Аокигахара (СИ)
— Да! — Сару кивнул и положил мне на плечо свою огромную лапу…
Переход прошёл гладко, как никогда. Мы появились в трёх сотнях метров от Древа, напротив полуразрушенного Сеичи Дзингу, около огромного черепа.
Нас, разумеется, ждали. При появлении Хозяина Леса со всех сторон донеслись крики радости, и вскоре вокруг собралась огромная толпа. Тысяч двадцать навскидку, если не больше… Все те, кто участвовал в недавнем сражении.
Свалить было бы некультурно, да и некуда, поэтому я встал позади Хозяина Леса с постной физиономией — типа не при делах — и постарался как можно меньше отсвечивать. Ну вот не люблю я большие скопления людей, хоть ты убей. Здесь, конечно, не люди, но суть от этого не меняется.
Дождавшись, когда народ вокруг поутихнет, Сару шагнул вперёд и громко, во всеуслышание, проревел:
— Мы победили! Сегет отправился в небытие! Тьма отступила, но это только начало! Вскоре мы пойдём возвращать своё! Северный Лес и Древо Судьбы ждут!
Народ после этих слов ожидаемо зашумел. Нет, всем и так были понятны задачи, но командир обязан был их объявить. Жестом остановив поднявшийся шум, Сару обвёл взглядом толпу и добавил:
— Сейчас всем незанятым — отдыхать! Старейшинам — организовать питание и обустройство! Все! Расходитесь и… спасибо вам всем!
Эта фраза поставила жирную точку в событиях прошедшей ночи. Народ снова зашумел и начал расходиться, живо обсуждая недавнюю битву и новый поход.
Это было похоже на начало антракта. Представление закончилось, занавес упал на сцену, но, к сожалению, это была только первая часть.
Тяжело вздохнув, я нашёл взглядом своих и направился к ним, улыбаясь и кивая в ответ на приветствия всем встреченным оборотням.
Помнится, в приемной у покойного Императора была похожая ситуация, но сейчас я не чувствовал себя голым. Нет, к людям у меня нет претензий, да и не знал меня там никто, но… даже если бы знали.
Здесь, в лесу, все намного честней. Ёкай нечего делить и незачем толкаться локтями. Потребности минимальны, и никто тут никому не завидует. Радости не стесняются — ей щедро делятся с окружающими. В горе стараются друг друга поддерживать, но сегодня горя нет! Вот не думаю, что гашадокуро смогли хоть кого-то убить. Слишком они тупые и неповоротливые. Да даже если кто-то погиб, сегодня все равно никто не будет грустить. Пока живет Древо, никто тут окончательно не умрет. А оно будет жить! Ведь мы победили! И такой разгромной победы не случалось четыре тысячи лет!
Махнув рукой ожидающим меня ребятам, я повернул голову и вопросительно посмотрел на Кояму.
— Без потерь, — кивнув, спокойно доложил самурай. — Четверо раненых. Трое — легких, один — до сих пор без сознания. Госпожа Эйка сказала, что оклемается.
«Ну вот… Теперь точно все, и можно ненадолго расслабиться», — я мысленно выдохнул, кивнул Кояме в ответ и, обернувшись, улыбнулся подошедшей волчице.
Очевидно, заметив выражение моего лица, Мика остановилась в метре напротив и осторожно поинтересовалась:
— Что-то не так?
— Нет, — я покачал головой. — Все хорошо. Просто очень устал. Пять часов просидеть на траве и не уснуть — это не шутки.
— А Нэко, как я понимаю, ушла? — хмуро поинтересовался подошедший енот. — Мы с Эйкой ее больше не чувствуем…
— Да, ушла… — я вздохнул и ободряюще улыбнулся. — Но она скоро вернётся. Вернее, они…
— Они⁈ — енот ещё больше нахмурился. — Кто «они»? Ты точно в порядке?
— Они — это Ата и моя нерожденная дочь, — пояснил я и, дождавшись, когда все подойдут, коротко рассказал о том, что случилось в астрале.
Наверное, полгода назад от такого рассказа народ бы слегка охренел, но сейчас все вроде как пообвыклись. Да и чему, собственно, удивляться, когда стоишь под волшебным деревом, возле огромного черепа, хозяин которого недавно пытался тебя убить? В общем, из благодарных слушателей у меня остались только Мика и Асука. Ну и, наверное, ещё Иоши. Обе оками слушали с открытыми ртами, а енот по ходу рассказа перестал хмуриться, а под конец — так вообще пару раз улыбнулся. Ну да… Сказку-то он Нэко так и не рассказал, но ничего — скоро исправится. Будет у него благодарная слушательница.
Закончив говорить, я ответил на пару вопросов, затем поведал ребятам о планах на ближайшее время и отправился к верне, которая лежала на траве возле Сеичи Дзингу.
Она была прекрасна. Огромная, хищная… С угрожающе загнутыми клыками, шипами и гигантскими крыльями.
Я шёл к своей верне и чувствовал себя мальчишкой, которому родители подарили настоящий боевой истребитель! Сколько всего передумал за эти месяцы… Расстраивался, считая, что Берюта погибла… Но все хорошо! Моя верна жива! Она вернулась! И мы с ней ещё полетаем!
Почувствовав мое приближение, Берюта подняла голову, открыла глаза и наши взгляды встретились.
Улыбнувшись, я прошёл под нижней челюстью верны и, обняв ее за шею, упёрся лбом в прохладную чешую.
Вот даже не знаю… Берюта весит несколько тонн, и шея у неё в пару моих обхватов, но по ощущениям — словно обнял большую собаку. При этом верна любит, когда я ее вот так обнимаю, и ещё — когда чешу за ушами. Скребу, в смысле, ногтями по чешуе, которую не пробьёт ни одна стрела. Очевидное невероятное… М-да… По-другому не скажешь.
— Здравствуй, Старший… Я рада, что ты пережил эту битву, — послав калейдоскоп образов, верна осторожно опустила голову на траву. — Ты отрезан от Силы, и я очень переживаю.
— Все будет хорошо, — мысленно произнёс я и, усевшись, привалился спиной к шершавому драконьему боку. — Нам ведь осталось совсем немного… Нужно уничтожить Источник Тьмы и разбудить Древо Судьбы. Вот как раз насчёт Источника я и хотел с тобой говорить.
— Да, я его чувствую, — верна шумно выдохнула и послала образы сомнения и опасения. — Но тебе не кажется, что Источник — это ловушка? Как тогда — четыре тысячи лет назад?
— Все возможно, — я согласно кивнул. — Однако он появился задолго до нашего с тобой возвращения. Так что вряд ли Сэт с Сегетом предполагали, что мы попытаемся его уничтожить. То есть, если кого-то и ждали — то точно не нас.
Впрочем, это не означает, что Змей не попытается устроить засаду. Только кого он отправит? Все четыре Владыки потеряли материальное воплощение и вернутся не скоро. Сам Сэт не придёт, ну а с любой другой тварью мы с тобой справимся. К тому же у нас нет вариантов. Ведь только мы с тобой способны уничтожить эту мерзость. Ну разве что боги помогут, только в это верится слабо…
Голова натурально раскалывалась. Послать столько образов сразу после такого долгого перерыва — это как перерешать треть английского учебника математики, переводя задания со словарем. Нет, так-то образы создавать несложно. Гораздо труднее собирать из них послания. Мозг цепляется за слова, а это, скорее, кадры из фильма. Впрочем, мастерство не пропьёшь, и что когда-то умел — вспомнится. Башка вот только раскалывается…
— Да, Старший! Выбора нет, и мы это сделаем, — верна издала глухое рычание и послала мне образ решимости. — Стая поможет уничтожить мертвых на ярусах перед Источником. Только скажи: когда мы летим?
— Не знаю точно, но в ближайшие дни — как только объединённая армия подойдёт к границе на севере, — я помассировал пальцами виски, пытаясь унять боль, откинул голову на прохладную чешую и устало прикрыл глаза. — Мне сейчас не очень легко говорить, поэтому рассказывай ты. Что происходило в последние дни? Как Стая? Всех ли получилось вернуть?
Как выяснилось из рассказа Берюты, ей удалось пробудить пятьдесят семь соплеменников. Ещё восемь остались в каменном сне, но они очнутся, когда проснётся Древо Судьбы и Тьма покинет Северный Лес.
Ну да… Ата с дочерью, Нактис, Хона и вот ещё верны… Возвращение всех, кто мне близок, завязано на пробуждении Древа Судьбы. Ставки задраны до предела, как в карточной игре при ва-банке. Ну или в фильме, где, кинув кольцо в вулкан, можно решить все мировые проблемы. Да, все именно так… Вот только нет у меня ни кольца, ни вулкана под боком. Зато есть Источник Тьмы и вполне обоснованные опасения верны.