Будет по-драконьи! (СИ)

— Сейчас четыре.
— Было больше?
— Нет, но жёны умирают.
Последняя фраза озадачила и заставила задуматься над причинами. Как часто это происходит? С чем связаны смерти? Естественные или насильственные? Уровень медицины тут вряд ли высок.
— А у наследника сколько? — вдруг вспомнила, что есть вероятность моего участия в Дне Выбора, если не найду другой путь во дворец.
— У наследника пока только три наложницы. Вот после дня Выбора и узнаем, сколько новеньких ему приглянется, и кто из них станет женой, — девчонка дерзко подмигнула мне и улыбнулась щербатой улыбкой. — Что, небось, ждёшь не дождёшься Дня Выбора? Хочешь жить во дворце? Есть с золота, ходить в шелках и спать на мягких перинах? Даргоны ещё очень щедры. Не скупятся на украшения для своих жён и наложниц. На них работает целая артель ювелиров.
Кора говорила со знанием дела. Видимо, обсуждение жизни эмира и его наследника было любимой сплетней местных кумушек. Я покивала благосклонно и мысленно представила груду ювелирных украшений.
— Сокровища — это хорошо, — чуть не уркнула от зародившейся внутри приятной дрожи от представленной картины. Драконья сущность требовала увидеть всё собственными глазами и оценить блеск золота и качество сверкающих камней, а лучше пощупать. Одних разговоров в этом конкретном случает было мало. Поэтому срочно нужно было перевести разговор на другую тему. — А у эмира ещё и наложницы есть?
Это ж какие силы нужно иметь, чтобы выдерживать четырёх человеческих жен и ещё наложниц! Они же мозг могут вынести, если навалятся все скопом. Это же как мои академисты! Каждый со своими проблемами и тянет в свою сторону!
Я даже посочувствовала этим загадочным даргонам и вновь задумалась.
Для такой модели семьи должны быть веские причины. Какие? Ещё одна загадка в общую копилку вопросов. И отношения межрасовые. Пока предположений не было.
— Как не быть, — тем временем, немного растягивая слова и чувствуя себя жутко умной по сравнению со мной (это было видно по снисходительному выражению личика девчонки), продолжала Кора. — Эмир их меняет раз в пять лет.
— Обновляет стадо, — хмыкнула, представив это женское общежитие. Интересно, им там есть чем заняться? Ведь от безделья обычно быстро «портится характер».
— Гарем, — покосилась на меня Кора и наконец-то остановилась возле дверного проёма, занавешенного лёгкой непрозрачной светлой тканью. Двери как таковой не было вообще. Девчонка отдернула полог и скользнула внутрь, приглашая меня за собой. — Вот здесь пока поживёшь. Ты совсем без вещей?
— Совсем. Меня по пути в Шатхар ограбили, — скривилась печально и тяжело вздохнула. — А можно где-нибудь помыться с дороги? А то песок везде!
— Хозяин не давал распоряжений. Но ладно… Я сейчас!
Кора крутанулась на грязной пятке и выскочила за порог. А я осмотрелась.
Комната была небольшой — метра два на три. Побеленные стены от пола до метра в высоту были украшены декоративной цветной мозаикой с примитивным растительным орнаментом неярких цветов: кирпичный, зелёный, жёлтый и голубой.
На полу лежали полосатые домотканые коврики в тех же тонах. Постелью служил плоский тюфяк, уложенный на низком возвышении в одном из углов.
Возле ложа стоял чайный столик с изогнутыми ножками. Под окном — массивный сундук с амбарным замком с ключом на цепочке и декоративно окованными углами. При желании я могла бы в нём полностью поместиться, таким большим он выглядел.
Последним элементом обстановки оказалась настенная полочка с плоской керамической вазой с остатками потухших благовоний.
Так лаконично, но функционально для одного человека.
Я прошлась по периметру комнаты, рассматривая предметы и нехитрый декор. Выглянула на улицу в единственное узкое окно, закрытое ажурной деревянной ставней.
«Узкое, но протиснуться в него я смогла бы при необходимости» — машинально отметила, рассматривая тихую узкую улицу с мощёной дорогой и глухую побеленную стену напротив. Редкий прохожий неспешно шёл, обмахиваясь какими-то перьями, развёрнутыми веером.
 
— Лани, вот бери! — в комнату ворвалась бойкая служанка и сбросила на тюфяк ворох цветных тряпок. Снова выбежала и вернулась с небольшим жестяным тазом и серебряным кувшином с водой. В руках у мелкой всё горело!
Кора откинула край коврика, перетащила столик на глинобитный пол, почему-то блестевший, словно вскрытый лаком, и с громким металлическим «дзынь» водрузила на него таз.
— Вот. Можешь обмыться. Потом выставь за порог, я заберу. Воду если разольешь — не страшно! Сама высохнет. А, вот ещё!
Она выудила из кармана холщовый мешочек и аккуратно развязала короткую бечёвку. Внутри оказался маленький глиняный горшочек, наполненный до половины желеобразной белой субстанцией с запахом жасмина.
— Поделюсь с тобой мыльником. Может, вспомнишь обо мне, когда тебя наследник выберет. Ула говорит, что у тебя есть все шансы. Хотя сомневаюсь, — с видом знатока она осмотрела меня с головы до ног. — Даргоны любят пофигуристей, чтобы и бёдра пошире, и грудь побольше. Да и белая ты какая-то, словно и солнца не видела. Или больная. Но если господин привёл, значит, здоровая. В Храме ведь проверяют всех невест. Откуда ты, Лани? Из семьи шахтёров небось?
— Из них, — согласилась, чтобы ничего не выдумывать. Значит, тем артефактом проверили уровень моего здоровья. Занятная штучка. — Шанс у всех есть, Кора, — подмигнула, чтобы не разочаровывать любопытное создание. — Подрастёшь, тоже попробуешь своё счастье.
Наверняка ведь мечтает егоза!
— Да нет. Меня больше интересует место служанки во дворце. Платят хорошо, кормят, одевают и ещё на свадьбу дают почин — десять дирхов!
— А как можно в служанки попасть? — никогда не знаешь, какая информация пригодится больше. Мне повезло, что Кора оказалась до невозможного болтлива, и я пользовалась этим с удовольствием.
— По рекомендации кого-то, кто уже там служит. Но рекомендация должна быть крепкой. Головой ручаться нужно. Ведь если новичок сильно ошибётся, то отвечать за провину будут двое. А кому захочется отвечать за незнакомого? Поэтому во дворце служат целыми семьями. Ну, а второй путь — когда объявляется набор слуг на рынковой площади в базарный день.
Девчонка прислушалась, смешно водя носиком, как мои лабораторные мыши, и поспешила улизнуть.
— Побегу я, а то заболталась с тобой. Дел полно.
Кора упорхнула, и след простыл. Только шевеление занавески доказывало, что девчонка только что была здесь.
Первым делом я просмотрела перепавшую мне одежду и выбрала светло-голубое платье с тонким кожаным ремешком. В кучке, что принесла служанка, оказались тканевые тапочки ручной работы и костяной гребешок.
Обмылась я, как сумела. Хотелось в полноценный душ, но, к сожалению… Волосы не стала мыть, но расплела и тщательно расчесала, прежде чем переплести косу плетением «рыбий хвост». Свое нижнее белье простирала и разложила в изголовье ложа сушиться. Ходить без белья было непривычно, но и только.
Халат с плеча Фарха вытряхнула за порогом комнаты и проверила содержимое карманов. В одном из них лежал мешочек с дирхами. Ровно сто квадратных золотых монет. Вся сумма, уплаченная «братьям» за меня. Ну, в самом деле, каким бы я была драконом, если бы выпустила из лап своё сокровище! Хватило быстрых объятий напоказ с Каримом, и мешочек с пояса «братика» перекочевал ко мне.
В животе тянуло от голода, но мне нужно было сделать ещё одно важное дело, прежде чем отправиться на поиски съестного, — связаться с Кисом.
Дабы не повергать в шок местных, выглянула за завесу, внимательно осмотрелась и прислушалась. Голоса раздавались из большого дома: поучающий голос Улы, бухтение Сама, заискивающий женский — одной из наложниц, и резкий окрик хозяйки, чем-то недовольный Корой.
Задвинув полог, сразу же активировала встроенный в руку коммуникатор. Галограмма Киса тут же взметнулась по светящемуся лучику и раскрылась в объёмное изображение.
— Дэса! Вы слишком отклонились от маршрута! — Кис укоризненно покачал головой. — И долго не выходили на связь.