Лерка. Второе воплощение (СИ)

     Запомнил!
     Глянула на Ренольда. Бывает же такое, ну и память. А ведь разговор этот был почти четыре месяца назад, да и то, сказано было только это.
     – Я просто интересовался этим вопросом после. Вы были правы, такие ходы строились, вот только простым людям об этом известно не было. У нас во дворце много ходов в стенах, всевозможных скрытых ниш и тайных комнат, но я никогда особо не интересовался их предназначением, лишь знал, что они есть и всё. Хотел бы я почитать книги, которые читали вы, – Ренольд наклонил голову, смотря на меня.
     – К сожалению, это невозможно, – пожала плечами, оглядываясь, потому как там стало шумно. Люц то и дело отсылал мне картинки, что он зачем-то желает попробовать на вкус плащ Патриция. А советник совершенно против был такой идеи, поэтому всячески прятался то за Элбана, то за Олана, но Люц неуклонно его преследовал.
     – Почему же? – не успокаивался Риваль, словно гончая, чующая добычу, или бульдог, ухвативший жертву за горло, он давил на меня, смотрел, не давая просто солгать или уйти от ответа.
     – Хорошо, – вздохнула, останавливаясь, чтобы дождаться всех остальных. – Когда-нибудь я расскажу вам. Но это будет не сейчас, и даже не завтра, а всего лишь когда-нибудь. Договорились?
     – Хм, полагаю, что выхода у меня всё равно нет.
     – Верно, – улыбнулась, хватая Люца за клыкастую морду, и устремляя взгляд прямо в кровавые глаза. – Перестань, ты же видишь, что он тебя боится. И вообще, думаю, тебе нужна компания. Мидах, не хочешь прогуляться на свежем воздухе?
     Я вытянула руку и в ней тут же материализовался посох, который буквально мгновенно окутался вместе со мной зеленоватым светом, из которого возник Мидах в образе всё того же огромного кота с кисточками на ушах. Я, помня, что просто так его никто не видит, закрыла глаза, вливая снова пополнившуюся энергию в него.
     – Благодарю, – дух склонил большущую голову и любопытно посмотрел на кальпи. Тот, в свою очередь, разглядывал Мидаха.
     Мне тут же прилетел неуверенный вопрос, в котором меня спрашивали друг ли нам этот зверь. Я кивнула, погладив по мощной шее.
     – Люц, это Мидах, мой, а теперь и твой друг и напарник.
     Мидах фыркнул, а потом очертания кота дрогнули и перед нами через секунду уже стоял знакомый мне юноша, который, совершенно не стесняясь, запрыгнул на кальпи и распластался на его огромной спине. Люц на такое удивлённо фыркнул, переступил с ноги на ногу и покосился на меня одним глазом.
     – Прокатимся? – спросил Мидах, выпрямляясь и хватаясь руками прямо за рога Люца.
     Я буквально ощутила недоумение, удивление и нетерпение зверя. Кивнула. Момент, и здоровая махина пришла в движение.
     – Это был Мидах? – Ренольд совсем уж некультурно тыкал пальцем во всё ещё покачивающиеся кусты, за которыми скрылся кальпи с духом.
     – Он самый, – подтвердила, начиная помимо воли улыбаться, а потом и вовсе расхохоталась. Уж больно забавно выглядели все присутствующие. И если Ренольд видел Мидаха в образе кота, то все остальные даже этого не видели. Представляю, как они сейчас удивлены и что чувствуют. Я бы на их месте точно разуверилась в собственном здравом уме.
     Глава 4
     Эйнар остановился перед воротами, оглянулся назад, всё ещё немного сомневаясь в своей затее. Он никогда особо не верил в высшие сущности. То есть он знал, что божества, боги и верховный создатель существуют, но Асвальд был уверен, что всем этим существам нет никакого дела до их мелких забот. А всё, что происходит с ними в этой жизни, всего лишь случайности и последствия их собственного выбора.
 
     Вздохнув, он неосознанно коснулся мудрёно заплетённой косы, поправляя её зачем-то на плече. Он чувствовал себя неловко в церемониальной накидке и с очень уж туго заплетённой косой. А ещё у него забрали клинки, а это было совсем уж невыносимо. Он как получил их от отца почти пятьдесят лет назад, так и не расставался с тех пор, а вот сейчас их отобрали, потому что к богу с оружием нельзя. И плевать, что там нет никакого бога, всего лишь статуя, которую, скорее всего, сами же эльфы и выточили из камня, а теперь поклоняются этому куску гранита.
     Завязка на горле от накидки душила, неприятно впиваясь в кожу. А всё потому, что белоснежная церемониальная одежда была из какой-то тонкой, но очень тяжёлой ткани, плюс добавить сюда камни и вышивку серебряными нитями. В итоге весило это всё прилично, а удерживалось на плечах лишь завязками на шее.
     Служители бога стояли по обе стороны от ворот в полупоклоне. Это были обычные дроу с присущей их расе тёмной кожей и светлыми волосами. Цвет кожи варьировался от почти чёрного до светло-серого. Чем светлее кожа, тем ближе к знати.
     «И как они постоянно такое носят?» – подумал раздражённо Эйнар, поправив впивающийся в шею шнурок. Лучше от этого не стало.
     Не раздумывая больше, он шагнул в ворота и пошёл по вымощенной серым камнем дорожке, по обе стороны которой были выставлены причудливые фигуры из камня, изображающие всяческих божеств. Многих из них Эйнар даже не знал, поэтому внешний облик небольших статуй вызывал порой недоумение, но он старательно делал вид, что всё в полном порядке.
     Самое интересное, что пространства за статуями не было видно совершенно – там была просто темнота. А все потому, что над этим местом был раскинут защитный барьер, который защищал не только от внешнего воздействия, но и от посторонних взглядов.
     Через некоторое время перед ним будто из пустоты вынырнуло небольшое озеро. Оно в буквальном смысле слова светило. По его берегам были выстроены бордюры из чёрного камня, украшенные искусной резьбой. Между трещин камней и на дорожке пробивался странный голубоватый свет. Прищурившись, Эйнар понял, что это какое-то светящееся растение. Что-то вроде мха.
     Осторожно подойдя к озеру, Асвальд заглянул вглубь, тут же понимая, что всё дно покрыто этим растением, из-за которого из воды и пробивается слишком уж нереальный, будто потусторонний свет. Мох стелился по камням и илу, но что удивительно – вода была совершенно прозрачной.
     Посмотрев по сторонам, Эйнар убедился, что и тут всё, что за пределами озера тонет в полном мраке. Из-за чего создавалось странное ощущение, словно находишься в какой-то тёмной невесомости, и за пределами этого места нет совершенно ничего. Жутковато.
     Эйнар, насмотревшись, вспомнил, зачем он вообще сюда пришёл, поэтому тут же выпрямился, вглядываясь в самую сердцевину озера. Не вглубь, нет, а на поверхность посередине водоёма.
     Он хорошо помнил, что статуя видна не всем. Кто-то говорил, что само божество, если пожелает, то покажется, но Эйнар знал, что и тут не обошлось без защитной магии. Заклинание, наложенное на статую, сканирует пришедшего и если он не имеет права находиться здесь или имеет дурные помыслы, то защитный покров со святыни не снимется.
     Эйнар немного даже нервничал, хотя и довольно скептически ко всему этому относился.