Тайна дважды убитой (СИ)
— Императрица благодарит каждого за проделанный труд, — резюмировал начальник. — Нас отметили на самом высоком уровне. Всякому дворянину Центрального отдела Ею выдана премия — сто рублей. Разночинцам по десять. Нам же с Фёдором присвоены новые звания. И это урок для каждого из вас! Служите верно — и вам воздастся.
Раздались аплодисменты — довольно жидкие. Что такое сто рублей, ежели Генрих теперь будет получать генеральскую пенсию? Сможет получить участок в Крыму, построить дом и писать мемуары? С таким благословением, считай, жить становилось лучше и веселей.
Всех снедала зависть. Все хотели в Крым. Ну или почти все. А Фёдор? Единственный следователь в звании полковника на всю Империю! А уж если бы присутствующие узнали, что у него состоялась личная аудиенция с Екатериной… «Дорогие коллеги» и вовсе бы съели собственные погоны от зависти.
— Мы с Фёдором, — продолжал Генрих, — желаем разделить свою радость с вами. Я взял на себя смелость заказать на завтрашний вечер залы на Прудах. В лучшем ресторане города. Нам надлежит провести время в приятной атмосфере. Заказана музыка, десерты. А потому — отмените все дела и наденьте лучшие наряды.
— А дежурит кто? — спросил Соловьёв.
— Проштрафившиеся, — бросил Цискаридзе. — Приказ будет размещён на доске для объявлений утром.
Фёдор сразу не поехал домой. Он хотел увидеть её. Алису. Хотел ощутить аромат её волос. Подержать очаровательное тело в своих руках. Следователь никому не сказал, что вчера, приземлившись с парашютом, думал о ней. Да и кому говорить? Пожалел, что у него нет сотового телефона — и он не может молвить последнее слово любви своей дальней родственнице.
Приехал к её особняку. И своим следовательским чутьём понял: что-то изменилось…
Дверь долго никто не открывал. Он уже хотел перемахнуть через забор и идти в дом. Ведь он видел свет в окне! Позвонил ещё раз. Ещё. Наконец, к нему вышла Софья. Безмолвно открыла дверь. Даже не поздоровалась! Где же остальные слуги? Он прошёл в коттедж. Ему было известно, что дом арендует папенька Алисы. Сама она выпорхнула из родного гнезда, но нового не свила. Неужто он уволил слуг и желает держать её в чёрном теле?
— Вот так сюрприз, — сказала девушка безрадостно. — Почему не предупредил?
Голос её показался странным. Она изображала веселье, но в глазах его не было. Уголки губ опущены вниз. Ещё она носила кофточку с длинными рукавами, полностью закрывавшую и шею, и грудь. Очень странно.
— Вчера я был у Неё, — объявил он. — У Императрицы. Отныне у меня новое звание. И новая миссия.
— Вот это новость! — сказала девушка, пытаясь изобразить удивление. Получилось отвратительно. — Чай будешь пить?
Ещё одна странность. Питались они обычно лишь после того, как насытятся друг другом. А этот процесс мог растянуться на часы… Иванов ощутил отстранённость. Он ещё не понял её природу, но уже явственно чувствовал. Они прошли в дом, в столовую. И чай, и сладости подавала Софья. При этом — молчала.
— А где остальные слуги? — спросил Фёдор.
— Распустила, — махнула рукой Алиса.
— Почему?
— Надоели они, — уклончиво ответила девушка. — Новых наберу. Потом как-нибудь. Кроме Софьи мне никто не нужен.
Фёдор был удивлён. Определённо, в настроении его кузины наступили перемены… У неё никогда не было меньше четырёх слуг. Им подали зелёный чай. И даже не предложили кофе! Он улыбнулся и попытался растопить лёд в сердце Алисы. Однако же, был обескуражен самим наличием этого льда…
— Императрица принимала меня, как родственника, — сказал он с гордой улыбкой. — Какая женщина! Какая сила в ней! Ты даже не можешь себе представить.
— Куда мне, — буркнула ведьма.
— Речь не об этом, дорогая, — замахал руками следователь. — Это невозможно понять, пока не ощутишь. Можешь ли себе представить, что я оробел? И стоял, будто ребёнок.
И расхохотался. Алиса посмотрела на него снисходительно. Иванов смутился. Он положил свою могучую ладонь на её бедро и попытался погладить, но она убрала руку. Странно. Очень странно.
— Я по делу, — сказал следователь. — У меня будет своё министерство. Министерство Сыска.
— Мне не интересна служба, — ответила Алиса. — Ты знаешь круг моих страстей.
Она попыталась улыбнуться. Что-то было не так. Неужели у неё появился мужчина? И Фёдор, несмотря на весь свой шарм, ей больше не нужен? Впрочем… Она смотрела на него, будто что-то хотела сказать — но молчала.
— Ты должна мне помочь, — продолжал он, но напор в голосе поубавился. — Я хочу взять тебя в советчицы.
— Неинтересно, — ответила она. — Отказываюсь.
В задумчивости, следователь отхлебнул чай. Гадость! Редко он бывал в таком положении. Гнев Святослава ему был понятен. А что не так с его любовницей? Неужто он недостаточно крепко её обожал все эти годы? Пожалуй. Но мог ли он допустить, что она его оставит…
— Я подозреваю, что Горелов действовал не один, — произнёс следователь первое, что пришло в голову. — Мне кажется, у него был сообщник.
В глазах Алисы на секунду мелькнул страх. Что она от него скрывает? Замешательство длилось совсем чуть-чуть. Она быстро взяла себя в руки. Гоняла внутри чашки остывший чай.
— Мне дано указание отыскать тело Ксении, — продолжал Иванов. — Я думаю, его похитил подельник Горелова.
— Тебе виднее, — ответила Алиса.
— Отправимся на кладбище вместе, — говорил Федор с каким-то нездоровым энтузиазмом. — Ты погрузишься и все выведаешь.
Алиса многое хотела ему сказать. Что она никогда не погружалась в пучину времён, застывших на кладбище. Что желания такого она не имеет. Что нельзя быть таким напыщенным индюком, как Её Величества старший следователь Иванов. И что сама она — в смертельной опасности, но он нипочём не догадался бы.
— Нет, — коротко ответила она.
Федор застыл, будто громом пораженный. Впервые в жизни ведьма говорила ему «нет». Он приобнял её, но она тут же отстранилась. Глядишь, ещё и ложе с ним делить откажется?
— Так-так, — произнес Федор. — Ты отказываешь мне в помощи? Да будет тебе известно… Подельник Горелова, этот неустановленный негодяй… в опасности. Нам надлежит его спасти. И выполнить поручение Императрицы!
— Нет, — повторила Алиса. — Уходи. В таком положении ты мне противен. Ты же ничего не видишь! Не слышишь. Не чувствуешь…
Фёдор, как громом поражённый, поднялся. Поцеловал ручку. И вышел прочь. Всего за один день его оставило двое верных друзей! Это, впрочем, далеко не все проблемы, с которыми следователю пришлось столкнуться в ближайшем будущем.
Глава 28. День работы и вечер отдыха
На следующий день Фёдор начал кропотливый умственный труд. Он укрепился в мысли, что Горелов действовал не один. А ещё — в его душе зародилось сомнение в искренности Алисы… Как знать, тот ли портрет она нарисовала тогда, перед самым раскрытием разгадки? Он вспомнил, что первую работу она почему-то смяла. И выбросила в мусор. Что там было?
Иванов начал сопоставлять показания всех свидетелей. Выписывать огромную таблицу, выискивая противоречия и дыры. Кропотливое занятие отняло у него несколько часов. И теперь он видел, что как минимум несколько человек недоговаривали. В имении отдыхал кто-то ещё… Кто же? Быть может, Горелова и вовсе не было внутри злосчастной «Ауди»? И он кого-то покрывает?
Фёдор учинил распоряжение. Назначил повторный допрос Горелова на понедельник. Сегодня пятница, их ожидал чудесный корпоративный вечер. Передал в канцелярию распоряжение о подготовке допроса. Потом наступил черёд бумаг, которые уже несколько дней ждали своего часа. У него ведь не одно-единственное дело! Счёт времени Фёдор потерял.
Звонок Генриха застал его врасплох.
— Приятель мой, — сказал Цискаридзе. — Как намерен добираться к Прудам? Я уже вызвал мотор!
— Пруды… — вздохнул Фёдор. — А который час?
— Седьмой час пошёл! — произнёс начальник. — Только не говори мне, что ты ещё не собрался?
— Дайте мне десять минут, — попросил Иванов. — И я появлюсь у вас сей же момент.