Лерка. Второе воплощение (СИ)

     – Я не сгонял, – Элбан присел на крыльцо, предварительно проверив его на чистоту. – Стоило мне зайти в дом, как они подскакивали и выходили сами.
     – Морок? – я подошла к той девушке, которая по-прежнему висла на Ренольде и заглянула ей в глаза. Зрачки расширены, взгляд расфокусированный, губы то растягиваются в глупой улыбке, то кривятся, словно девушка вот-вот заплачет. Такое чувство, будто их опоили чем-то.
     – Вполне возможно, – Ренольд осторожно усадил девушку на крыльцо рядом с Элбаном. Оборотень тут же поднялся, заметив, что жительница этого села хочет опереться на него.
     Риваль же, осмотрев себя и заметив, что его одежда безнадёжно испачкана, вытащил из кармана платок и стал вытираться, не изменившись в лице. Я хмыкнула. И к чему этот жест? Он же маг! Может просто шепнуть заклинание и всё. Всё же Ренольд тот ещё позёр.
     – Почему не магией? – всё же спросила, так как любопытство пересилило.
     – Привычка, – Ренольд пожал плечами. – Во дворце бывает много разных людей, и не все они владеют магией. Если во время приёма на кого-то пролили вино или другой напиток, то считается дурным тоном воспользоваться магией, чтобы очистить свой костюм. Так как мало кто из аристократов сейчас может пользоваться магией, из-за этого в обществе стало не принято лишний раз показывать свои способности. В общем, те, кто обделён, успешно навязали своё мнение, так как таких «обделённых» подавляющее большинство.
     Риваль после этих слов глянул на безнадёжно испачканный платок, затем на себя и поморщился, тут же очищая всё с помощью магии.
     – О, вот как, – честно была удивлена. Я думала, это просто у Ренольда тараканы в голове такие, а оказывается всё не так уж и спокойно в Датском королевстве.
     – Простите, – к нам подошёл какой-то тщедушный старичок, который держался за седую голову и морщился, будто страдал от головной боли. – Что происходит? Кто вы и что тут делаете?
     Староста? Скорее всего.
     Посмотрела на людей, по-прежнему бродивших по грязной улице, будто восставшие из земли зомби. Если учесть, что многие из них падали и потом вставали, извазюкиваясь при этом по самые уши, то сходство было довольно большим.
     Ноли с Рели, будто только что очнулись. Они что-то там запричитали и кинулись к ближайшим женщинам, начиная их отводить в один из домов, охая и ахая при этом. Олан стоял поблизости, наблюдая за людьми. Лицо у него в этот момент было озабоченным и хмурым. Патриций тоже начал помогать вместе с Гимрином, только они подпихивали в спины уже мужчин, дружески похлопывая им по плечам и бросая короткие фразы о том, чтобы топали вперёд.
     Ясно. Все разбрелись, сделав вид, что заняты делом, а для разговоров оставили нас. И что им говорить?
     – Что вы помните? – спросил Ренольд, рассматривая старика перед собой.
     Старик, как старик. Седые космы, подслеповатые, прищуренные глаза непонятного цвета и морщинистое лицо. Полный комплект.
     – Что помним? – он крякнул, покачнулся, но устоял, принимаясь тереть лицо ладонями.
     Я опустила глаза, замечая, что дед стоит прямо голыми ногами на земле. Ему, должно быть, холодно.
     – А где вы живёте? – спросила, подхватывая деда под локоток и вопросительно заглядывая ему в лицо.
     – Где? Так вот же дом, там и живу, – ткнул он узловатым пальцем в дом, который окружал плетень, так заинтересовавший Люца.
 
     Вернее его заинтересовал не сам плетень, а что-то за ним. Мы с Ренольдом переглянулись и заговорщицки кивнули. Он пошевелил пальцами, будто готовясь в любой момент выхватить клинки, а потом медленно подошёл к плетёному из лозы забору и заглянул за него.
     Повернувшись, хмуро кивнул в сторону калитки. Я повела деда к ней, даже не пытаясь предугадать, что там может быть такое.
     Мда, я ожидала увидеть всё, что угодно, но не это. Весь двор был усеян мёртвыми курами, а около крыльца лежала высушенная до состояния мумии, коза.
     – Ох, – дед запричитал, вскинул руки и быстро посеменил к своей мёртвой теперь животине. – Как же это так? Кто же это так? Почему? – Он повернулся к нам и насупился. – Неужто вы тут так нахозяйничали, окаянные?
     – Нет, – Ренольд выпрямился ещё сильнее, хотя у него и так осанка была идеальной. Дед глянул на него и весь тут же сдулся. Ещё бы, заподозрить в убийстве козы человека явно не простого происхождения, за такое можно и поплатиться. – Не мы, но, кажется, мы видели того, вернее, ту, кто это сделал.
     – И кто? – дед аж подался чуть вперёд, но Риваль кивнул в сторону двери в дом, явно намекая, что говорить на улице не станет. – Ой, что же это я гостей держу на улице? Проходите, проходите.
     В итоге мы всё рассказали старику, который оказался действительно старостой деревни. Естественно, рассказали лишь о том, что видели морену, о том, что несколько человек всё-таки мертвы. Эта новость совсем не доставила радости деду. В этой деревне все друг друга, по понятным причинам, хорошо знали, и одна из усопших оказалась женой его погибшего на охоте внука.
     Новость о пакости, которая в любой момент может появиться из лесу и навести на них сонный морок, а потом высосать плоть, радости тоже не принесла. На вопрос о том, было ли у них раньше нечто подобное, староста уверенно ответил, что никогда. А он это хорошо знает, потому что живёт в этой деревне с самого детства и ни разу ничего подобного тут не случалось.
     Было как-то, что разбойники повадились ходить к ним, но с ними, в конце концов, разобрались. Бывало, хищники из лесу выходили, один раз даже кто-то уверял, что агров неподалёку видел, но вот такого точно никогда не было. Всё тихо-смирно и по-людски.
     И что это значит? Просто так морена выбрала эту деревню местом своего пиршества или же этому была какая-то причина? В последнее время я перестала верить в случайности, но, сколько бы ни размышляла над всем этим, никак не могла соединить ниточки. Казалось, они совершенно не имеют под собой ничего общего, но что-то внутри грызло, давая повод сомневаться в простом стечении обстоятельств.
     Ближе к вечеру народ пришёл в себя. Мы все остановились в доме старосты, который ни в какую не захотел нас отпускать. Новость о том, что случайные путники спасли село от жуткой твари, разлетелась в мгновение. К дому начали приходить люди, мы вежливо принимали слова благодарности. Нашлись и те, кто начал утверждать, что это, мол, мы и есть те, кто убил тех женщин и всю живность в деревне, но рты им остальные быстро позакрывали, с опаской косясь на секиру Гимрина и меч Элбана, к которому он как бы невзначай притрагивался.
     Ночь мы провели в деревне. Правда, спала я мало, так как постоянно перед глазами всплывало лицо морены. Жутковато. Да и то, что она усыпила целую деревню, тоже было не особо весело. Утром мы быстро распрощались со всеми, прикупив необходимых нам продуктов. На просьбы погостить чуть дольше, посетовали на длинный путь и необходимость спешить. Солнце ещё толком не оторвалось от горизонта, а мы уже покидали деревню, в которой готовились сразу к двум событиям. Похоронам и свадьбе. Двое молодых людей, осознав, что в любой момент могут умереть и ничего не успеть, решили связать свои жизни как можно скорее.