Законы Рода. Том 7 (СИ)

— Ну спасибо… Опять эта гадость? — скривился я и начал пить солёную воду.
— Именно она. Начинаем через полчаса, чтобы успели компоненты разойтись по внутренним органам и обеспечить защиту. Ну и ещё для тебя есть одна небольшая новость, которая, я надеюсь, настроит тебя на рабочий лад.
— Какая?
— Если закрыть глаза на твои предрасположенности, то по нашим оценкам после сегодняшнего дня ты должен будешь стать полноценным магом пятого ранга. Когда я был здесь, то стал сильнее на порядок. Моя плотность маны скакнула с уровня Мастера начальной ступени до уровня Магистра средней ступени. Ну и ещё помни, что в год не больше десяти человек получают возможность пройти здесь усиление, а тебя притащили сюда вне очереди. Внучку Константина Игоревича подвинули в очереди, — кивнул на Романова Багратион. — Так что ты уж не подведи. Терпи, даже если будет казаться, что сейчас глаза выпрыгнут из орбит, а кожа сгорит заживо. Если что, здесь есть лекари. Хорошие, профессиональные.
— Так себе напутствие, господин начальник… Почему у вас всё всегда достигается через боль и страдание?
— Потому что так завещали наши классики и отцы-основатели родов. Ленивым и мягкотелым — забвение и позор. Слава и честь — сильным и смелым. Давай, вперёд. Докажи, что ты русский. Не по происхождению, так хоть по духу!
Эх, знал бы ты, Александр Петрович… Хотя нет, лучше не знай. И никто пусть не узнает. Хотя об этом говорить уже поздно… Правду обо мне знает не один и не два человека, так что рано или поздно всё вскроется.
Время уходит, и если я не успею стать к нужному моменту воистину сильным и чрезвычайно опасным настолько, чтобы все опасались сталкиваться со мной лбами, то мне никто и ничего не поможет…
* * *
Сибирь. Дантар Сомн.
Большая стройка, которую затеял в посёлке Владимир Берестьев, шла полным ходом. Отряды добровольцев подходили каждый день. В основном ликвидаторы, реже — простые работяги в поисках денег.
В центральной части посёлка, который пришлось почти полностью снести, ставился на старый уцелевший фундамент новый каркас будущего оплота деревни. Железобетон, сталь, толстые стены и узкие окна-бойницы. Новую деревню было решено строить по новым технологиям согласно нормам военных, чьи инженеры поделились не только чертежами, но и строителями.
Бойцы, стоящие в авангарде перед трассой и закрывающие своими телами проход монстрам, уже устали. Сколько ни присылай новую смену, а всё равно жизнь в полевых условиях без нормальных казарм, коек и кухни не способствует поднятию боевого духа. Да и тыловики уже откровенно устали постоянно возить продовольствия в особо опасную область, рискуя всем.
Владимир вошёл в единственный более-менее уцелевший дом и спросил у женщины, что дежурила здесь весь день, как дела у бойцов.
— Ваше сиятельство, у двоих лёгкие ранение и развивающаяся на их фоне простуда. Ничего сложного. Пару дней в тепле и заботе, и они снова будут на ногах. Спасибо вам, что вы отдали под наши нужды единственный дом в округе. Тут они быстро поправятся. Что же до Аркадия… Боюсь, он слишком плох. Надо бы его эвакуировать в Якутск, в госпиталь, иначе он может умереть…
— Что с ним в итоге, — спросил у медсестры Владимир, посмотрев на спящего и тяжело дышащего строителя, рядом с которым стоял небольшой тазик, полный кровяных сгустков.
— Судя по симптомам, у него магическая лихорадка. Будь с ним кольцо ликвидатора, оно бы очистило ману и уменьшило её воздействие на организм, но его не было, когда он где-то хапнул огромную дозу маны, и его тело не выдержало. У нас всё ещё повышенный уровень маны в окрестностях, и это лишь добавляет ему страданий…
— Зелье здоровья в его случае поможет?
— Лишь усугубит, Дантар… — покачала головой женщина.
— Господин! Кха… КХА!
Строитель, словивший одну из самых мерзких болезней современности, сплюнул кровь и, тяжело задышав, уставился на Владимира.
Не так много людей страдают при близком нахождении с мощными источниками маны, но иногда появляются такие, как Аркадий, — приезжие из регионов, где концентрация маны минимальна. Их тела попросту не успевают адаптироваться, что в итоге приводит к болезни.
 
— Лежите спокойно, Аркадий. Утром приедет обоз с припасами. Вас заберут и увезут в Якутск, там есть хорошие врачи, — успокоил Владимир.
— Прошу, не надо. Я справлюсь! Мне всего-то месяц продержаться! Я не могу уехать!
— Если останетесь, есть риск того, что вы умрёте. Неужели вы этого не видите? — возмутилась медсестра.
— Да уж лучше сдохну… Мой сын, мой единственный сын сейчас на больничной койке! Ему нужна операция… Мне не хватает всего немного. Я отработаю, получу деньги, и он снова сможет ходить!
Мужчина пытался храбриться и начал уже подниматься, но суровая рука местного правителя вжала его в койку.
— Утром вы едете. Поправитесь. Встретитесь с сыном. Я не хочу смотреть в его глаза спустя пару лет, когда он узнает, что вы погибли здесь, хотя могли жить.
Мужчина резко стал слабеть и внезапно уснул.
Владимир повернулся и увидел Екатерину с поднятой рукой, от которой в сторону строителя тянулась едва заметная полупрозрачная дымка. Он научился её видеть и знал: так выглядит магия его избранницы.
— Проконтролируй, чтобы его утром отправили в госпиталь. И оплати его лечение. И зарплату ему на счёт перечисли за полный месяц.
— У нас кончаются средства… — тихо проговорила Екатерина, но тут же исправилась, увидев взгляд Владимира. — Хорошо. Я всё сделаю.
— Где кулон, что я тебе подарил, — отойдя от кровати больного, тихо спросил Берестьев, разглядывая шею своей невесты.
— На месте… И всё же, это твой кулон. Подарок твоего отца тебе. Почему ты отдал такую ценную вещь мне?
— Потому что так правильно.
— Что ты имеешь в виду? — попыталась в очередной раз узнать ответы на свои вопросы Екатерина, но Владимир молчал и не давал ей узнать, о чём он думает.
Она уже давно заметила, что его разум стал для неё недоступен. Она не знала, когда и как, но Владимир научился сопротивляться псионике. И даже слегка боялась, ведь ни о чём подобном ранее не слышала. Но боялась не за себя, а за Владимира.
Всем было хорошо известно, что за уникальными способностями охотятся сильнейшие люди империи. И получить такую, как у Владимира, хотели бы все члены императорского рода. Все без исключения.
— Господин? Что-то странное происходит… — взволнованно произнесла медсестра, смотря на дрожание свечи и дёргающиеся по всей комнате тени.
— На улицу! Быстро! — скомандовал Владимир, но никто выйти не успел.
Половина свечей потухла, и лишь свет уличных фонарей, работающих на аккумуляторе да луна разгоняли тьму в этом доме.
В проходе, прямо за избранницей Владимира появился неизвестный, чьё лицо было скрыто тенями, и приставил нож к шее Екатерины.
— Тш-ш-ш-ш… Тише, рыбонька моя… Не бойся, это будет не больно… — странный голос, словно шепчущий издалека, разнёсся по дому.
— Кто ты? Отпусти её!
Руки Берестьева вспыхнули, и зелёное пламя развеяло мрак.
— Маленький, бедненький, практически последний из своего рода… Знаешь, как долго наш орден охотился на таких, как ты? Вычищал великое зло прошлого? Эфир… Было тяжело проникнуть сюда и повлиять на ваш род. Вы словно раковая опухоль, что укоренилась в этих землях. Понадобились десятилетия, чтобы извести вас всех… И вот остались лишь ты и твой жалкий брат, лишённый магии. Ох-х-х, как же сладостен этот миг! Но ты не переживай, мы не убьём тебя… Лишь твоего брата, сбежавшего от нас в Тибет… Ха-ха! От нас? Сбежавшего? Ты представляешь⁈ Какая же смешная шутка… Мы тысячелетиями вели охоту на таких, как вы, узурпаторов магии! От нас нигде не скрыться! Ты останешься последним… Но я не убью тебя, нет… Я убью всех твоих женщин, что могли бы выносить для тебя потомство. Всех ублюдков, что понесут в своих венах проклятый эфир! Ты сдохнешь в одиночестве, зная, что каждая, кого ты любил, — умерла из-за тебя! Сегодня начнётся поминальный бой по роду Берестьевых…