Где прячется невеста?
Она была честна с хозяином с самого начала — призналась, что ей очень нужна работа, но предупредила, что не знает, как долго сможет остаться. Слай догадался, что у нее неприятности, но не стал допытываться, какие именно. И Тедди была искренне благодарна ему за доверие: он не потребовал никаких рекомендаций, дал ей работу и пустил жить в принадлежащий ему коттедж на горе.
— Тедди! — голос Слая, полный неподдельного участия, вывел ее из задумчивости. — У тебя все в порядке?
— Что? Ах, да, все нормально. — Она наконец перестала смотреть на дверь, за которой скрылся привлекательный незнакомец. — Спасибо, Слай.
— Хотел спросить: ты поедешь в коттедж или останешься ночевать в городе? Ветер усиливается. Если хочешь, моя квартира в твоем распоряжении.
— Нет, я лучше поеду. Да и Боуги надо кормить.
— Ну что ж, только гляди в оба.
— Не волнуйся, все будет в порядке. — Тедди благодарно улыбнулась, ценя отеческую заботу. Меньше двух недель она находится среди этих людей, но они навсегда теперь станут частью ее жизни. С ними она чувствует себя в Бердси дома куда больше, чем в Денвере. — Пока, Слай, до завтра! — Она направилась к выходу. И хотя прощалась с ним одним, откликнулись сразу несколько голосов: кто-то желал ей «Спокойной ночи», кто-то «Удачи», — и, до глубины души тронутая таким вниманием, она у самой двери остановилась, оглянулась и помахала рукой всем-всем-всем…
— И охота тебе ехать в этакую непогодь? — Марианна курила на заметенном снегом крыльце, после каждой затяжки пряча то одну, то другую руку в рукава великоватой парки.
Тедди, выйдя на улицу, ожидала худшего, но ветер еще не набрал обещанной силы, снег падал обильно, но вполне безобидно, и она заговорщицки подмигнула подруге:
— Меня ждет горячая ванна с разноцветной пеной, и огонь в камине, и стакан подогретого вина…
Марианна вздохнула с преувеличенной (впрочем, возможно, и не очень преувеличенной) завистью:
— По крайней мере одной из нас повезет, — и, жадно затянувшись напоследок, отбросила окурок в сугроб. — А мне здесь до утра куковать!
— Брось хандрить, подружка! Неужели все из-за того, что заезжий красавец не попросил у тебя телефон?
— Чей телефон?! Дорогуша, если мы говорим об одном и том же, ты ошибаешься. Брюнет и впрямь хорош, но я его не интересовала. Это с тебяон глаз не сводил!
— Не придумывай. — Тедди легко и беззаботно рассмеялась, доставая из кармана мехового пальто ключи от машины.
— А ты не изображай из себя Мисс Наивность, — парировала Марианна. — Я ведь заметила, что ты и сама на него поглядывала.
— Ладно, сдаюсь. Виновна! — Тедди шутливо подняла руки, не желая отрицать очевидное. — Признаю, что взглянула пару раз в его сторону — Она отчетливо вспомнила гордый профиль, могучий разворот плеч, узкие бедра…
— Жаль, что он всего лишь проездом. — Марианна снова вздохнула, на этот раз с искренним сожалением.
— Ты что, спрашивала? — удивилась Тедди.
— Не могла же я просто дать ему уйти!
— А мне казалось, что ты счастлива замужем. — Тедди лукаво улыбнулась.
— Так и есть, но смотреть по сторонам не возбраняется, — защищалась Марианна. — К тому же, я для кого старалась? — перешла она в наступление. — Ты ведь уже не носишь обручальное кольцо?
Тедди машинально посмотрела на безымянный палец правой руки: она сняла подарок Алана несколько дней назад и еще не успела привыкнуть, что рука «полегчала» минимум на пять карат.
— Я тебя разочарую: ты старалась зря, больше я в эти игры не играю. — Слова прозвучали серьезнее и грустнее, чем ей хотелось.
— Нет так нет. — Марианна опять вздохнула, теперь уже с сожалением, и взялась за ручку двери. Чувствовалось, что она не прочь о многом порасспросить, и Тедди ощутила неловкость оттого, что вынуждена окружать себя столькими тайнами, а иногда и лгать всем этим славным людям, принявшим ее в Бердси. Но только так можно было сохранить свое инкогнито и, будучи никем не узнанной, спрятаться от Алана, к встрече с которым она пока не готова. И, возможно, не будет готова никогда… — Счастливо добраться! — Марианна распахнула наконец дверь.
— Спокойной ночи! — ответила Тедди. Она огляделась: метель уже намела огромные сугробы, основательно запорошила крыши домов и машины на ближней стоянке и продолжала свое дело, все плотнее укутывая мир в белое…
* * *Пригнувшись к рулю своего мощного «мустанга», Мэк наблюдал за Тедди. Снег посыпал гуще, и, если бы не фонарь над входом в бар, одинокую женскую фигурку было бы трудно разглядеть сквозь сплошную снежную пелену. Дверь за официанткой давно закрылась, а Тедди все стояла неподвижно, вглядываясь куда-то в ей одной ведомое и видимое… Но вот она побрела по сугробам к стоянке, высоко поднимая ноги в меховых сапожках, подошла к припаркованному в сторонке джипу «рэнглер», открыла дверцу, села в машину. Все это время Мэк держал руку на ключе зажигания, чтобы успеть запустить двигатель «мустанга», как только Тедди заведет джип, но ни секундой раньше — нельзя дать ей обнаружить свое присутствие. У него получилось: оба мотора заработали почти одновременно.
И практически синхронно машины тронулись с места, взяв курс на северный выезд из города.
Оказавшись на пустынных улицах Бердси, Мэк вдруг с отчетливой очевидностью осознал всю опасность затеянного: не слишком маневренному «мустангу» нелегко придется на обледеневшей горной дороге — уже сейчас Мэк не без труда удерживал постоянную дистанцию от той, за кем, собственно, и пустился в безумное преследование.
Конечно, и безопаснее и вернее было бы переждать непогоду в гостинице, однако Мэк не хотел рисковать: он потратил неделю на поиски Тедди Логан и не мог потерять ее теперь. Кроме того, у него накопилось немало вопросов, ответы на которые знала только Тедди.
Он интуитивно чувствовал, что в этом деле не все чисто, а за двенадцать лет работы полицейским Мэк научился доверять своей интуиции, которая сейчас подсказывала ему, что сначала нужно узнать версию случившегося от Тедди, а уж потом решать, как действовать дальше.
Сигнальные огни джипа тускло светили далеко впереди, но Мэк понимал, что приближаться не следует: в зеркало заднего вида Тедди может заметить фары «висящего на хвосте» автомобиля и заподозрить неладное, а это в его планы не входило. Впрочем, рано или поздно она все равно увидит преследователя, но уж лучше пусть будет позже. Чересчур отдаляться тоже нельзя, чтобы не потерять ее и не пропустить поворот с основной дороги, а свернет она обязательно. Мэк навел кое-какие справки о горных коттеджах и не только представлял их расположение, но и в самых общих чертах знал, как отыскать среди них тот, что принадлежит Слаю Валериано, хозяину бара.
Мэк включил радио, и в салоне зазвучала музыка — что-то новомодное. Должно быть, Тедди уже засекла следующую по пятам машину и ломает голову над тем, кто бы это мог быть. За неделю поисков он убедился, что женщина умна и сразу сообразит, что случайность исключена. Вероятно, она подозревала, что жених кинется ее искать, но не хотела быть найденной, поэтому пряталась и маскировалась вполне профессионально — даже Мэк с его опытом не вдруг на нее вышел…
Занятый своими мыслями, Мэк не сразу понял, что случилось: джип исчез. Испарился. Будто и не было его вовсе. Включив дальний свет, Мэк напрасно вглядывался в черноту — дорога была пуста. Не веря своим глазам, он прибавил оборотов, надеясь, что просто отстал от Тедди и, если поторопится, перед ним опять замаячат красные точки. Так и произошло. Мэк увидел сигнальные огни джипа, но лишь на мгновение: тот неуклонно набирал скорость, не оставляя никакой надежды медлительному «мустангу». Все было против него: и ночь, и вконец озверевший ветер, и снег, беснующийся вокруг машины.
Глава вторая
Незнакомец из бара никак не шел у нее из головы. Она помнила, что с нею сделалось, когда их глаза встретились, как бешено забилось сердце, пронзенное колдовским взглядом черных глаз. Вот если бы ей хватило смелости подойти к нему и сказать что-нибудь, что обычно говорят в таких случаях женщины понравившимся мужчинам, — назвать себя, похвалить его или просто попросить заказать выпивку… Она так живо представила возможный разговор с этим искусителем в потертых джинсах и с замашками столичного плейбоя, — разговор полунамеками, на грани дозволенного, одновременно и вполне невинный, и весьма многообещающий, — что чуть ли не физически ощутила тот самый его взгляд. Подумать только, как может разыграться воображение вдали от привычной жизни, за сотни миль от Денвера и… Алана!