"Фантастика 2024-192". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Глаза Кифы расширились, и она, дыша, как закипающий чайник, переводила взгляд со своего любовника на судью и обратно. Это явно не то, что она ожидала. Скорее всего, до суда дело никогда бы не довели, и всё оставалось, как было, если бы меджаи не наткнулись в деревне на дерущихся женщин. Ушлая хозяйка таверны наверняка «договорилась» с судьёй, чтобы не выносить «сор из избы». А тут я нежданно-негаданно. Пришла. Всё испортила.
  
Крем глаза заметила, как несколько ожидающих мужчин стали что-то шептать стоящим рядом писцам и, схватив за руку находившихся рядом женщин, быстро покидали зал. М-да, количество рассматриваемых сегодня дел явно уменьшится.
Судьи стали переговариваться между собой, вовлекая в свою беседу даже чати, который всё это время пристально меня рассматривал.
– Ты мудра, как сам Тот [18], возлюбленная сестра, – муж решил сделать мне комплимент.
– Всё очень просто, возлюбленный брат мой! В большинстве своём женщины не любят насилия. Ну, а уж если собрались гурьбой бить другую… то надо искать мужчину! – ответила, мягко улыбаясь.
– Считаешь, нужно спрашивать у женщин не только подтверждение измены, но и причину?
– Конечно, возлюбленный супруг, – кивнула, прикоснувшись ладонью к его лицу. – Ведь что-то подтолкнуло их к этому. А находясь в присутствии повелителя обоих земель, бедняжки боятся произнести хоть слово.
Один из судей, наклонившись, начал что-то нашёптывать Тутанхамону.
– Как первая жрица Исиды, верной супруги Осириса, я осуждаю измены, – проговорила, глядя на появившегося «наушника». – Но запуганные мужем и чиновниками возможной смертью, они готовы принять бесчестье, чтобы выжить. Наверняка истории у них всех разные. И причины тоже. Как я могу быть уверена, что их не подставили собственные мужья, чтобы получить денег, к примеру, с более богатого соседа.
При этих словах судья как-то подозрительно дёрнулся и стал внимательно осматривать зал. Та-а-а-к. Чувствую… была взятка для положительного рассмотрения чего-то подобного. Не удивлюсь, если почти все проходящие по этой схеме дел так или иначе проплачены «истцами».
– Вам уже пора, божественная, – заявил Эйя, – я провожу вас.
С удивлением уставилась на чати и уже хотела возмутиться, как услышала шёпот Аапехти.
– Время благословения, моя госпожа!
Молча поднялась и, улыбнувшись мужу, последовала за дедом. Сегодня меня сопровождали аж шестеро телохранителей. Никто из них даже взглядом не показал, что, зная о будущем наказании, не готовы больше охранять меня. Кажется, наоборот. На каждого смотрели с прищуром, ожидая, что меня снова начнут похищать прямо сейчас.
Уже на крыше Эйя потребовал оставить нас одних, и эбонитовые воины отошли к её краям. Только жрец безучастно продолжал стоять за моей спиной.
– Это и тебя касается, – стал сердиться чати.
– Выбери, какая сторона лучше, Аапехти, я сейчас.
– Чего ты добиваешься, внучка? Всё так, как мы договаривались… – прошептал дед, как только жрец отошёл достаточно далеко.
Хм… а мы о чём-то договаривались? Эй, Ба, проснись, что за подстава?!
Не зная, что ответить, я только презрительно выгнула бровь.
– Никто не вмешивается в вашу семью. Царя меньше загружают церемониями и поклонениями. Только самые важные. Он даже с тобой на роды поехал. Хотя ты так и не дала ему ребёнка!
Я продолжала держать паузу и бровь.
– Зачем ты заставляешь его лезть в управление государством? Он ведь ничего в этом не понимает. А тут ещё ты с советами!
Бровь поднялась ещё выше.
– Так это была не твоя идея? – удивлённо произнёс «дед».
– Дорогой родственник… я только в себя прихожу после трудных родов и потери ребёнка!
– Хм… – чати задумчиво на меня посмотрел. – Царица, кто-то пытается отобрать у тебя влияние на повелителя.
– С этим… – широко улыбнулась, – я как-нибудь разберусь сама.
Эйя хмуро поклонился и ушёл вниз, погружённый в мысли.
– Как вы, моя госпожа? – спросил жрец.
– Мне надо подумать…
Узнав, что царица в храме, на площади перед ним было не протолкнуться. Я простирала руки к народу, но голова была занята совершенно другим.
То, что перед родами меня чем-то опоили, не вызывало сомнения благодаря воспоминаниям, на которые расщедрилась Ба. Я даже восстановила в памяти тот момент, когда одна из служанок подавала отвар. Нужно будет её отдалить от себя и вообще как-то «уволить».
Но первые явные кандидатуры были ошибочны. Хоремхебу сейчас не до нас, а Эйя заключил какой-то договор с бывшей хозяйкой этого тела. И надо бы вспомнить, о чём тот был.
Есть данные, мне сейчас недоступные. Потому что ничего непонятно. Партия, безусловно, состоит и из каких-то других игроков. А мне сейчас нужны две вещи: деньги… которых ещё не придумали, но будем пользоваться теми вариациями, что есть, и люди. Желательно вооружённые и преданные мне.
Аапехти помог спуститься вниз и проводил к супругу.
– Ты знаешь, Анхес, почему-то большей частью дела, запланированные на сегодня, отменены. Люди ушли, отказавшись от суда.
– Да неужели?! Слава Маат!
– Странно…
– Так ты свободен, и мы можем вернуться в дом? Проведёшь со мной время?
– Увы, Эйя решил собрать совет, раз мы все освободились так рано. Будем решать, где строить дополнительные зернохранилища. Много беженцев из захваченных земель. Кажется, придётся даже целый новый город строить.
– Постарайся сегодня вернуться к ужину. Хочу провести его с тобой.
– Но…
– Что?
– Ты забыла? Сегодня у нас вечером будет Аменхотеп Хеви с супругой. Ради этого мы объявили о прекращении траура. Ночное происшествие совершенно всех смутило.
– Конечно, но думаю, твой Первый распорядитель уже занимается всеми приготовлениями.
Возвратившись в дом градоправителя, застала там задумчивую Манифер. Оказывается, в моё отсутствие приходили представительницы гильдии и согласились на сумму, вдвое меньше запрошенной. Слава Богам! Хотя бы одна проблема решена. Поручила ей утрясти с плакальщицами все формальности.
Заниматься чтением сегодня не стала, от бессонной ночи болела голова. Пожаловалась на это Пии во время омовения. Всполошившись, та вызвала храмового лекаря.
Уважаемый Неби́, осматривая и ощупывая меня, всё больше и больше хмурился.
– Что-то не так? – взволнованно спросила нянечка.
– А? Нет. Всё хорошо, – ответил тот растерянно. – После того, как великая госпожа поспит, головная боль пройдёт. У меня, конечно, есть настой для бодрости тела, но ей его принимать не желательно после недавних родов. Лучше сделайте божественной горячего молока с мёдом.
Дождавшись ухода Пии, лекарь задал вопрос:
– Вы принимали эти дни какие-то снадобья или притирания, великая госпожа?
– Нет.
Неби́ озадаченно уставился куда-то в пространство, пока его не привело в себя моё покашливание.
– А? Всё великолепно, божественная. Вы на удивление быстро выздоравливаете. Я всё это время хотел осмотреть вас, но мне говорили, что вы хорошо себя чувствуете и заняты. И вот вижу: и вправду всё очень хорошо.
Храмовый лекарь, наконец, собрал свои разложенные на столике вещи в сумку и, кланяясь, попятился к выходу, где столкнулся с входящим Аапехти. Чёрные стражники на дверях старательно сдерживали улыбки.
– Как я понимаю, моя госпожа, заниматься сегодня вы не готовы? – спросил жрец.
– Ты прав.
– Если до ужина с гостями вы свободны, может, послать братьям весточку, чтобы они прислали купцов, готовых попытать счастья в указанной вами стране?
– Отлично!
– И я хотел бы, пока мы ждём, всё-таки совершить богослужение Баст. Иначе люди скоро начнут шептаться.
  
На это предложение я только тихо кивнула. Спать хотелось просто неимоверно.
По знаку жреца в комнату внесли высокий столик, довольно глубокую корзину и красивый расписной ларец, инкрустированный золотом. Раскрыв его, Аапехти достал изящную фигурку богини и установил ту на столик. Из корзины были извлечены узорчатые миски и подставки, куда разлили благовония и разместили подношения.