Правильный лекарь. Том 6 (СИ)

После неспешной прогулки по мосту с любованием пейзажами и незабываемыми фотографиями, мы потихоньку пошли в сторону намеченного кафе. Если бы по мосту просто шли, то вряд ли замёрзли, чай повторно не понадобился бы. Но, мы фотографировались на фоне Зимнего и адмиралтейства, поэтому чай понадобился. Очень удобно, кстати, об него руки греть.
Мы беззаботно болтали, рассказывая каждый о своём. Она делилась смешными и странными случаями из студенческой жизни, а я случаями с работы, фильтруя, естественно, разный экстрим, девушке на свидании такого не рассказывают. Ну или может позже, в другой раз, когда созреет. В общем хорошо и со вкусом провели время, мне очень понравилось. Я чувствовал, что Настя постепенно становится мне всё ближе. Я имею ввиду не физическое расстояние, ну вы поняли. Теперь это была уже не тяга старых воспоминаний, а моих личных.
  
Когда уже ближе к одиннадцати вечера я отвозил её домой, вспоминал, как она в прошлый раз звала меня на чай. Теперь точно не откажусь, зайду. Но, не на долго, завтра на работу, будет суетной, но очень приятный день, после которого люди приходят домой и валятся с копыт, как загнанная лошадь.
Настя на чай не позвала. Зато прощальный чмок пришёлся точно в губы. Коротко, но с чувством и настолько тепло, что оно пьянящей волной распространилось по всему телу за ту короткую секунду, пока её губы касались моих.
Четверг, утро, за дверью ряд внимательных глаз, ожидающих вызова. И когда их успели столько записать? Или просто решили прийти пораньше всем табуном? И это клиника для богатых! Чего вы там все разболелись то? Мне бы лучше ехать товар принимать, да проверять, правильно ли люстры развесили. Хотя последнее я доверил Валерию Палычу, надеясь на его принципиальную точность и ответственность. Они на пару с Николаем никому спуску не дадут. Должна ещё присоединиться Прасковья и контролировать выгрузку товара и его комплектность.
— А к вам уже можно? — раздался вопрос через приоткрытую дверь, когда я надевал халат.
Это мой самый любимый момент в начале рабочего дня. Не хватает у людей выдержки подождать, когда позовут, не полчаса же я халат надевать буду.
— Да, конечно, проходите пожалуйста, — ответил я и пошёл мыть руки.
Вошла женщина лет пятидесяти, какая-то зашуганная и почему-то прикрывала лицо руками, прижимая за компанию туда же вуаль от шляпки. Надо было просто вместо вуали на шляпку шторы блэкаут повесить и вопрос решён, руки свободны.
— Что с вами произошло? — невинным голосом поинтересовался я, догадываясь, что проблема находится где-то под руками.
— Господин лекарь, у меня это, — произнесла она и убрала наконец руки от лица.
Моему взору открылось покраснение кожи большей части лица с неровными, или как их ещё называют, географическими контурами. Умеренный отёк и болезненность при пальпации, подкожных уплотнений нет, локальное повышение температуры кожи в пределах красноты.
— Ну, тут в принципе всё просто, — сказал я. — Рожа лица.
— Чего? — воскликнула дамочка и состроила такое лицо, словно я послал её в пеший поход по детородным органам без запаса хлебо-булочных изделий.
— Ну вы может когда-нибудь слышали про рожистое воспаление? — спросил я, на всякий случай сделав шаг назад, чтобы мне не прилетело физически от пациентки в мгновение ока ставшей не особо уравновешенной.
— Про рожистое воспаление? — переспросила она, быстро успокаиваясь, видимо дошёл смысл сказанных ранее слов. — Так вы хотите сказать, что это рожа?
— Ну да, — пожал я плечами. — Рожа на лице. Звучит очень непривычно, зато точно и коротко.
— А вы знаете, — сказала она, сделав глаза щёлочками, — а я так и думала. Поэтому и прикладывала красную тряпку, а вчера ещё клевер на простокваше делала.
— Может клевер на кефире? — решил я уточнить. Такой рецепт самолечения я уже слышал однажды.
— Нет, на кефире не так получается, — поучающим тоном сказала пациентка. — А вот на простокваше гораздо нежнее.
— Помогло? — на всякий случай спросил я, хотя ответ уже был известен.
— Нет, — ответила она и потупила взор. — Ничего не помогает, вот и решилась-таки к вам обратиться. Тут соседка ещё говорила про мочу…
— Стоп! — сказал я, вытянув руку ладонью вперёд. — Дальше не надо. Температура была?
— Была, господин лекарь, — кивнула она, копаясь в воспоминаниях. Мне кажется я даже услышал их шелест. — В первый день, то есть позавчера. До тридцати восьми с половиной поднялась. Утром проснулась мокрая, как мышь после потопа. А потом ничего вроде. Ну больше, чем тридцать семь и два уже не было.
— Это хорошо, — кивнул я. — Всё правильно. Ложитесь пожалуйста сюда на стол. Головой в сторону окна, а не двери, подголовник там.
— А зачем ложиться-то? — спросила пациентка, снова поднимаясь, хотя перед этим уже почти легла. — Может лучше сидя?
— Ложитесь пожалуйста, — я переключился на интонации, с которыми принято разговаривать с маленькими детьми. — Всё будет хорошо, не беспокойтесь, мне просто так удобнее.
— Ну ладно, раз так надо, — согласилась она на уговоры и снова легла.
Я на всякий случай ещё раз демонстративно помыл руки, обработал антисептиком, словно собираюсь лезть в рану и только потом приложил ладонь к её лицу, где было максимальное покраснение. Женщина наблюдала за каждым моим движением, так что все эти предварительные манипуляции были сделаны не зря, оказывая на пациентку успокаивающее действие. Вот так-то вот, помыл и обработал руки — уже психотерапия.
Ну, берегись стрептококк, сейчас злой дяденька надаёт тебе по одному месту! В данном случае тонкие направленные потоки нафиг не нужны, я воздействовал широким и не особо сильным потоком по всей площади покраснения, плавно водя по ней ладонью, чтобы ничего не пропустить. Это уже не первое столкновение с рожей, что делать я знаю. Через пару минут неторопливой процедуры я убрал руку.
— Всё, можете вставать, — сказал я пациентке и подал руку, чтобы помочь.
— Это чё, всё что ли? — спросила она, удивлённо посмотрев на меня.
— Ну да, — улыбнулся я, чтобы успокоить и расположить её к себе. — Процедура закончена, можете слезать со стола. Давайте руку, я вам помогу.
— Господин лекарь ну а как же вот эти все пассы руками, заклинания? — начала возмущаться женщина. — А то что это такое, ладошкой по лицу погладили и всё, а где магия?
— Давайте я помогу вам встать, вы подойдёте к зеркалу и посмотрите на себя, — я старался говорить максимально спокойно, с расстановкой, всё с той же интонацией. — Болезнь побеждена, её больше нет, можете убедиться в этом лично. Просто надо подойти к зеркалу.
— Это возмутительно! — резко высказала пациентка и начала-таки подниматься. — Шарлатанство какое-то, я буду на вас жаловаться! А ещё все говорят, мол иди к нему, он хороший специалист, а он шарлатан!
В процессе всех этих приятных на слух высказываний, она слезла со стола и прямо так, босиком, потопала в сторону умывальника, где находилось ближайшее зеркало. Увидев своё отражение, она резко замолчала и начала себя придирчиво разглядывать.
— Чёт я не поняла, — снова начала она бормотать себе под нос. — Вы мне красноту пудрой замазали что ли?
Чтобы убедиться в правильности своей догадки, она открыла воду, намочила руки и начала интенсивно тереть по щекам. Краснота конечно появилась, но не та, что была, а просто от механического воздействия на кожу, тёрла она достаточно интенсивно.
— Ну я же говорила, вот оно! — радостно воскликнула она, увидев полученное растиранием покраснение кожи. — Вы шарлатан! И недолекарь! Никогда больше сюда не приду! Ещё и деньги за это безобразие платить! Накоси выкуси!
С последними словами она показала мне сразу две дули, шустро нырнула в свои ботильоны и вылетела из кабинета. Мы со медсестрой молча переглянулись. Я пожал плечами, а Света кивнула вслед пациентке и покрутила пальцем у виска.
— Ну, как говорится, весна близко, — хмыкнул я. — У некоторых сезонные обострения случаются раньше, чем у других.