Хамелеон (СИ)
— И что бы посоветовал ты?
— Думать, прежде чем, не глядя, ступать на проезжую часть!
— Да я не про этого дурака. Я про ситуацию с командой Шукалова, — внес необходимое уточнение Гинзбург, чтобы вернуть Александра в прежнее русло беседы. Все же это именно ему уже вскорости предстояло делать доклад руководству УММ о жизнеспособности означенных проектов, и потому было очень желательно иметь для проведения должного анализа несколько точек зрения.
— Вот, что я тебе скажу, — вновь потихоньку тронув машину с места, произнес с четверть минуты спустя несколько задумавшийся Геркан. — Хоть они там все и умные до невозможности, главного-то понять не могут. Или не хотят. У них банально отсутствует системный подход к решению поставленных перед ними задач. Я сейчас имею в виду весь спектр задач по моторизации армии в целом, — на всякий случай уточнил комвзвода. — Более того! Им даже нет резона подходить к решению данного вопроса с учетом всех существующих взаимосвязей. Ведь если мы с тобой прекрасно осознаем, что унификация боевой техники по механизмам, запчастям и комплектующим является благом для армии, — исподволь объединил он их обоих в сторонники данной идеи, хотя сам Гинзбург ни о чем подобном пока не проронил ни слова, — то для них это, наоборот, недостаток. Что они так же прекрасно понимают. А соль вся в том, что ГКБ получает финансирование за новые разработки, а не за скорейшее усиление армии. И чем больше новых разработок, тем больше фондов видится возможным затребовать. Потому то, что хорошо для армии, плохо для них, — принялся топить он своих главных конкурентов, уже имея планы на перехват немалого количества сотрудников этого самого бюро, коли их начнут разгонять. — В этом, полагаю, и есть главное отличие их бюро от того, в которое временно перевели меня. Хотя с товарищем Дыренковым я пока лично не общался и ничего не могу сказать про его отношение к нашему общему делу по усилению обороноспособности страны, — не забыл желающий возвыситься краском, накидать себе пару плюсиков в глазах будущего приемщика его работ. — Вдобавок, как мне показалось, они вообще не осознают, что моторизованная колонна должна обладать возможностью двигаться с одной средней скоростью. Стало быть, и танки разных классов обязаны находиться в одном скоростном диапазоне, как и артиллерийские тягачи, как и грузовые автомобили, как и броневики. Понимаю, что я сейчас говорю несколько сумбурно, — покрутил он в воздухе рукой, якобы показывая этот самый творящийся в его мыслях сумбур. — Просто не знаю, как объяснить тебе более понятно.
— Не переживай. Твою главную мысль на их счет я понял, — покивал в ответ Гинзбург. — А что бы начал делать ты, окажись на их месте?
— В первую очередь, посмотрел бы по сторонам, что, как ты сам недавно видел, у наших граждан не всегда в чести, — горько усмехнулся Александр. — А посмотрев, узрел бы, что страна сделал ставку на две марки массовых автомобилей. Стало быть, их агрегаты и необходимо применять в разрабатываемых машинах, нравится мне это или нет. Вот. Возьмем, к примеру, этот Форд, — похлопал он ладонями по рулю. — Если судить по той информации, что я уже успел изучить, он сможет продержаться в активной эксплуатации не более полугода, после чего ему потребуется, пусть еще не капитальный, но уже серьезный и затратный ремонт едва ли не всех основных агрегатов. Нравится ли мне это? Нет, конечно! Ведь тот же Додж будет понадежнее раз в пять! — недаром именно Доджи желали видеть в армии многие высокопоставленные военные, включая Ворошилова. — Но мы теперь точно знаем, что в ближайшие годы у нас под рукой сможет оказаться только Форд. Стало быть, и разрабатывать легкий броневик я буду на его основе, так как конструкция его компонентов со временем станет хорошо знакома всем механикам и шоферам. Да и достать их в качестве запасных частей окажется куда как проще. И то же самое с Автокаром. Пусть его двигатель недостаточно мощный, чтобы сдвинуть с места танк. Так поставь два двигателя! Я вот, к примеру, после завершения работ по внедорожному автомобилю и броневику на его базе, собираюсь вплотную заняться внедрением двигателя от Форда на Т-18, в рамках проекта танка Т-20. А после постараюсь взяться и за что-то большее. Дело остается за малым — найти себе рабочую площадку со всем потребным оборудованием. А то гараж моего танкового полка не может похвастать богатством станочного парка. — Так на протяжении всего пути Геркан и капал потихоньку на мозги своего пассажира, закладывая в его голову зерна собственных идей, а также выказывая всякую готовность сотрудничать на ниве изобретательства, как один понимающий военный, с другим понимающим военным, а не какой-то там гражданский штафирка.
Без малого три месяца ушло у Александра на то, чтобы сотворить из двух Форд-А, своего полноприводного кадавра. Из-за отсутствия возможности изготовить для проектируемого автомобиля новую раму или же серьезно переделать устанавливаемый вперед ведущий мост, пришлось пойти на хитрость с приподниманием двигателя и КПП путем внедрения дополнительного подрамника силового агрегата, как это практиковалось у многих автомобилей еще лет двадцать назад. Лишь так удалось вписать мост под двигатель, да протянуть к нему карданный вал от раздаточной коробки простейшей конструкции. Это было далеко не лучшим конструкторским решением. Зато позволило справиться с поставленной перед собой задачей имеющимися под рукой силами и средствами. Правда, из-за резкого сокращения свободного места в салоне, куда въехали и коробка переключения передач и верхняя часть раздатки, возникла необходимость обратиться с частным заказом в кузовной цех столь хорошо знакомого 2-го БТАЗ-а, где подвергли переделке один из предоставленных Герканом фордовских кузовов, расширив его до габаритов подножек. В результате получилась некая смесь ГАЗ-67 и ГАЗ-69, о существовании которых, правда, сам «творец» не подозревал совершенно. Хорошо еще что завод «Спартак» сумел изготовить ШРУСы по предоставленным чертежам и даже не напортачить при этом. Пришлось, конечно, там кое-кого из мастеров подмазать за свой счет. Но конечный результат того явно стоил. Если бы не одна беда — центр тяжести получившегося внедорожника оказался высоковат. Пусть для того же командирского автомобиля или же артиллерийского тягача это не являлось особой помехой, ставить на подобное шасси бронекорпус было слишком опасно — перевороты на склонах такой машине были гарантированы. Вот и пришлось обозвать получившееся гаражное творение прототипом, чем оно, по сути, и являлось.
— А для чего вы сняли КПП с одного из полученных полком фордовских грузовиков? — допытывался до Геркана решивший самолично посмотреть на результат первой самостоятельной работы своего ставленника Константин Брониславович. Он уже успел совершить аж часовой заезд по весенней распутице и косогором на получившемся внедорожнике и теперь пытался составить свое мнение — стоит ли оно того. Так-то автомобиль, конечно, показал заметно лучшие результаты, по сравнению с обычными легковушками. Особенно с установленными на колеса цепями. Но тут все упиралось в деньги и производственные площадки, то есть в борьбу с Высшим Советом Народного Хозяйства СССР. А это было тяжко даже для наркомвоенмора. Потому ему следовало взвесить очень многое, прежде чем идти на доклад к Ворошилову. Или же не идти, предпочтя вовсе похоронить этот проект от греха подальше.
— Увы, но у таковой от легкового автомобиля передаточные числа уж точно не предназначались для приведения в движение разом двух осей. Машине не хватало крутящего момента, и она постоянно глохла, попадая в грязь. После же установки коробки передач от грузовика, ситуация стала куда как лучше. Вон как мы смогли пролезть везде даже на обычной шоссейной резине, — по-хорошему, конечно, для полноприводного автомобиля следовало разработать КПП с нуля. Но это был как раз тот путь, против которого выступал сам Геркан. Вот и пришлось выкручиваться подобным образом.
— С цепями, — не смог не уточнить немаловажный момент Калиновский.