Приказываю жить. Смерть (СИ)
Я задумалась. Слова Вячеслава, словно холодный душ, заставили заработать совсем было расслабившийся в эротической неге мозг.
Мда… Что-то я тупить стала не по детски! Этот обряд, и мужья, и давно забытые чувства, и внезапная новость о материнстве порядком отшибли у меня привычную осторожность. Хрен знает, что за чудища могут сейчас за нами наблюдать. Причем, чудища не обязательно в физическом смысле этого слова. Гораздо страшнее те, что снаружи выглядят невинно. Ущелье, конечно, милое. И живности вагон.
Но! Вот, что меня напрягало! Мы здесь уже третий день. И ни с кем из разумных еще не встретились. Насколько я понимаю, выброс энергии при проходе из нашего мира в этот был просто колоссальный. И в этом мире, явно есть те, кто мониторит подобные происшествия. Кто-то по служебной надобности, кто-то для себя. И тут есть два сценария развития ситуации.
Первый. К нам уже направляются вооруженные и опытные отряды. Неизвестно как произойдет наша встреча с ними. И какие у них цели. Возможно нас просто зачистят. Ведь не просто так оборотней выдавили из этого мира в наш. Это сделали те, кто владеет властью, и силой, способной перебросить целый клан в другой мир. И я еще не знаю, почему и за что оборотней так наказали. А узнать надо.
Второй. К нам идут те, кто ждал этого возвращения. Неизвестно, конечно, на стороне света или тьмы эти встречающие и что конкретно им от нас надо. Но думаю, сразу уничтожать нас они не будут.
В любом случае надо быть крайне осторожными. А тут еще эта темная мутная Светлана!
— Вика, о чем задумалась? — занервничал Слава.
— О том, что совсем забыла где нахожусь. И в этом виноваты частично вы! Совсем мне мозг вынесли эротикой! — почувствовав как напрягся муж, как прошла по нему волка горечи от незаслуженного выговора, погладила его по руке. — Прости. Что я на тебя сорвалась. Хоть сама виновата намного больше. В одном ты однозначно прав. Неизвестно, что нас ждет в этом мире. Кстати, — позволяя успокоившемуся Славе усадить себя на колени, продолжала рассуждать я, — Не просветишь коротенько, за что вас изгнали, как это было проделано, и кто у нас в этом мире явный друг и явный враг?
— На эти вопросы за пять минут не ответишь, — сказал Младший супруг, — Сегодня за ужином и начнем тебе все обстоятельно объяснять.
— Ой! А у нас сегодня в гостях Евгения с непримиримыми мужьями! Ты не против? А то, когда я ее приглашала, тебя не было и я не могла уточнить, ты "за" или "против".
— Знаю, что ты рассердишься, но я бы хотел просто сейчас поесть и остаться с тобой наедине… — Слава вздохнул, и продолжил, — Понимаю, что назовешь меня озабоченным, но ничего не могу с собой поделать. К тому же ты права. Тау и Колл серьезные парни. И нам бы пригодилась их поддержка, если эта Света начнет что- то мутить.
— Тори, палатка готова, скоро шашлык поспеет, — сообщил Хелл, присаживаясь рядом с нами на бревнышке. — Дархан и Клай молодцы. Такого крога завалили. Мясо у него — пальчики оближешь!
— Удивительно, как вы все успели сделать! — я дернулась было к Старшему мужу, но Слава меня удержал.
— Маленькая, посиди еще хоть минуту со мной, — тихо попросил он.
Невозможно отказать мужчине, когда он так просит!
Подняла глаза, и дыхание перехватило от не скрываемой нежности и желания, светящихся в глазах Славы.
— Устала, — почти беззвучно спросил меня он.
— Да, — чувствуя как нас тянет друг к другу, ответила я.
— А я по тебе скучал… — смущенно признался Младший муж.
— Я тоже. — рядом со Славой опустился на колени Хелл, осторожно завладев моей ладошкой и проведя по тыльной стороне горячим языком. — Глупо выгляжу, да? — Он поднял на меня глаза, что-то пытливо высматривая в моем лице.
— Ни капли не глупо, — сразу обиделась я, — Ты что, считаешь, что соскучиться по тому, к кому тянется душа — это глупость?
— Я так не считаю. Но так обо мне говорили другие… другая… тут, еще до изгнания…
— Старший муж осторожно прикусил подушечку большого пальца.
По коже прокатилась искрящаяся волна желания. Я, шалея от своей наглости и распущенности (еще бы, сидя на коленях одного мужчины, заигрываю с другим!!!!), провела этим же пальчиком по нижней губе Хелла. Супруг с готовностью втянул его в рот и стал провокационно посасывать. Все мысли разом вылетели у меня из головы, словно прошлогодние листья, унесенные ураганом. К шее прижались суховатые, немного шершавые губя Славы.
— Нет. Я так не играю! — обломал нам всю малину невыносимый Александр. — Я, значит, быт налаживаю, а они уставшую супругу втихомолку соблазняют.
— Ты и так с ней весь день был! А мы — нет! — резонно заметил совершенно не смутившийся, в отличие от меня, Слава.
— К тому же ужин уже готов, — поддержал Младшего Хелл, не спеша вставать с колен.
— Тогда давайте уже есть. Я очень голодный. Уверен, что все тоже хотят есть. А Тори вообще очень хорошо питаться надо! — не угоманивался Саша. — К тому же, скоро гости придут… а у нас, вместо ужина… любовь!
— Саша… — начала было я, побагровев от злости на его нарочитую бесцеремонность.
— Да, любименький! Всегда к твоим услугам, — нахальный оборотень мгновенно оказался рядом, намереваясь выхватить меня у Славы. Наивный! Хелл сделал это на доли секунды раньше…
И, пересев поближе к костру, поднес к моим губам восхитительно пахнущий шашлык!
— Шпашибо… — прошамкала я, с неожиданной жадностью набрасываясь на мясо. В мгновение ока уничтожила все, что было на шпажке, придерживая руку Старшего мужа к себе поближе. Потом еще и облизала и шпажку и пальцы Хелла. — Есть еще…? — облизнув вымазанные мясным соком губы, поинтересовалась я.
— Конечно есть, милая, и много! — усмехнулся он, — Твои друзья славно поохотились! Саша, можешь дать еще один шампур?
— Даже два! Сам-то поешь… весь день голодный! — Саша протянул нам два тяжелых, скворчащих и истекающих восхитительным жирным соком шампура. — Ешь, солнышко, тебе надо хорошо и с удовольствием есть. А оборотни очень любят мясо. — резко придвинувшись, он слизнул капельку сока с моих губ, — Мммм… какой вкусный… шашлык…
— Привет! Ой! А мы вам не помешаем? У вас тут все так… сердечно, по семейному….
— раздалось у меня за спиной грудное контральто Евгении. — А у нас… холодная война! А я — граница между США и Россией!
Оглядываюсь на грустную красавицу:
— Привет. Если я расскажу, какая война у нас была… Ты не поверишь! Проходите! Присаживайтесь. Дархан и Клай хорошо поохотились. Присоединяйтесь к нашему шашлыку!
— Да, у вас отличные собаки! Бойцы! — тут же откликнулся один из супругов, — Саша, представь меня вашей жене!
— Котенька, тот, что собак хвалил — Колл. А молчун — Тау. Оба мои бойцы! Отличные следопыты и диверсанты! — похвастался подчиненными Александр. — Присаживайтесь и покормите, наконец, свою супругу!
— Спасибо! Женя, присядь с Хеллом. Вот возьми… осторожно! Горячее! — тут же засуетился Колл.
— Мммм… вкусно-то как! — непосредственно воскликнула Женя, аккуратно откусывая ровными белоснежными зубками сочное мяско.
На какое-то время установилась тишина.
4. Четвертая часть
Евгения тихо вздохнула:
— Хелл, я снова о больном. Подскажите, как вам удалось сплотить семью? Нам это пока не удается. Я порой жалею, что приняла два браслета! Невыносимо видеть как враждуют твои близкие! Я и просила. И скандалила. Все бестолку! Они не понимают, что рвут мне душу. Если бы не угроза казни — ей Богу, ушла бы от обоих! — прекрасная женщина завершила свой пламенный спич уже со слезами на глазах.
— Тшшш… тише… не надо, чтобы об этом кто-либо знал. А особенно, чтобы это услышала Светлана и ее мужья, — обнимая Женю и делая ВСЕМ мужчинам знак, чтобы не вмешивались, зашептала я ей на ушко.
Хелл непререкаемым жестом взяв под руки Тау и Келла, отвел их от нас с Евгенией. Туда же отошли Саша со Славой. На стражу нашего уединения встал неподкупный Дархан. Он лег в метре от бревна, лениво щурясь на жарко горящий костер. Мобильный контроль был возложен на активного Клая. Овчарка тут же принялась патрулировать доверенный периметр.