Спасите меня, Кацураги-сан! Том 4 (СИ)

— С учётом того, что на следующей неделе выходит доктор Савада Дэйчи, сильной нагрузки на терапевтов лечь не должно, — задумался Эитиро. — А если и ляжет, они будут только счастливы. Бьюсь об заклад, Мурата Сатоши теперь будет принимать всех подряд, лишь бы поскорее подняться назад по рейтинговой лестнице.
— То есть — вы согласны? — уточнил я.
— Да, Кацураги-сан. Свяжитесь с директорами, если у вас сохранились их контакты, и приступайте к диспансеризации. Только… Хм, — Эитиро Кагами осёкся. — С гинекологом у нас проблем возникнуть не должно. А вот уролога, Окабэ-сан, будьте любезны предоставить. В прошлый раз вы отказали нам в этом вопросе.
— Ну вы опять решили предупредить меня за сутки до выезда! — воскликнул Окабэ Акира.
— Вы сами поддержали эту идею, Окабэ-сан, — улыбнулся я. — В крайнем случае я могу снова поработать за уролога, но что-то я сомневаюсь, сможет ли Кондо-сан. Тогда мы потратим много времени и вряд ли успеем заняться айти-отделом…
— Ладно-ладно! — перебил меня Окабэ. — Добро. Уговорили, Кацураги-сан. Выделю вам одного своего балбеса.
— Почему балбеса? — не понял я.
— Окабэ-сан, вы же не о том урологе, который первое время проводил ректальные исследования без перчаток? — нахмурился Эитиро.
— О нём самом, вы же сами знаете, кто его сюда устроил, — кивнул Окабэ. — Больше мне некого освободить от работы. Да одно дело — без перчаток! Он паре пациентов умудрился поцарапать прямую кишку в процессе обследования. Но он уже наловчился, молодой ещё совсем, дурной немного. Но мозги у него на месте.
— Окабэ-сан, я только убедительно вас прошу — проведите с ним ещё раз беседу, чтобы проводил ректальные исследования аккуратно. Если уж мы собираемся обследовать сотрудников «Ямамото-Фарм», так сказать, в промышленных масштабах, хотелось бы обойтись без жертв. Не хватало ещё перегрузить хирургическое отделение травмами прямой кишки.
— Поговорю-поговорю, не сомневайтесь, — кивнул он.
Уже позже я узнал, что у молодого уролога есть родственники в министерстве здравоохранения. Они-то и помогли ему сюда устроиться.
После маленького совещания мы с Кондо Кагари добрались до профилактического отделения и рассказали медсёстрам, что следующие две недели нам предстоит поработать ещё активнее, чем прежде.
Никто, кроме Митсуси Коконе, этой перспективе не обрадовался. Лихачёва Хикари и вовсе молча ушла курить, услышав эту новость.
Я созвонился с Сонозаки Сэйджуро — директором первых десяти этажей и сообщил, что весь вторник и среду мы посвятим осмотрам его отделов. Это несказанно обрадовало Сонозаки. Пожалуй, из всех директоров он был самым ярым активистом поддержки нашего профилактического отделения.
Более того, к концу дня меня ждала ещё одна приятная новость. Моё заявление на прохождение двух курсов в «Хиджиката-Медикал» уже подписал не только главный врач, но и сама образовательная организация. Секретарь главного врача передала мне письмо, в котором содержались логин и пароль от личного кабинета. Там должны находиться все необходимые для обучения материалы, а также целая куча тестов.
Вернувшись домой, я сразу же достал свой старенький ноутбук и изучил масштаб предстоящей работы. Образовательная программа была, мягко говоря, не маленькой.
И доступ к курсам «Хиджката-Медикал» мне дали крайне вовремя. Следующие две недели я смогу посвятить не только диспансеризации, но и для прохождения тестов.
Учить материалы мне не придётся — я и так достаточно хорошо помню все тонкости медицинского ремесла. Поэтому будет достаточно небольшого повторения.
За вечер я с лёгкостью завершил треть тестов по терапии, но хирургию решил отложить на потом. Мне предстояло пройти несколько практик в отделении, и принять участие в нескольких операциях, сначала в роли наблюдателя, а затем ассистента.
Возможность так быстро получить дополнительное образование меня очень радовала. В России, как, в общем-то, и в Японии моего мира такой возможности не предоставлялось.
Но справедливости ради, условия прохождения курсов были крайне суровыми. В тестах нельзя допускать ни единой ошибки, а практику будут контролировать лучшие специалисты в своей сфере. В моём случае ими будут Накадзима Хидеки — заведующий терапевтическим стационаром, и Ясуда Кенши — заведующим хирургией.
 
Утром вторника я, Кондо Кагари, а также медсёстры профилактики Лихачёва Хикари и Сакамото Рин собрались у входа в поликлинику в ожидании остальных врачей. Вскоре к нам присоединилась гинеколог Фудзи Мадока. От её вечно скучающего вида мне сразу же захотелось спать.
Но позже всех появился знаменитый по вчерашнему рассказу уролог. Молодой мужчина, стоило ему только подойти к нам, тут же обратил внимание на Хикари и Рин.
— Какое у нас симпатичное сопровождение! — воскликнул он. — Я уже обожаю диспансеризацию.
— Да-да, — вздохнула Фудзи Мадока. — Меня здесь вообще нет.
— Что вы, Фудзи-сан, вы сегодня особенно привлекательны, — улыбнулся он, обнажив белоснежные зубы. — Но вы уже отказали мне в свидании, так что я автоматически убрал вас со своих радаров.
— Я, вообще-то, старше вас на пятнадцать лет.
— Любви все возрасты покорны, — подмигнул он.
Это что ещё за дешёвые подкаты? Вот уж кому действительно плевать на правила! Я ещё Кондо Кагари ругал за его идею — провести корпоратив с профилактикой. Тут товарищ уролог практически прямым текстом намекает на куда более интимные вещи.
— Коллега, может, всё-таки имеет смысл оставить дам в покое и познакомиться с остальными сотрудниками профилактической бригады? — поинтересовался я.
— Ох, да ладно вам, Кацураги-сан! — он слегка поклонился. — Вас все знают, как и меня.
— Я лично с вами не знаком, — сухо ответил я.
Уролог тяжело вздохнул.
— Никиширо Кусэй, — представился он, но нам с Кондо Кагари он уже не так лучезарно улыбнулся, как медсёстрам и гинекологу.
Ох и предчувствую я, что с этим парнем у нас будут проблемы.
И предчувствие меня не подвело. Через час, как только я приступил к приёму третьего, четвёртого и пятого этажей, ко мне забежала Лихачёва Хикари.
— Кацураги-сан, вас вызывают, — сообщила она.
— Кто?
— Этот, — цыкнула она. — Никиширо.
Ого, даже без суффиксов. Сильно же он её уже достал, судя по всему.
— Что у него случилось? — спросил я.
— Пациент сознание потерял, — заявила Лихачёва. — У него в кабинете.
Отличное начало диспансеризации!
  
Глава 2
 
Быстрым шагом добрался до кабинета, в котором принимал уролог. По пути пришлось одновременно ужаснуться и приятно удивиться тому, какая толпа собралась в очередь на диспансеризацию. Это хорошо, значит, всё-таки сработал мой план — а это ещё только начало!
Уролог Никиширо Кусэй махал ваткой, пропитанной нашатырным спиртом, перед носом упавшего в обморок пациента.
— Ну давай-давай, поднимайся! — бормотал он себе под нос.
— Отойдите, Никиширо-сан, — попросил я и оттеснил уролога подальше от больного. — Что тут случилось?
— А я знаю, по-вашему, Кацураги-сан? — пожал плечами Никиширо. — Я даже не успел до ректального исследования добраться. Он уже таким пришёл. Жаловался на слабость, головокружение и боль в животе. А потом взял и рухнул прямо со стула!
Хорошо, что он до пальпации простаты не добрался. Тогда бы мы уже точно пациента не восстановили. Мужчина почти не дышал. Не лучшая ситуация. Аптечку скорой помощи на выезд в корпорацию я с собой на всякий случай прихватил, и она осталась в моём кабинете.
Но для начала нужно разобраться, что случилось с пациентом.
Если пойдут слухи о том, что у нас люди на диспансеризации сознание теряют, это в первую очередь свяжут именно с самим профилактическим осмотром.
Что только народ не сочинит, лишь бы не идти на обследования.
Я активировал «анализ» и начал осматривать тело пациента. Первое, что бросилось в глаза — это нарастающий отёк в области лобной кости. «Усиленный анализ показал» лёгкие, почти незначительные изменения в головного мозге, а конкретнее — по всем его отделам. Но, судя по картине, это обычное сотрясение.