Конец войны (СИ)

Я перевёл взгляд на Волкова.
— Что мне нужно сделать? — серьезным тоном спросил я.
— Приехать, осмотреться. Если наши подозрения подтвердятся, действовать по ситуации. Легенду подберем, средств достаточно, — ответил Волков.
— Группа поддержки? — уточнил я, просматривая схематические планы складов.
Я адекватно оцениваю себя, в поле давно не выходил. Всё же для меня нынешнего стрельба, погони, физическое устранение — это всё вполне возможно, но нужно понимать, в каком я возрасте, и что тренировки уже не столь интенсивные, много сижу в офисе.
  
— Ты работаешь один, — Волков покачал головой и посмотрел на меня с некоторым сожалением.
Я кивнул. Не впервой. Если нужно так, значит, на то есть веские причины. Но что-то в этом задании мне не нравилось. Слишком гладко, если нужно просто осмотреться. Слишком просто. Знаю, как ведут себя люди, когда отправляют кого-то на задание, из которого можно не вернуться. Вот, например, Волков — не стал убеждать, не стал произносить пафосных речей. Просто дал задачу и закрыл папку. Никаких эмоций. И именно это тревожило меня больше всего.
— Ты подал рапорт на пенсию, верно? — после некоторой паузы спросил генерал-майор.
— Да, — сухо ответил я.
— Три недели, и ты официально свободен. Это твоё последнее задание. Выполни его — и можешь жить спокойно, — с каким-то сожалением сказал Волков и тут же встрепенулся, будто бы выдал тайну. — Но я всё равно жду тебя в аналитиках. Нужно же молодёжи показывать и старую школу.
— Понятно, — кивнул я.
— Можете быть свободным, товарищ полковник. Посмотри, подумай, если нужно, придёшь только ко мне за консультацией. Долго говорить о неразглашении не буду, сам всё понимаешь, — произнёс Волков, смотря на меня почти что не мигая.
Подвоха можно ждать от кого угодно, этому меня служба научила. Но ещё было непреложное правило — приказы не обсуждаются, они исполняются. Хотел работы в поле? Получил.
* * *
Самолёт приземлился в тумане. В Москве весна, а в самом западном городе России природа будто забыла об этом. Воздух пропитан сыростью, в нём ощущался слабый привкус соли. При этом ветер пронизывал холодом с Балтики. «Город королей» — так переводится название Кёнигсберг, и встречал он меня недружелюбно. Может, потому, что я упоминал в мыслях старое имя этого города? Могут ли города обижаться?..
Вызвав в приложении такси, я укутался поплотнее в шерстяной, крайне дорогой пиджак. Уже скоро подъехала ауди, и я комфортно расположился в кожаном салоне хорошего автомобиля, на заднем сиденье. Так что почти и не заметил, как такси довезло меня до нужной точки. Я бы в тепле и с приятной легкой музыкой мог проехать и дольше.
Нехотя я вышел из машины и вновь ощутил неприятный холодок. Но подъезжать к самим складам было нельзя. Приходилось ещё минут десять, насколько известно по подготовленному маршруту, идти до пункта назначения.
Старые склады у порта — это длинные кирпичные здания, почерневшие от влаги. Металлические ворота вмяты, крыша местами обвалилась. Легко можно решить, что здесь давно уже никто не появлялся, но изнутри пробивался электрический свет.
Мне дали задачу осмотреться, но самому. Ни коптеры, ни камеры нельзя использовать. Так что я просто шёл мимо, делая вид, что праздно прогуливаюсь. Не так далеко порт, и я мог отыгрывать роль заказчика, который коротает время, пока сухогруз принимает мои контейнеры. Я уточнял, стажёры в моём отделе нашли сухогруз, который будет именно в это время грузиться. Так что я сейчас — представитель «Беларуськалия», присланный компанией проследить за отправкой удобрений в Индию. Могу и прогуляться немного. Что нам, белорусам, сделается?
Туман стелился по земле, цепляясь за потрескавшийся мокрый асфальт. Я то и дело поглядывал на склады — внутри горел яркий электрический свет, пробиваясь сквозь разбитые окна. Тихий гул генератора выдавал, что кто-то здесь работал, а лёгкие вибрации в воздухе говорили о включённой технике. Объект явно был активен.
Я проверил оружие. Пистолет удобно лежал в кобуре, глушитель в кармане, тактический браслет привычно облегал запястье. Всё по стандартной схеме. Я не первый раз работал в таких условиях, но не уходило чувство, что это не мой ход, а чей-то продуманный до мелочей план. Всё выглядело слишком просто, и именно это меня и тревожило.
Странно вот что. Если объект под охраной, то меня должны уже завернуть. Да я бы и сам развернулся, как только увидел любое шевеление у складов. Но… Ничего, только свет внутри, словно там сидит старый сторож и охраняет никому не нужное строение, больше глядя в открытое на телефоне видео, чем следя за периметром.
Я сделал глубокий вдох, изо рта пошёл пар. Остановился и прислушался. Никого, ни единого звука, который можно вычленить за уже привычным гулом. Двинулся вперёд, к двери, явно ржавой, приоткрытой, словно приглашавшей меня внутрь.
Дверь открылась плавно и бесшумно, без скрипа, выпуская запах масла, ржавчины и влажного бетона. Двигаясь в тени, я просчитывал маршрут, подмечая каждую деталь. Где-то дальше, в глубине склада, раздались приглушённые шаги. Кто-то двигался медленно, но уверенно. Вскоре звук шагов стал удаляться. Я ещё около минуты постоял, прислушиваясь. Люди ушли. Тишина, лишь издали послышался протяжный гудок корабля. Пошёл дальше. Второго шанса пройтись по складам и своими глазами всё осмотреть может и не представиться. Увидел выбитый кирпич и решил именно тут оставить свой пистолет, как и браслет.
Если меня поймают, то сперва буду пробовать убедить всех в том, что я случайный человек, любопытный белорус из Солигорска. А в дальнейшем смогу вырваться и уже при отходе взять пистолет — тогда можно будет иотстреливаться.
Вскоре передо мной открылось просторное помещение с высоким потолком и металлическими балками. В центре стоял стол, на нём — старый ноутбук и разложенные папки. И никого не было. Это что, такая удача? Я медленно приблизился, взглянул на фотографии. Секретные объекты, схемы, имена. И одно лицо, которое я слишком хорошо знал. И там же досье.
«Агент… Джон», — мысленно произнёс я.
И фото… Волкова! Твою… Что за чёрт? Мой лучший ученик, сын моего друга, генерал-майор ФСБ Андрей Волков работает на чужих?.. Это не укладывалось в голове. Зачем тогда я нужен был ему? Нет, не это главный вопрос…
Тишина вокруг вдруг стала давящей. Я почувствовал взгляд из темноты. Они ждали. Щелчок взводимого курка раздался слева.
Я сделал резкий шаг в сторону, но тут прозвучал глухой лающий выстрел. В грудь ударила знакомая волна тупой боли, меня словно толкнуло назад, и я не смог устоять, отшатнулся. Спиной врезался в стол, а мир вокруг поплыл.
Ко мне медленно приближались. Тяжёлые шаги, короткие команды. Я пытался поднять руку, но пальцы не слушались.
— Вот и всё, дядя Юра… — полный сожаления голос был мне знаком.
Я поднял взгляд. Генерал-майор Волков смотрел на меня будто бы не живым взглядом, а восковой маской. Холодный и пронзительный взгляд.
— Зачем?.. — это всё, что мне удалось вытолкнуть из своего горла.
Мысли понеслись вскачь, и теперь я не думал ни о своей жизни, ни даже не о том, почему именно я. Я думал только о том, как убить предателя. Он предал память моего друга, своего отца… Он… Предал свою мать, ведь Таня Волкова была единственной женщиной, которую я в своей жизни любил, но она выбрала моего лучшего друга.
Если бы мы с Петром, отцом Андрея Волкова, были верующими, то человек передо мной стал бы моим крестником. Потому теперь так страшно болела душа, и я не понимал, когда упустил Андрея, почему он стал таким.
— Зачем? — сипло повторил я, пытаясь вдохнуть.
— Зачем я тебя послал? — усмехнулся предатель. — Всё донельзя просто. Все знают, что ты мне вместо отца родного, ну а дела таковы, что я должен был выиграть немного времени. Не ты, так пришлось бы посылать лишних людей… Зачем мне этот головняк? Я послал лучшего старика Конторы, своего, считай, что и отца. И ты не беспокойся, твоё тело обязательно найдут, а я такую речь скажу у могилы… Все заплачут.