Дорога на юг (СИ)

Цены в местном отеле начинались от пятисот долларов за сутки. Может в другой раз, я бы и согласился на такие траты, но пока мне это показалось чересчур расточительным. Впрочем, стоило проехать чуть дальше, и я заметил еще одно, более скромное предложение в виде трехзвездочного отеля «Таннер». Загнав автомобиль на стоянку, предложил попутчикам небольшую остановку. Сказав, что ехали мы долго, и нам надо отдохнуть, привести себя в порядок, и хорошенько перекусить.
  
— Все же делать это в благоустроенной ванне, куда приятнее, чем в закутке автофургона.
— А деньги? — чуть слышно произнесла девочка.
— Пока ты моя гостья, об этом можешь не задумываться. Да и своей работой, считай, что окупаешь мои затраты.
Всей работой Хелен, оказались пара бутербродов в обед и кофе. Но я решил пусть будет лучше так, может тогда мне удастся добраться до Нью-Йорка без лишних скандалов. Вещи были подхвачены, мы вошли в отель, где я и снял двухкомнатный номер, на сутки. После заселения, предложил Хелен, первой посетить ванную, а сам пока присел возле местного телевизора щелкая каналами и временами останавливаясь на какой-нибудь телепередаче. Вообще-то, надо бы приобрести какой-нибудь аппарат и в фургон, подумал я. Все же вечерами несколько скучновато, особенно учитывая то, что Элвис, оказался слишком музыкальным псом, и стоило только включить радиоприемник, и настроить его на какой музыкальный канал, как он тут же начинал подвывать в такт музыки. Причем судя по его виду, все это ему очень не нравилось. Телевизор, к моему удивлению он воспринимал совсем иначе, может потому, что одновременно с музыкой видел какие-то движущиеся фигуры на экране. Во всяком случае петь он при этом не собирался. Вот я и подумал, ТВ в общем-то ловит ненамного хуже, чем радио, а ехать в полном молчании, изредка переговариваясь с Ленкой, или общаясь мыслеобразами с псом, хоть и занимательно, но все же не совсем то, чего бы хотелось. И поэтому телеприемник, вполне может заменить радио в дороге.
Мы все выкупались, хорошо пообедали, а чуть позже поужинали в местном кафе, и прекрасно выспались на мягких постелях, в разных комнатах. Все лучше, чем в фургоне на одном диване. На следующее утро позавтракали в кафе, собрались и отправились дальше.
Следующие четыреста миль, мы промчались практически без остановок. Ну не считая пары коротких остановок, для дозаправки автомобиля, и когда Элвису захотелось по-маленькому. Я даже не стал останавливаться ближе к полудню для того, чтобы перекусить. Разве что попросил Ленку, сделать пару бутербродов и заварить кофе, предупредив, что хочу добраться до Ларами, где мы плотно пообедаем в каком-нибудь местном кафе. Тот случай на повороте к ручью, выбил меня из колеи, и уже не хотел, не ручьев с попытками заработка, не охоты, не рыбалки, ничего. И честно говоря начал сожалеть о том, что ввязался в эту историю, которая меня совсем не касалась. И поэтому сейчас мечтал только о том, чтобы побыстрее добраться до Нью-Йорка, сдать девчонку с рук на руки, и забыть все это как страшный сон. Тем более, что девочка практически не шла ни на какой контакт со мною, и дико ревновала меня к Элвису. Я прямо всеми фибрами своей души, чувствовал, как она наливается яростью, стоило нам с Элвисом, о чем-то «заговорить». Разумеется, она не понимала этих разговоров, и хотя я всеми силами старался дать ей понять, о чем беседую с собакой, но от этого она еще больше ревновала, замыкалась в себе, и наливалась краской.
Следующие полторы тысячи миль, я проделал в том же самом темпе. Выезжая ранним утром, и останавливаясь уже после полудня на отдых и ночлег. Линкольн, Чикаго, Кливленд, промелькнули перед моими глазами, не оставив за собой никаких не впечатлений, ни памяти, ничего. Въехав в Нью-Йорк, я остановился у ближайшего телефона автомата, и предложил девочке позвонить в Голденгейт, чтобы сообщить о том, что мы благополучно добрались до города, и буквально через полчаса она окажется в объятиях любимой тетушки. Хелен, вначале отнекивалась, но я настоял на своем, сказав, что в какой-то степени ответственен за нее, поэтому хочу, чтобы те люди, у которых она недавно жила, были спокойны и за нее, и уверены в том, что я выполнил все свои обязательства, перед богом и людьми. А еще мне нужны были показания хотя бы пары свидетелей, что поездка прошла нормально. Поэтому я и постарался организовать этот звонок, чтобы после девочка не смогла утверждать, что все было иначе.
Здесь в США с подобными звонками обстоит все гораздо проще, чем, например, в СССР. С любого городского телефона, стоящего на любой улице, можно позвонить в любую точку Америки, только успевай опускать четвертаки в приемное окошко. Как, впрочем, и принять звонок от любого абонента. Номер телефона записан на аппарате, и я не однажды замечал, сидящего у такого автомата человека, ожидающего телефонного звонка.
Созвонившись с Голденгейтом, девочка сказала несколько слов, подтвердив, что доехали хорошо и быстро, и передала трубку мне. Я сказал, что довез Хелен и Элвиса в целости и сохранности, и сейчас сдам ее с рук на руки тетушке, неподалеку от дома которой мы находимся. Тетушка, как оказалась живет на Джон-стрит, практически под самым Байонским мостом, соединяющим Статен-Айленд с городом Нью-Джерси. Тут же рядом с домом обнаружилась и овощная лавка, принадлежавшая ей. Передав Хелен из рук в руки, на вопрос кто я такой, ответил, что просто проезжал мимо и решил помочь девочке добраться до любящей родственницы. Судя по тому, как поморщилась «любящая тетушка», Ленке здесь будет весело. Еще большей радостью для нее оказалось восклицание тетушки, касающееся Элвиса.
— А, это еще что такое? Вы что собираетесь оставлять это чудовище здесь?
— Это собака Хелен, — ответил я. — и попрощавшись с Элвисом, шепнул ему на прощание, чтобы он нашел меня, если будет трудно. Чувствуя, что скорее всего так и будет, особенно учитывая то, что на подоконнике дома, лежало как минимум четыре кошки. После чего сел за руль и поехал по своим делам. В очередной раз пообещав себе более не связываться с истеричными особами.
Статен-Айленд, не произвел на меня большого впечатления.На севере, и востоке острова еще было как-то более или меняя комфортно, но практически весь юго-запад, занимала огромная свалка, куда свозили весь мусор, не только из Нью-Йорка, но и не брезговали принимать отходы и с соседнего штата, из Нью-Джерси. Четыре мусоросжигательных завода расположенных вдоль нее, день и ночь отравляли своими миазмами всю округу, хорошо хоть в большинстве случаев ветер уносил все это в сторону залива Рэритэн, и дальше в море.
На южной стороне острова до сих пор размещались несколько фермерских хозяйств, поставляющих свою продукцию в рестораны Нью-Йорка, и соседнего Нью-Джерси, На восточной части, имелось парочка небольших производств по ремонту автомобилей, и один Джанк-ярд, или попросту автомобильная свалка. Тут же было расположено несколько школ и колледж. В какой-то момент, я вдруг подумал о том, что собираюсь отправиться в Латинскую Америку, при этом, совершенно не зная Испанского языка. А ведь там, за исключением Бразилии и Гайяны говорят именно по-испански. Английский местами конечно тоже в ходу, но вряд ли его знают все поголовно, поэтому прежде чем туда отправляться стоило бы получить хоть какие-то основы, а лучше научиться хотя бы минимальному общению. Впрочем, насколько я знал, выучив один язык, не так уж и сложно добавить к нему и другой. Может это и не так, но учить Испанский язык все равно придется. Почему-бы не сейчас. Тем более, что после недавней поездки я нахожусь в некотором раздрае. Вот и будет время успокоиться и прийти в себя.
Пристанище я нашел в трейлер-парке, неподалеку от Сидар-гроу-бич, правда хоть пляж и говорил о какой-то пресловутой кедровой роще, к которой он, якобы имел отношение, ни единого кедра в округе, мне так и не попалось. Пару дубов неподалеку видел, множество мелких кустарников тоже, а вот с кедрами был полный облом. А ведь я так рассчитывал на свежий воздух, приправленный хвойными ароматами. Увы, если, что-то и залетало сюда, то скорее ароматы со свалки расположенной в десятке километрах на северо-запад. С другой стороны, благодаря близости моря, это был, залив Лоуэр, воздух оставался достаточно свеж. Во всяком случае, гораздо лучшим, нежели в Нью-Йорке или Бруклине.