал приказу Ракса, поднялся целый столб пыли, и теперь мы утопали в ней. Она забивала глаза и рот, ограничила видимость. К счастью, подобная проблема была и у противников, так что шаткий баланс сохранялся.
Со временем нам удалось остановить разбойников и навязать им свои правила боя. Лошади ржали, повсюду раздавались крики, стоны боли.
Первая растерянность во мне быстро сменилась гневом. Что я стою столбом-то⁈ Если они победят, то вряд ли оставят кого-то в живых! И быстро ткнул пятками коня, влетая в гущу боя.
Меч привычно заходит по знакомой схеме, находя немытые тела врагов. Орудовать мечом на коне оказалось гораздо тяжелее, но тут уже не до жалости к себе.
Кровь врага полилась на землю, но попавшийся мне разбойник и не думал останавливаться. Мы сошлись совсем близко, так что могли не только поговорить при желании, но и ощутить запах немытых тел. Он направил своё лезвие мне в горло, но выручили навыки езды на мотоцикле, я уклонился, умудрившись сохранить равновесие, а на обратном движении успел чиркнуть его по рёбрам. Противник пронёсся мимо, поднимая копытами лошади ещё больше пыли. Оглянулся, ожидая увидеть лежащее на земле тело, но тот лишь заходил на новый круг, чтобы ещё раз попробовать достать меня.
Сейчас мне даже не помогал мой рост, мне опять казалось, что противники становились крупнее. Гарцующий передо мной бандит сплюнул и снова взмахнул мечом, целясь уже в круп коня. Пришлось вывернуться и на развороте у меня получилось достать, вспоров мужику бедро. Но он продолжил бой, словно не обращая на это внимания.
— Да что ж вы, бессмертные, что ли⁈ — в сердцах пробормотал я.
Злость ударила в голову с новой силой, и я уже понял, что сделаю всё, чтобы добить этого негодяя. Я поднимал меч снова и снова, не чувствуя усталость. На теле бандита появлялись новые царапины, но он неизменно хмурился, продолжая нападать.
  
— Да сдохни ты уже! — выкрикнул, и в тот же момент, наконец, достал его лезвием, попав в район сердца.
Тот удивлённо глянул на меня, начиная заваливаться набок, а ещё через мгновение лошадь, почуяв отсутствие управления, понесла его прочь от места битвы.
Следующей целью я выбрал того, кто заходил Виктору со спины. Хотя, в принципе, кронпринцу не была нужна моя помощь, рядом с ним уже лежали три тела. Вот только оттянув от того противника, несколько развязал руки умелому воину, позволив насесть на врага и быстрым движением выбить того из седла. Убедившись, что дальше тот справится сам, переключился на следующего товарища по оружию.