Развод в 45. Предатель, которого я любила

Мерзкая волна тошноты прошлась по моему телу, и я принялась раздеваться. Затем с трудом пересела на стул в душе и помылась.
Конечно, было больно. Неприятно, но я справилась. Только руки стали совсем слабыми для одного вечера, и в итоге мне пришлось накинуть на себя халат и выехать в спальню, чтобы надеть на себя пижаму уже в постели.
Вот только, когда я легла и стала крутиться из стороны в сторону, я сдалась эмоциям и расплакалась.
  
Я так устала. Господи, как же я устала.
Оставшись лежать на спине, с натянутыми как попало вещами, я уставилась в потолок и долго смотрела на него.
Иногда так хочется бросить попытки встать на ноги. Иногда, я думаю, что все это ложь. Психую и отталкиваюсь от проклятой коляски, но валюсь обратно. Это глупое поведение, я знаю. Но этот надлом, он все еще есть и не уйдет, пока я не сделаю первый шаг в свое будущее.
Муж вернулся, когда я уже пришла в себя. Взяв книгу, я прочла целую главу, когда Никита появился на пороге и подошел к постели. Положил свой телефон на тумбу и стянул поло.
– У меня сегодня болит спина, ты не мог бы лечь в гостевой комнате?
За все это время я ни разу не просила его об этом.
– У тебя болит спина? Что ты имеешь в виду? Может позвать врача или хотя бы…
– Я приняла лекарство, – перебиваю его ложное волнение. – Но я прошу тебя переночевать в другой комнате. Не хочу, чтобы ты меня случайно ударил ночью.
– Я… ни разу… – округляет глаза.
– Но ты не обнимаешь меня, чтобы не навредить, разве не так? А сегодня ты выпил.
Тишина.
– Понял. Ты права, – кивает и нерешительно двигается к шкафу, достает вещи. – Я только душ приму.
– Принимай, – отвечаю равнодушно, но слежу за каждым его шагом, пока он не исчезает за дверью.
Ложусь набок в сторону его подушки и вижу, как его телефон светится. Никита всегда убирает звук на ночь.
Я не шевелюсь.
Но неотрывно смотрю на чертов мобильный.
Я не хочу этого делать.
– Я не хочу… – шепчу в пустоту хриплым голосом и, не отрывая головы от подушки, остаюсь на том же месте.
Я не хочу смотреть. Не хочу слышать. Не хочу сейчас унижаться просьбой быть со мной честным. Не сейчас.
Я терпела несколько месяцев, перетерплю еще пару дней.
 
Глава 10
 
В ожидании.
Сегодняшний день финальный, прежде чем наступит время перемен в нашей семье. Сын завтра уедет в университет. Завтра же я поставлю точку на своем браке. Во всяком случае, я дам понять, что мы готовимся к этой точке, что я его отпускаю.
Это больно. Несмотря на причину, мне действительно ужасно жаль, что прожитые годы обернулись рваной дырой в моей груди.
Если бы прошла любовь и мы об этом поговорили, вышло бы куда приличнее. А в итоге ощущение, что я вся в грязи. Для прочих, если между нами уже не осталось места.
Оставляла ли я шанс на то, что совпадение, услышанное во время разговора матери моей ученицы и той женщины реальное, или нет?
Я бы хотела солгать и сказать «нет». Но я знала, что я хотела верить в это. И, наверное, верила. Однако я была реалисткой.
Отвлекшись от своих мыслей, складываю кофту сына и убираю в сторону.
– Мам, ну а это зачем? – Артур встает рядом и смотрит на теплые вещи.
– Как это зачем? Ты начинаешь учиться в сентябре, или думаешь, что август будет длиться весь учебный год? Знаешь, какая там погода осенью? Не заметишь, как станет холодно.
– Ты еще зимние положи, – смеется сын.
– Вот об этом я и думаю. У тебя семестр без каникул. Летать туда-сюда дорого, и не дай бог, ты решишь работать по выходным. Мы с отцом поддерживаем тебя финансово, поэтому…
– Я знаю, мам. И я не буду отвлекаться от учебы. Слишком сильно хочу стать хорошим юристом.
– Хорошо. А с зимними вещами потом решим.
– Папа, если что может привезти. Или той же доставкой отправите и все.
– Ладно. Но эти оставим, – кладу руку на стопку вещей.
– Договорились.
Пока он складывает в другую сумку всякие мелочи, Лида упаковывает чемоданы. Дочка где-то у себя смотрит телевизор, так как ей наскучили эти сборы. Муж на работе. В общем, весело.
Несколько часов спустя я прокатываюсь по комнате Артура и строго разглядываю ее.
– Мам, – он усмехается, сидя на кровати.
– Ты прости, что я так дотошна, но не хочу, чтобы ты потом волновался из-за того, что не взял что-то… важное.
– Мам, да нормально. Куплю, если что. Заработал ведь.
– Ты прав. Тогда пойдем обедать.
Хоть заселение в общежитие начинается с двадцатого августа, Артур едет раньше, чтобы повидаться с друзьями. Плюс в том же городе, но другом вузе учатся сыновья сестры Никиты, у них уже обговорены все встречи.
После обеда я провожу урок онлайн с Машей. И после окончания прошу Всеволода подключиться к разговору.
– Я договорилась о выступлении. Моя знакомая согласилась. Нужно будет вам подъехать на первую репетицию в понедельник. Это в доме искусств на Гоголя. Большое такое здание.
– Да-да, я знаю его.
– Вот, Наталья вас встретит, и там уже с ней все обсудите. Костюм и прочее будет организовано. Главное привезите нашу звездочку.
Мария начинает визжать и хлопать в ладоши.
– Спасибо вам, спасибо.
– Мы вам, правда, благодарны, Олеся.
– Это вас нужно благодарить за то, что поддерживаете своего ребенка.
– А как иначе, – мужчина обнимает дочь за плечи и целует.
– Всего доброго.
– И вам, Олеся.
Следующие два часа я занимаюсь еще с двумя учениками и только после этого еду отдыхать перед массажем.
Мне приходится рассказать о недавней боли в спине, и на эту часть приходится основная часть сегодняшней терапии.
– Олеся Ивановна, вам не стоит так долго сидеть. Конечно, это необходимо, но не переусердствуйте.
– В тот день я иначе не могла. Сын уезжает учиться, это был семейный день.
– Понимаю. Но впредь, пожалуйста, соблюдайте режим.
Ее улыбка понимающая и милая. Я вообще рада, что эта девушка – моя массажистка.
– Обещаю.
– На следующей неделе будет встреча с вашим врачом. Нужно будет решить вопрос об операции и ее детали.
– Хорошо. Спасибо.
Когда она уходит, я остаюсь лежать, и, если честно, мне впервые не хочется шевелиться.
Лида стучит и тут же входит.
– Что с тобой?
– Не знаю. Просто хочу остаться в постели, – приоткрываю глаза и вижу ее улыбку.
– Ты можешь это сделать.
– Да, наверное. Никита еще не приехал?
– Нет, а должен был?
– Он обещал Артуру, что вернется до ужина. Его сын уезжает, стоит провести побольше времени всей семьей.
– Ну, пока его нет. А ты отдохни. Я поставила мясо в духовку.
– Хорошо. Я буду готова вовремя.
Снова прикрываю глаза, но Лида не уходит.
– Что с тобой в последнее время?
– Много перемен, много чего-то, что меняет всех нас, – с трудом проговариваю эти слова.
– Одним словом, ты застряла в жизненном отрезке, когда взрослый ребенок дает понять, что у него действительно своя жизнь. С этим связана твоя хандра?
– Ты права, – выдавливаю из себя улыбку, и Лида, наконец, уходит.
Отдохнув полчаса, я переодеваюсь в красивое платье и смотрю на мобильный, на коленях. Останавливаюсь в дверях и звоню мужу.
– Алло? – голос Никиты уставший.
– Ты еще на работе?
– Да. Что-то случилось?
– У нас ужин, Никита. Завтра тебе везти Артура в…
– Проклятье. Прости. Я сейчас же соберусь и приеду. У нас аврал, и я, должно быть, засиделся. Если честно, я не смотрел на часы уже некоторое время. Не отрывал глаз от бумаг.
– Мы тебя подождем.
– Не нужно. Я быстро приеду и сразу присоединюсь к вам. Пятнадцать минут и… может, чуть больше.
  
– Просто приезжай.
Убираю телефон от уха и сбрасываю вызов.
А если бы я не позвонила?
Подавив разочарование, еду на кухню и как могу, помогаю Лиде.