Ночь (СИ)
Я представить не мог, что такое может произойти со мной. Тем более перед рождеством, да еще с ним! Почему я?! Это как нужно меня ненавидеть?! Я же, при всей своей антипатии к нему, до такого даже не додумался.
Где были остальные, когда он уводил меня, пьяного, в номер? Я сомневаюсь, что пошел с ним добровольно. Последние воспоминания мои очень скудны: сидел, пил, почти не закусывал и наблюдал за другими. Все! Конец! А утром — задница! Волосатая задница! Черт!
Часть
POV Никита
У меня в жизни было много моментов, которых я не ожидал, но такого! Это как выиграть джек-пот, при этом не делая ставки. Хотя это не совсем правда. Когда пришел на эту работу, при знакомстве с коллективом сразу обратил на него внимание — высокий, стройный, светлые волосы, стильно острижены, красивый разрез глаз. Задиристый, знающий себе цену, парень. Он мне понравился, стоило мне только сжать его ладонь и услышать голос. Тонкие прохладные пальцы, которые не хотелось отпускать, и этот едва заметный надменный взгляд из-подо лба. Мой тип. Встреть я его в гей-клубе, даже не колебался, но это работа, и он мой подчиненный.
Как бы там ни было, попытки сблизиться я предпринимал, но вскоре стало понятно, что это не принесет никакого результата. Парень полностью помешан на одной персоне женского пола. Жаль. Уверен, он не знает о ней многого, но не мне судить других. Я далек от моральных принципов, навязанных обществом. Мужчина или женщина, пол для меня не имеет значения. Основное - это желание, есть оно или нет. Чувство возбуждения и сильного притяжения, вот что и заставляет меня смотреть в сторону этого парня. Хочу. Ведь хотеть не вредно, вредно не хотеть.
Люблю наблюдать за ним. Как он иногда делает вид, что чем-то занят, а потом, исподтишка потирая переносицу, смотрит на меня. Работая с ним полгода, я постоянно вижу его в костюмах. Иногда я представляю, что скрыто под ними. Знали бы остальные, чем я занят во время работы.
Эх! Почему все красивые парни натуралы?
Полгода наблюдал, и тут, как новогодний подарок, такой сюрприз. Первый вечер на лыжном курорте, весело, все уже в кондиции. Наступает стадия, когда разговоры переходят к действиям. Естественно, мне пришлось выкрутиться и уйти. Чего я не ожидал, что возле номера меня будет ждать подвыпившее чудо в свитере с оленями и лыжных штанах.
Я подошел и попытался пройти в свой номер, как он одернул меня за рукав:
— Ты ку-у-уда?
— Туда! — указал я пальцем в свою дверь.
— А зач-ч-чем?
— Просто так, — попытался я говорить с ним на одном языке, проведя карточкой по электронному замку.
— Тог-г-гда и я пр-р-р… так! — вломился он в мой номер передо мной.
Это уже интересно!
Я вошел следом и последовал за ним. Парня слегка вело в левую сторону, что радовало, именно там стояла кровать.
— Ну-у-у!.. Где? — Я не понял вопроса, хотя я сомневаюсь, что и он разобрал, что спросил.
То, что он стал делать потом, развеселило меня еще больше. Вначале он стал возиться со шлейками комбинезона, пытаясь их стянуть, при этом еле удерживая равновесие. Наступил черед ботинок, которые он стаскивал, наступая на задники. Естественно, свалился на кровать и стал крутиться, пытаясь встать.
Был бы это кто-то другой, сто процентов такая выходка бы меня разозлила, а он был такой наивно смешной, что захотелось… Знаю! Глупо, рискованно, но он ведь сам пришел, никто его не заставлял. Пришел, стал раздеваться… Может… Не зря же говорят, что у пьяного на языке, то у трезвого на уме. Вдруг, это его истинное желание?
Присев на край кровати, я склонился над ним. Лежит. Застыл с закрытыми глазами.
— Эй! Ты собрался здесь спать? Я должен тебя предупредить, если ты сейчас не уйдешь, то я за себя не ручаюсь. — Иван что-то невнятно замычал и опять повторил попытку раздеться. — Ну, как знаешь. Ты сам так решил.
Не знаю, это я сказал ему или себе, но больше я не стал раздумывать.
Сначала стянул с него ботинки, потом стащил штаны за низ штанины. Его голые ноги оказались такие, как я и представлял, — длинные и ровные, без слишком явных признаков волос.
Блондин. И там тоже?
Я потянул вниз трусы.
Да-да-да!
Настолько все сходилось с моей фантазией, что я уже не мог себе сказать стоп.
Не мог или не хотел, кого это волновало, когда он стал твердеть у меня во рту. Застонав, Иван стал делать попытки двигаться в такт, периодически выдавая не совсем внятные слова, похожие на просьбы продолжать.
И я продолжил, придавив его своим телом. Ощущая под собой его худое, точеное тело.
Прижать его сильнее к кровати, чтобы было слышно, как пульсирует в нем кровь. Прикусить ключицу, входя в него, и услышать стон. Звуки на входе и на выходе, которые сводят с ума, лишают последнего здравого смысла. Только голое желание овладеть. Сделать своим. Пометить. Испытать истинное удовольствие, кончая в него.
Проснулся я утром и сначала подумал, что приснилось. В комнате никого, кроме меня, не было. Ушел, значит… Тихо, чтобы я не услышал. Не понял, что произошло? Нет. Я сделал с ним это три раза. Оставил свои метки по всему телу. Это или конец или начало, все зависит теперь от него. Что он выберет?
Часть
POV Никита
Ну, что сказать… На завтрак он не пришел, как, впрочем, и большинство из нашей вчерашней компании. Половина столиков была свободна, и я мог бы сесть за любой, но выбор все же пал на место рядом с машущей рукой Татьяной.
— Привет, ты куда вчера пропал? На минуту отошла, прихожу — тебя нет, — в свойственной для нее форме протараторила она.
— Да так… Дорога, заселение, алкоголь. Устал, одним словом.
— Я уж решила, что сбежал от меня, — заигрывающим тоном произнесла она, разрезая ножом омлет.
— Ты думаешь, мне было чего бояться?
— Кто знает, кто знает!
Рядом сидящая Аня закашляла, сообщая тем самым, что за столом не только мы вдвоем.
— А где Матвеев? — решил уточнить я как бы между прочим.
— Ой, этот кретин умудрился заболеть в первый же день! — ответила женщина, которую Иван так обхаживал.
Ее ответ меня расстроил даже не потому, что она так сказала, а из-за того, что причиной его болезни мог быть я.
— И что с ним? — все же спросил на свой страх и риск.
— Что там может быть, кроме похмельного синдрома? Он вчера был в ударе. Если так продолжит, то просадит всю премию и в конце еще будет удивляться «Мама, где море?» — Все, кто были за столом, громко засмеялись.
— Кто-нибудь заходил к нему? Может, действительно помощь нужна?
— Он прислал смс: «Поезжайте на горку без меня. Что-то мне плохо», — ответила всё та же Татьяна.
Плохо, значит… Черт!
Когда все стали подниматься из-за стола, я сделал вид, что еще не закончил и, позвав официанта, попросил снова меню.
— Как же не повезет вашей жене, Никита Сергеевич. Попробуй вас прокормить, — снова бросила колкую заметочку Татьяна.
— Что поделать, любовь - она такая. Только вам, Танечка, нечего бояться. — Она сделала вид, что я пошутил, но я заметил косой взгляд, когда она выходила.
Черт-баба, такая любого заездит.
Мысленно перекрестившись, я прошелся глазами по утреннему меню.
Что ему заказать? Итак… Яичница, сосиски, колбаски — все эти продукты сразу же отпадают. Что я скажу? «Будешь сосиску?», а он еще не так поймет. То же самое с колбаской. Яичница из этого - самое, казалось бы, безобидное. Но сама фраза: «Я принес тебе вкусные свежие яйца» сразу вызовет не очень хорошую ассоциацию. Или я извращенец, или тот, кто составлял это меню.
Когда принесли мой заказ, я опять усомнился, но снова терять полчаса на изменения не хотелось.
Уточнив на рецепшине его номер, поднялся на последний этаж и постучал.
Тишина… Попытка номер два. Не очень-то он спешит открывать. Может, он там лежит беспомощный? Даже не в силах встать?