Аокигахара (СИ)
— Щит! — одновременно с этим мяукнула Нэко и, повесив «простыню», спряталась у меня на плече.
Мгновение спустя конус Тьмы снес поставленную кошкой защиту и плеснул в меня пару вёдер отвратительно пахнущей слизи.
Выматерившись с досады, я побежал к атаковавшему нас чудовищу, но этот бодмонта оказался самым умным из всех. Не пытаясь больше читать заклинания, он упал на передние лапы и исчез. Просто обляпал меня дерьмом и свалил! Вот же урод…
Остановившись и тяжело дыша, я убрал меч, вытер с лица вонючие капли, затем указал рукой на неспешно бредущих от озера скелетов и мысленно произнёс:
— Нэко, они твои!
Не произнося ни слова, кошка слетела с плеча и унеслась развоплощать оставшуюся нежить. Я посмотрел ей вслед, пару раз глубоко вздохнул, пытаясь восстановить дыхание, и… вдруг понял, что отчаянно трушу. До такой степени, что боюсь обернуться.
Нет, я уверен, что Мика осталась такой же, но не так я представлял себе эту встречу. Да, наверное, белого коня в лесу не найти, а цветы ёкай не дарят, но какой уж тут, в задницу, конь…
Пропахший мертвечиной, в заляпанном слизью доспехе, с трясущимися ногами я совсем не похож на принца из сказки. И конь бы тут ничем не помог. Впрочем, она же не дура? Должна понимать…
Сделав над собой нечеловеческое усилие, я обернулся, нашёл взглядом Мику и забыл, как дышать…
Она совершенно не изменилась. Стала еще прекраснее, чем в нашу первую встречу. В плетёном доспехе, с копной пепельных волос, из-под которых торчали аккуратные уши. Клинки опущены к земле, в огромных голубых глазах неверие, удивление и… радость?
Все ёкай уже были на ногах. Мудзина оскалился и часто дышал — ему видно прилетело неслабо, но все живы и ладно. Нэко, если что — вылечит, а мне сейчас не до них.
Заметив мой взгляд, Мика на секунду нахмурилась, но затем взгляд девушки просиял. Она убрала в ножны клинки, подошла и, остановившись в нерешительности в двух метрах напротив меня, потрясённо произнесла:
— Ты⁈
— Ну да, — покивал я. — А кого ты ещё тут ждала? Я скучал… И прости, что в таком виде…
— Да какое мне дело до того, как ты выглядишь… — Мика приблизилась и, прижавшись, уткнулась лбом мне в плечо. — Ты все же пришел! И я могу только представить, как труден был твой путь домой, но ты здесь! Значит, у нас, у нас у всех появилась надежда.
— Ну… — смущенный от ее слов, я пожал плечами и улыбнулся. — Как бы я мог не прийти?
Лисы ведь тоже умеют улыбаться, и… блин! Как же классно стоять вот так рядом с ней, чувствовать ее запах и ни о чем больше не думать. Полгода прошло с той ночи в усадьбе, а я чувствую себя так же, как и тогда: пришибленным и безумно счастливым.
— Да! — словно прочитав мои мысли, Мика отстранилась и, смерив меня взглядом, улыбнулась в ответ. — Тот мальчишка, с которым я соединила свою судьбу в усадьбе Кавакаси, превратился в серебристого лиса, способного одним ударом меча упокоить костяное чудовище…
— Тот мальчишка никуда не исчез, — я хмыкнул и перекинулся в человека. — Лис просто бегает быстрее, а мне нужно было успеть.
— Я думала, что мы не переживем этот бой, и если бы не твоя помощь… — Мика шагнула ко мне, закинула руки на плечи, коснулась своими губами моих и прошептала: — Спасибо!
— Значит, все у нас в силе? — глядя ей в глаза, севшим от волнения голосом прошептал я. — Ты не передумала?
— Чего это я должна передумать? — девушка улыбнулась, в глазах ее мелькнули веселые огоньки, а мне вдруг стало не по себе.
Ведь это неправильно! Она же не знает про Хону и Ату. В подобных ситуациях нельзя не договаривать любимым и близким. И как бы ни относились к такому ёкай, я обязан ей все рассказать. Сейчас только соберусь с духом, и…
— Слушай, а как у тебя получилось остановить заклинание этой твари, и что произошло со скелетами? — не заметив моего состояния, Мика кивнула в сторону озера и вопросительно приподняла брови. — Ты ведь к ним даже не приближался.
— Заклинание остановил оберег, а скелетов развоплотила Нэко, — все еще думая о своем, я кивнул на подлетевшую кошку и попросил ее: — Покажись.
— Ого! — при виде девочки Мика удивленно вскинула брови. Затем отвесила легкий поклон и произнесла: — Здравствуй Нэко-доно! Я Мика Охотница.
— Здрав-ствуй! — кошка изобразила в воздухе книксен и, облетев вокруг Мики, зависла над моим левым плечом. — Таро про тебя расска-зывал. И я ра-да, что вы друг друга наш-ли!
— Она ничего не помнит из прошлой жизни, — кивнув на кошку, пояснил я. — Здесь, в лесу, память должна вернуться.
— Уже нем-ножко вер-нулась, — указав на святилище, промурлыкала кошка. — Сора, о кото-рой ты спра-шивал. Она была пер-вой старей-шиной Мина-ми-гучи. Ее убил бод-монта. Не пом-ню только когда.
— Сора Утренняя роса? Бакэнэко? Ты же говоришь про нее? — глядя на Нэко, поинтересовалась волчица. — Родная сестра Аты Проклятой, которая погибла в бою за Северный лес? Прадед рассказывал мне, что Сора-сама до последнего не верила, что ее сестра оказалась предательницей.
— Не помню ее пол-ного имени, — Нэко наморщила лоб и покачала головой. — Но, навер-ное, это она.
— Ата никого не предавала, — мысленно выдохнув и собравшись наконец с духом, произнес я. — Она была моей женщиной, и я видел ее в своих снах. У них с Сару-сама была договоренность. Ата должна была привести Сегета в ловушку, но что-то пошло не так. А еще я думаю, что ее можно как-то вернуть. А еще есть Хона Воровка… И она тоже со мной… Я… не знаю, что ты по этому поводу скажешь, но врать и недоговаривать не хочу. Ты ведь мне очень нужна…
— Я заметила на тебе метку Девятихвостой и уже поняла, что ты времени зря не терял, — Мика хмыкнула и нахмурилась. — Только что тебя так напрягло?
— Ну как же… — я смутился и опустил взгляд. — Ата и Хона тоже со мной. Я не знаю, как ты к этому отнесешься…
Сказал и словно прыгнул в бездонную пропасть. До дрожи боясь услышать ответ. Да, Ата, как выяснилось, была бакэнэко, и тут вроде полный порядок. Да, у ёкай все не так, как у людей, но я же наполовину человек! Там, на Земле, у меня и одной-то жены не было, а тут… Вот за что мне еще и эти страдания?
— Ты не о том переживаешь, милый, — в голосе Мики мелькнула ирония. — Мы-то между собой договоримся, а вот тебе придется непросто. Три любимые женщины — это большая ответственность…
— Так ты не будешь против? — подняв взгляд на Мику, выдохнул я.
— Мы поговорим об этом позже, — махнув хвостом, хмыкнула девушка. — В любом случае нужно послушать, что скажет нам Синее Древо. Вот выслушаем его, и тогда все обсудим. А сейчас пойдем, расскажешь мне о том, что происходит за пределами леса и о своих дальнейших планах.
Одновременно с этими ее словами вдалеке возле леса появилась целая толпа народа. Люди и ёкай — примерно две сотни бойцов. Очевидно, добежали до леса и дырой отправились нам на помощь. Заметив среди прибывших Нори, Асуку и Эйку с Иоши, я улыбнулся, взял Мику за руку и повел её в сторону храма.
— Пойдем! Я обо всем тебе расскажу и заодно познакомлю со своими друзьями…
[1]Кодама (яп. 木霊, яп. 木魂 или яп. 谺) — в японской мифологии дух дерева либо само дерево, в котором живёт этот дух. Запаздывание эха в горах или долине приписывают деятельности кодама.
[2] Балюстра́да (фр. balustrade из итал. balaustrata) — ограждение (обычно невысокое) лестницы, балкона, террасы, и так далее, состоящее из ряда фигурных столбиков (балясин), соединённых сверху перилами или горизонтальной балкой; перила из фигурных столбиков.
[3]Автор напоминает, что бисямон яри — это своеобразная алебарда с двумя топорами с вогнутыми лезвиями.
[4]Автор напоминает, что котэ（яп. 篠籠手) — это наручи из плотной ткани или кольчуги с нашитыми защитными элементами.
[5]Автор напоминает, что Дзимбаори (яп. 陣羽織, «походная накидка») — род жилета, один из элементов поздней самурайской одежды, разновидность накидки хаори.
Глава 9
Мой рассказ затянулся часа на три — аж до позднего вечера. При этом говорил не один только я. Иоши, Эйка и даже Нори при необходимости включались в повествование и разъясняли некоторые моменты. Сам я говорил, ничего не скрывая, опуская лишь малозначимые детали, которые никак не влияли на текущую ситуацию.