Лерка. Второе воплощение (СИ)

     Ренольд сидел рядом, как вдруг отчего-то дёрнулся и зашипел, хватаясь за своё плечо.
     – Что такое? – спросила, поворачиваясь, и сама вздрогнула и зашипела, так как мне показалось, будто в моё плечо вогнали сотни раскалённых игл. – Что за?..
     Подскочила на ноги, прижимая руку к плечу и оглядываясь по сторонам. Что это? Нападение? Враги? Почему никто ничего не заметил и не услышал? Олан и Патриций удивлённо на нас с Ренольдом смотрели, так как он тоже озирался, держа в одной руке клинок, а вторая у него просто висела вдоль тела.
     – Никого? – спросила, понимая, что вокруг действительно никого нет и на нас нападать не собираются.
     – Что произошло? – Ренольд глянул на меня и его лицо перекосилось. Он согнулся пополам и тихо застонал, шикая и ругаясь сквозь зубы.
     Я хотела подойти к нему, но тут меня накрыла волна боли, исходившей от моего правого плеча. Сознание мгновенно заволокло, спасая мозг от перегрузки. Темнота накрыла с головой.
     Своего падения я уже не почувствовала.
     Очнулась из-за того, что меня замутило. Попытавшись встать, ощутила, что ничего у меня не выйдет, поэтому лишь бессильно перевернулась набок и приподнялась немного на локте. Мой желудок тут же вывернуло наизнанку. В голове гудело и звенело, а внутренности попросту сводило судорогой. Перед глазами всё плыло от накопившихся слёз, так как глаза попросту жгло неимоверно. Меня трясло из-за жара, от которого меня то морозило, то припекало так, что становилось трудно дышать.
     – Давай, девочка, не волнуйся, пусть всё выйдет. Это нормально.
     Судя по голосу, говорившим был Олан, но мне было так хреново, что я толком ничего не соображала. Если честно, я впервые в жизни себя так чувствую, причём говоря «в жизни» я имею в виду сразу обе мои жизни. Казалось, ещё немного и я точно коньки двину. Это было что-то с чем-то. Моё тело горело изнутри, меня трясло. Я даже не понимала, что вокруг происходит.
     Кто-то застонал, и до меня только через минуту дошло, что это, чёрт возьми, сделала я.
     Что со мной? Вопрос вспыхивал в голове, взбухал, как взбухает кожа на теле, если поцарапать её до крови.
     Я умру? Обрывками проносилось в мыслях, порой даже не вопросом, а утверждением. Иногда даже просьбой, которая тут же исчезала в глубинах сознания, а на поверхности всплывало: Чёрта с два! Я не сдохну!
     – Принесите ещё воды, их надо обтереть. Они горят, надо сбивать температуру.
     Олан суетился рядом. Это я даже с закрытыми глазами ощущала. Меня снова замутило. Я замычала, пытаясь подняться.
     – Сейчас, давай помогу, – крепкие руки тут же меня приподняли и немного перевернули.
     Меня стошнило желудочным соком, а потом к губам сразу сунули миску с прохладной водой. Пара глотков. Снова стошнило. Боль в голове то взрывалась, то принималась каким-то чудовищем сверлить мне затылок, видимо, желая сожрать мозги.
     – Вот, держи.
     – Подними, я поменяю одеяло. Надо перенести её. А потом его.
     Чьи-то сильные руки приподняли меня над землёй. Тело свело судорогой, показалось, что у меня лопается кожа. Глаза горели огнём, слёзы текли, не переставая, но я этого особо не ощущала. Язык во рту, казалось, распух, а кости в теле ломило, будто они все разом были переломаны.
     Я стиснула зубы, толком не осознавая уже, кто я и что происходит. А потом позволила темноте обратно затащить меня в свои владения. Неужели моё рождение в теле деревенской девушки Леры было лишь плодом моего воспалённого мозга, а на самом деле сейчас моё переломанное тело вытаскивают из искорёженной машины?
 
     Наверное, это были мои последние мысли, потому что, проснувшись в очередной раз, я осторожно открыла глаза и увидела над своей головой вовсе не белый потолок палаты, а верхушки высоких деревьев. И ночное, высокое звёздное небо.
     Я Лера. Я в мире, где магия вполне обычная вещь. Я знакома с эльфом, который, по-моему, что-то ко мне испытывает. Знаю местного принца, который оказался вовсе и не принцем, зато вот капитан в легионе очень даже принцем, пусть и всего лишь незаконнорождённым. Я лекарь и, вероятно, последний друид этого мира, в подтверждение у меня есть личный посох с древним духом. А ещё совсем недавно к нам в компанию прибился демон-зверь кальпи, рогатый такой конь с лапами вместо копыт. Я знакома со старым путешественником, которому уже сто тридцать лет и он очень подозрительный дедан. Я Лерия, девушка и я не умерла.
     – Как? – голос Ренольда. Хриплый и тихий.
     Где-то недалеко всхрапнул Люц. Треск костра и приглушённые разговоры. Кто-то совсем близко тихо посапывал. Обернулась. Олан, сидит около меня и, оперевшись на какую-то палку, спит. Повернула голову в другую сторону, сталкиваясь взглядом с Ренольдом.
     – Я думал, что так выглядит конец, – прошептал он, облизнувшись, и вытащил руку из-под одеяла. Не знаю почему, но я сделала то же самое, едва-едва сжимая своей ладонью его и улыбаясь. Вернее попыталась, так как потрескавшиеся губы не дали сделать ничего более серьёзного, чем просто приподнимание уголков.
     – Я больше не стану есть кашу Олана, – прохрипела, удивляясь тому, насколько посажен у меня голос. Было такое чувство, словно я гриппую и у меня пропал дар речи.
     – Моя каша тут совершенно не причём, – Олан, видимо, проснулся от наших разговоров, поэтому тут же вставил свои пять копеек.
     – Живы?
     – Проснулись?
     Элбан с Патрицием непонятно как оказались рядом. Советник тут же закружил рядом с Ренольдом, помогая ему привстать. Он что-то без перерыва бормотал и то и дело преподносил к губам Риваля миску с водой.
     Элбан стоял чуть в отдалении, переводил с меня на Ренольда хмурый взгляд и трепал за гриву Люца, который тоже был тут. После его попытки пообщаться со мной картинками, я скрипнула зубами и попросила пока «помолчать». Люц подчинился.
     Олан помог приподняться уже мне, тоже принимаясь поить. Хорошо, что это была простая вода, боюсь, никакого настоя мой желудок сейчас бы не выдержал. Я пила жадно, буквально вцепившись в миску. И только когда мне показалось, что ещё немного, и я лопну, позволила себе отдать посуду.
     – Что это было? – вытирая рукавом губы, спросила, всё ещё ощущая, что моё тело не пришло в полный порядок. То и дело вспышки короткой боли возникали и затухали, будто остатки пожара, который никак не может закончиться окончательно.
     – Это…
     Олан встал и подошёл к костру, зажёг от него небольшой факел, явно сделанный совсем недавно. А потом вернулся и присел на пенёк, поднося свет ближе ко мне. Я, если честно, совершенно не понимала, что он делает, поэтому хотела уже спросить, как Олан взял мою правую руку и преподнёс ближе факел.