"Фантастика 2024-192". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Благо некрополь недалеко, на противоположном от Мехаттауи (*Мемфис), правом берегу реки. Целый «город» из мастаб [114] и пирамид разного размера перемежался небольшими усыпальницами и склепами.
Если спросить любого человека в моём времени о Египте, он назовёт именно три Великих Пирамиды, хотя, их насчитали порядка ста двадцати штук на всей протяжённости страны. И это только обнаруженные. Сейчас же их было намного больше. Некоторые из царей умудрялись построить их себе даже не одну. Но… ко времени правления Тутанхамона от столь грандиозных усыпальниц отказались. Обилие жрецов и охраны не спасали те от разграбления. Поэтому, вместо того чтобы строить в высоту, решили копать в глубину. Ты можешь пройти по ровному песочку и даже не догадаться, что в десятках метров под тобой находится огромная гробница, наполненная всем необходимым для жизни в Дуате.
  
Ну, а уж небольшую пещерку с простыми росписями могли себе позволить не только высшие сановники, но и «ребята» попроще.
Готовилась такая усыпальница чуть быстрее, но всё равно, соорудить достаточно просторное для четвёрки захоронение мы бы не успели. Пришлось воспользоваться знаниями из храма. Зубери под большим секретом достал карту, где были отмечены погребения. Путём долгих поисков наличия возможных живых родственников, выбрали одну из достаточно просторных и забытых могил. Пока шла мумификация, её раскопали, и быстренько в тайне отштукатурив, нанесли новые рисунки, рассказывающие о подвиге людей, что в скорости будут в ней захоронены. Все художники из ближайших септов были свезены сюда, чтобы вовремя закончить столь нужное мне дело.
Естественно, бывшего хозяина погребения оставили на месте, выкопав несколько неглубоких шахт для саркофагов на другом конце помещения.
В усыпальнице Манифер же поставили ложную стену посреди главного зала и тоже расписали, рассказав о попытке женщины, находящейся на столь высоком посту, защитить свою царицу. Память о ней сохранится для потомков.
Понятное дело, золотых масок и гробов для солдат и рабынь не создавали. Это привилегия царей. Как и внушительные погребальные дары. Но атрибуты для будущей загробной жизни подготовили. Фигурки ушебти [115], амулеты и даже малые свитки «путей по Дуату». А также плетёные корзины для каждого были наполнены глиняными муляжами овощей, фруктов, птицы и рыбы. Только хлеба и запечатанные ёмкости с пивом были настоящими. Тонкие деревянные саркофаги не отличались богатством декорировки, но всё-таки были расписаны. По местным меркам подобное погребение считалось весьма роскошным. Особенно учитывая невысокий статус покойников. Родственники солдат были впечатлены до глубины их Ба.
По заказу Великого Дома из глины также соорудили макеты небольших домов с рабами, что в них трудились. Мои верные люди и в Дуате не будут знать ни в чём нужды.
Узнав, что царица готовит таким образом могилу для погибших за неё, гончары сделали для них за свой счёт усехи из мелких глазированных разноцветных бусин.
Как говорится, «назвался груздем» … а я недавно прилюдно заявила, что имею Ка… так что в этот раз сама выполняла роль жреца заупокойного культа. Облачённая в шкуру леопарда поверх платья, была вынуждена с самого утра читать молитвы. После переправы на другой берег, уже в кругу плакальщиц, собранных из родственников погребаемых и дворцовых служанок (Эйя отказался упрашивать гильдию снизить для царицы цены, и так всё это вылилось в большие расходы), совершала обряд отверзания уст.
Возле выставленных на циновках гробов укладывали рядом с каждым свои прощальные дары задержавшиеся ради такого случая родственники. Только у одной из девушек никого не оказалось. И Хепри, видя моё недовольство, исполняла роль «семьи», принеся цветы и оставив на саркофаге небольшое полированное медное зеркальце. Большая ценность по местному времени.
Возле «тела» Манифер, за «родню» выступал Зубери. Сильная скорбь отражалась на его лице. Саркофаг бывшей хранительницы складов был фигурным, повторяя форму тела и отличался роскошью отделки. Его откуда-то притащил сам хранитель покоев. Я же вообще предпочла не уточнять его происхождение. Просто попросила бывшего храмовника выбрать самые лучшие её вещи для укладки в захоронение. Так что с этой стороны стояли несколько красивых сундуков, а роскошные канопы [116] в резном ящике впечатлили даже «дедулю».
Проводить подобный обряд будучи беременной, то ещё испытание. В конце меня просто уложили в паланкин и унесли. Хоть я была знакома с Манифер недолго, кажется, боль и печаль Анхесенамон поглотила и меня. Благо Монтуэм был наготове и от подсунутого им зелья просто уснула.
Но с утра пришлось отрешиться и заняться делами. Времени на предание печалям не было совершенно. Приходили постоянные отчёты со строительства каркасных складов, что потихоньку возводились с учётом местного рельефа рядом с небольшими оазисами. Увы, но долго хранить запасы воды в это время невозможно. Поэтому, по моему поручению в тот район были также отправлены лучшие охотники за водой для рытья колодцев в небольших вади [117] на пути караванов.
Отвечал за всё это архитектор, лично рекомендованный Майя. И хотя письма от него приходили самые радужные, на душе было тревожно. И пока живот ещё не приковал меня к земле, а песчаные бури не закрыли дороги, следует всё-таки проинспектировать эти строительные площадки. Всё ли исполнено верно, и не похоронят ли пески столь хрупкие конструкции.
Я как раз читала отчёты лузгая жареные подсолённые арбузные семечки, когда меня неожиданно посетил Эйя.
– Хотел бы поговорить с тобой, – заявил он, присаживаясь рядом и кладя руку на мой округлившийся, но всё ещё небольшой живот. Начертав на нём пальцами защитный знак, он убрал ладонь и с удобством откинулся в кресле. – Как мне сообщили, отправляешься к войскам?
– Уволь своего шпиона. Всего лишь проедусь с инспекцией по складам.
Дед на эту шпильку покровительственно улыбнулся.
– Готова ли ты, моя царица, прислушаться к своему чати?
– Конечно, – ответила, кивая головой. Особенно после того, как ты стал на мою сторону, с тобой стало даже интересно.
– Такому обычно обучают с детства, но ты была лишь третьей дочерью, потому вместо искусства царствования играла с сёстрами.
– Ну да, никто не предполагал, что Меритатон так быстро уйдёт от нас в царство Осириса.
– Мда… говорил я ей… но не послушала… моя дочь обладает порой ослиным упрямством.
– О чём ты?
– Не важно… я хотел поговорить о другом.
– Я вся в внимании...
– Ты должна осознать, что царь, хотя его и величают сыном бога, не сможет править единолично. Государство, это сложный механизм. Помнишь, как ты в детстве поломала игрушечную собаку, у которой двигались лапы? Так вот, чиновники и жрецы, это как те верёвочки, что ты случайно обрезала, заставляют работать страну. Они твои уста, уши, руки… Твой отец отрезал часть нитей и лишился из-за этого жизни.
– Ты хочешь сказать…
– … всего лишь, что тебе следует научиться балансировать, играя множеством шаров в руках, как артисты на рыночной площади. Ты помнишь, я водил тебя однажды.
– Говори прямо!
– Я уже чувствую порой зов суда Осириса. Но ты моя внучка, и я хочу передать тебе всё что смог организовать за все годы правления.
– Решил всё-таки поставить на моего будущего сына.
  
– Да, все как один предсказывают рождение великого царя… а я слишком стар.
– Но… есть ещё и Хоремхеб.
– Да, как и многим другим предшественниками, вам придётся опять покорить Нижнее Царство. Хоть твой супруг и носит Дешрет [118], а вернее Па-Схемти [119], на самом деле дельта всегда склонялась к военным. Поэтому мы и решили тогда сделать столицей именно Мехаттауи. А тебе нужно или перетянуть военачальника на свою сторону, либо победить.