Заставь меня поверить (СИ)

Я не хотел торопиться, но сдерживаться мне труднее с каждым мгновением. Опускаю руку на гладкий лобок и скользнув дальше, погружаю палец в лоно Вики, начиная осторожно растягивать её. Она тихо стонет, а ногтями впивается в мою кожу. Нахожу губы Кукусика и начинаю жадно их целовать, кусать.
Покидаю её тело и отстранившись надеваю защиту. Нетерпеливо раскатывают латекст по стволу и сразу же возвращаюсь к Вике. Устраиваюсь между ног Виктории и пристраиваю член к её лону. Врываюсь в желанное тело одним рывком и сразу же замираю, пытаясь считать эмоции любимой.
Она учащённо дышит и слегка приподнимает попку мне навстречу. Осознав что не причинил ей боли, начинаю двигаться. Неторопливо вхожу до упора и выхожу практически полностью из неё. Вика сильнее впивается ногтями в мою спину и сладко стонет. Покрываю поцелуями её шею. Провожу языком по ключице и вновь возвращаюсь к губам.
Ладошка Вики проходится по моей спине и опускается на ягодицу, слегка сжимает её. Мне буквально рвёт крышу от этого. Моя девочка такая чувственная и отзывчивая.
Наши пошлые шлепки вперемешку со стонами и звериным рычанием заполняют комнату. Прихватываю зубами аккуратную мочку ушка Вики и продолжаю вколачиваться в её тело с нереальной скоростью.
Вика царапает мою спину и шлёпает меня по заднице, а я полностью отпускаю себя. Вхожу в неё снова и снова, и ловлю её всхлипы.
Внутри неё влажно и горячо, стеночки, что обволакивают мой член, начинают сокращаться. Вика запрокидывает голову и выгибается в спине. Прижимаю её к себе и продолжаю вколачиваться в неё на нереальной скорости. Подступающий оргазм пеленой застилает мне глаза. Кажется, что я лишился всех органов чувств, могу только ощущать как меня накрывает мощнейшей волной. Вхожу в неё раз, другой и буквально падаю на последней волне оргазма.
Со мной такого не происходило ещё ни разу. Последние отголоски оргазма растекаются по телу. Поднимаюсь на руках и нахожу её губы, которые припухли от моего натиска. Выхожу из неё снимаю использованный презерватив, завязываю в узел и бросаю на пол. Уберу всё потом, сейчас нет ни сил, ни желания.
Возвращаюсь на кровать и притягиваю к себе Вику. Укладываю её себе на грудь и укрываю одеялом, которое с трудом, но всё же выдернул из-под нас. Кладу руку под голову, а второй обнимаю Вику. Прикрываю глаза и вдыхаю запах моей девочки. Ладошка её лежит на моей груди, там где бьëтся сердце. Вот так мы и засыпаем.
Просыпаюсь рано. Вика сладко спит, укрываю её одеялом. Натягиваю домашние штаны и убрав следы нашей вчерашней ночи, покидаю комнату. На кухне наливаю себе воды, а затем выхожу на балкон.
  
Глава 40
 
Вика
В мышцах ощущалась приятная лёгкая ломота. Потянулась и открыла глаза. Присела на кровати. Максима не было рядом. Почувствовала чувство лёгкого разочарования. Хотелось сейчас оказаться в его объятиях. Понежиться в кровати, но он куда-то ушёл. Может быть в душ.
Заворачиваюсь в одеяло и встаю с кровати. Оглядываюсь по сторонам. В комнате ещё темно, на улице только-только начинает светлеть. У Максима холостяцкая спальня, ничего лишнего. Кровать, шкаф, какая-то огромная картина и клетка с морской свинкой в углу.
Зверёк, что сидит в ней активно требует внимания к себе. Вчера я ничего не слышала, было не до этого. Подхожу к клетке и вижу морскую свинку. Если это и есть моя Инди, то она очень выросла с момента как мы виделись в последний раз. Осторожно просунула пальцы сквозь прутья и погладила зверька. В ответ мне счастливо засвистели. Рядом с клеткой стояла коробочка с кормом, насыпала немного в кормушку и закрыла клетку.
Меня влекло к картине. Хотелось рассмотреть что же мой Максим повесил в своей спальне. Никаких других картин или фотографий нигде не висело. Плотнее замотав на груди одеяло направилась к картине. Сделала несколько шагов и замерла напротив неё. На меня смотрела точная моя копия. Это была не картина, это было фото. Моё фото сделанное в вечер выпускного.
У меня перехватило дыхание, а к глазам подступили слëзы. Как давно эта фотография висит в его комнате? Всегда? Он действительно так сильно любил меня? Я никак не могла воспринять эту информацию. По щеке скатилась слеза, затем ещё одна и ещё. Слëзы стекали по лицу, а я наконец осознала как же была не права.
Пока я ненавидела его три года, он любил меня. Нет, не ждал что вернусь назад, жил дальше хоть и совсем не так как мы когда-то мечтали, но продолжал любить. Как же мне больно за него. Сколько же Максим пережил за эти годы? Мне хочется облегчить его боль. Жаль что нельзя отмотать время назад и хоть что-то исправить. Но ведь наше будущее теперь в наших руках и только от нас зависит что будет дальше.
Постояла ещё недолго рядом с фотографией и наконец направилась из комнаты. В квартире было тихо. Неужели Максим ушёл? Обошла все комнаты, но его нигде нет. Собиралась уже вернуться в спальню, как заметила движение на балконе. Максим был там.
Медленно подошла к балкону, открыла и вошла внутрь. Макс стоял по мне спиной. На нём были только спортивные штаны. Я посмотрела на его спину. На ней была огромная татуировка: два ангельских крыла, одно целое, покрытое красивыми перышками, другое поломанное, без единого пера, только кости. Красивая и жуткая одновременно.
Подошла вплотную к нему и провела пальцами по рисунку. Максим вздрогнул, скорее всего он не слышал как я вошла. Наклонилась и поцеловала его спину.
— Что ты здесь делаешь? — шёпотом спросила его.
— Просто решил подышать.
Он развернулся и обнял меня, поцеловав меня в висок.
— Ты холодный, — улыбнулась ему, прижимаясь как можно теснее.
— Согреешь меня? — спросил Макс.
— Конечно.
Максим переплел наши пальцы и повел назад в спальню. И сразу же утянул нас в кровать.
— Почему именно эта фотография? — тихо спросила у него.
— Это твой последний счастливый снимок. Здесь ты ещё улыбаешься и наш ад не добрался до тебя.
— Зачем ты изводил себя каждый день глядя на фото?
— Я не позволял себе забыть что тогда произошло, чтобы злость во мне не засыпала. А ещё глядя на тебя на этом фото, думал что ты всегда рядом со мной.
Прижалась теснее к его боку и поцеловала в грудь. С уголка глаза скатилась слеза. Мне было невероятно больно за своего мальчика. За что ему столько боли?
— Как же ты всё это переживал совсем один. Рядом со мной всегда был брат, а с тобой не было никого.
— Я далеко не ангел, Вик. И использовал людей в своих целях.
— Ну значит я тоже плохой человек, ведь не считаю это грехом. Я люблю тебя. Три года пыталась ненавидеть, убеждала саму себя что ты самый ужасный человек на земле. Но всё равно любила. Ты жил все эти три года в моём сердце и в моей голове.
— Ты даже не представляешь как я рад.
— Мне нравится твоя татуировка. Когда ты её сделал?
— Через несколько дней после того как ты улетела.
— Что она значит? Или это просто рисунок?
— Ты подарила крылья, но взлететь нам было не суждено.
— Почему это звучит так ужасно грустно?
— Ну теперь то всё будет по-другому. Ты теперь со мной и никто больше тебя не заберёт от меня.
Максим приподнял мою голову и поцеловал в губы. Едва он перестал меня целовать как я выбралась из одеяла и перебралась к нему на колени. Мои волосы служили своего рода одеждой — прикрывали грудь. Но Макс сразу же отбросил их назад, полностью открывая меня для себя.
В его глазах читалось дикое желание и восхищение. Он разглядывал меня даже не пытаясь спрятать свой нахальный взгляд. А я краснела всё больше и больше с каждой секундой.
— Ты такая красивая, — шептал Максим.
Он начал покрывать мою кожу поцелуями, но при этом продолжая смотреть мне в глаза. В глазах плескался огонь. Внизу живота разлилось приятное тепло. Запустила пальцы в его волосы.
— Не могу привыкнуть к твоим белокурым волосам, — улыбаясь сказала ему.
— А я к твоим розовым привык быстро. Моя фантазия, ты в моей спальне и из одежды на тебе лишь твои локоны, наконец исполнилась. Я кайфую.