Ганфайтер (СИ)

— Яблоко хоть оставьте! Жрать хочу, кишки сводит!
— Оставь ему яблоко, — решил я, — и дай половину колбасы, да кусок хлеба. Не хватало еще, чтобы он тут у нас подох.
— Мы же не богадельня какая! — возмутился Мур. — Кормить тут еще всяких…
Как и всякий рыжий, Бэнкси был скрягой, но все же с ворчанием притащил немного еды в камеру и даже от щедрот плеснул пару глотков «Колотушки» в кружку.
  
Воришка набросился на еду, как кот на сметану, с утробным урчанием и алчным блеском в глазах.
— Смотри, не подавись, — Мур сменил гнев на милость, и теперь с улыбкой наблюдал за процессом поглощения пищи.
Сожрав все в мгновение ока, вор запил еду «Колотушкой» и глаза его в буквальном смысле полезли на лоб, а лицо сравнялось цветом со зрелой свеклой.
Бэнкси заржал, наслаждаясь ожидаемым, но от того не менее приятным эффектом.
— Хуже гадости я на своем веку и не припомню, — отдышавшись, сообщил вор, — каждый раз пью ее, как в первый!
Мур сел за стол, взял лист бумаги и перо, и начал заполнять формуляр. Дело было, конечно, плевое, но порядок есть порядок. Он чуть повернулся к задержанному и спросил:
— Звать тебя как?
— Не помню, — пожал тот плечами. — Память отшибло напрочь.
— Не хочешь, значит, отвечать? — нахмурился Бэнкси. — А я тебя тут кормил…
— Честное слово, не помню я! — неудачливый воришка вскочил на ноги и подошел к решетке вплотную. — Упал, очнулся…
— Гипс? — отчего-то уточнил я.
— Амнезия. Полная. Говорить могу, читать могу, но о себе ничего не помню.
Что-то это мне напоминало, поэтому я не стал сразу обвинять его в обмане, а решил послушать, что он еще расскажет.
А вот Бэнкси в эту историю не верил.
— Амнезия, говоришь… у меня есть плетка-семихвостка, я ей бревна колоть могу… что если мы тебя сейчас выведем во двор, привяжем к столбу, потом я расчехлю свою плетку, да пройдусь слегка по твоей спине?.. Как думаешь, быстро ты излечишься от своей амнезии?..
Воришка видел, что мой заместитель нисколько не шутит.
— Клянусь вам, чем хотите клянусь! Не помню я ни черта!
«Внимание! Официальное сообщение! Квадрат номер двенадцать перешел в „серый“ статус! Будьте осторожны! Слабые долго не живут».
Я замер на месте, вчитываясь в строки, высветившиеся перед глазами. Мой Помощник начал предупреждать о глобальных событиях? Отлично! Такая информация точно не будет лишней.
Мистер Дикси говорил, что Серые территории придут лишь через неделю-две. Вышло раньше. Хорошо это или плохо? Скорее, плохо. Мы еще не успели толком подготовиться.
По привычке моргнув два раза правым глазом, я закрыл информационное поле.
Воришка, до этого замерший на месте, внезапно впился в меня взглядом. На злобного Бэнкси он не обращал более ни малейшего внимания.
— Шериф, сэр, вы… — его голос прервался от волнения, — тоже видите ее? Она говорит с вами?
— Кого ее? — не понял я. — Кто говорит?
— Система!..
  
Глава 14
 
Моя радость оказалась преждевременной. Воришка, которого я тут же вытащил из клетки и увел наверх для долгого разговора по душам, оказался совершенно бесполезен. Он на самом деле не помнил ни своего имени, ни обстоятельств, волею которых он оказался в пригороде Караджа.
Очнувшись, в отличие от меня, не в пещере в скале, а в излучине реки в небольшом гроте на каменном ложе, он выбрался наружу, и стены грота тут же сомкнулись за его спиной. Повезло ему лишь в том, что выбравшись из леса в западной его части, голодный и едва живой, он тут же оказался в преддверии города.
Помощник, которого он называл Системой, давал ему легкие задания, но чувство голода превысило возможные риски, и первым делом, толком не разобравшись что к чему, он совершил те незначительные злодеяния, после которых и попал мне в руки.
— То, что ты зовешь Системой, — задумчиво спросил я, выслушав эту историю до конца, — присвоила тебе какой-то класс?
— Класс «вор», — нехотя сообщил он.
Хм, любопытно. Получается, классы давались исходя из первых осознанных действий субъекта. Я убил птицу и стал стрелком, а он украл курицу и превратился в вора.
— А что с показателями? Были изменения?
— Удача понижена. Ловкость понижена. Репутация тоже.
— Понятно, значит ты теперь вор-неудачник. Не завидую…
— Думаете, это на что-то влияет? — испугался бедолага. Теперь, когда он был относительно сыт, то задумался о своем ближайшем будущем, и оно выглядело не слишком светлым.
— Тут все на что-то влияет, каждое действие, каждый шаг… и я уверен, собственными достижениями можно как-то пользоваться, только нужно разобраться, как именно…
Я вспомнил, как у меня активизировалось особое зрение во время перестрелки в салуне. Это был весомый бонус, который позволил мне остаться живым и невредимым. Плюс — мое умение быстро выхватывать револьвер, но это природное, Система тут не причем. Чуть поразмыслив, я решил не рассказывать об этом своему коллеге по несчастью. Я не считал, что нам нужно держаться вместе, и что я должен делиться всем, что узнал. У каждого свой путь, и до некоторых вещей нужно дойти собственным умом. Если бы мог случиться равноценный обмен информацией, еще ладно… тут же я видел, что взамен не получу ничего, да и мои откровения не дадут ему преимущества, разве что чувство зависти.
— Вы отпустите меня, шериф?
— Отпущу, ты мне тут не нужен. Но мой совет — исчезни из этого города, иначе в следующий раз я не успею прийти к тебе на выручку.
Воришка погрустнел.
— А куда мне деваться? Денег у меня нет, эти земли я не знаю. Я не дойду до других поселений. Может быть, у вас найдется для меня работенка, шериф?
Я задумался. С одной стороны даже полезно держать его под рукой, вдруг он сумеет выяснить что-то про Систему… и это окажется полезным мне. С другой — видно, что тип этот совершенно никчемный, пропащий, и ничего хорошего от него ждать не стоит. И все же, как ни крути, собрат по беде…
— Я буду звать тебя Джон Доу, — со вздохом сообщил я. — Имя не лучше и не хуже прочих, а как-то прозываться ты должен.
— Да хоть макакой называйте, главное не гоните.
— Значит так, Джон… — я вытащил из кармана те самые две монеты, которые нашел в пустыне. — Расплатишься этим с должниками и возвращайся обратно, переночуешь в управлении. Будешь должен. Чтобы тебя не подвесили ненароком вниз головой, отправлю с тобой одного из парней. А потом решим, что делать дальше.
— Все исполню, шериф, даже не сомневайтесь, — воришка повеселел, поняв, что его не выгонят прочь. — Расплачусь с вами сторицей!
— Мистер Мур, — крикнул я, и когда рыжий подошел, попросил: — Сходите с этим… хм… мистером Доу к людям, пусть расплатится. Проследите, чтобы он остался жив. Этот человек мне еще нужен.
Бэнкси пожал плечами и проверил револьвер.
Едва они вышли из дома, как с верхнего этажа спустился Сэм с последним из дельцов. Вид оба имели крайне недовольный, и демонстративно не смотрели друг на друга.
— Все в порядке, джентльмены? — спросил я.
— Лучше некуда, шериф, — Сэм повернулся чуть боком и подмигнул мне, показывая, что торги прошли хорошо.
— А у вас мистер…?
— Пшехонски — моя фамилия, — склонил голову предприниматель, — шкуры и меха.
Поляк, что ли? Не люблю я поляков, а отчего — и не припомню. Впрочем, в этом мире нет разделения на нации, тем более любопытно, откуда взялись редкие имена и фамилии.
— Рад знакомству!
— Взаимно, шериф Эрп. Скажу я вам, ваш человек умеет торговаться… мне бы пару таких помощников, глядишь, дела пошли бы куда лучше…
  
— Если Сэм решит бросить службу, он будет знать, куда податься…
Предприниматель намек понял, коротко кивнул и вышел.
Дряхлый Сэм вздохнул и плеснул в два стакана «Колотушки».
— Тяжелый день? — сочувственно посмотрел на него я.
— Эти люди… они невыносимы. Честное слово, лучше бы я весь день охотился за скальпами в Серых территориях, чем торговался с ними. Семь потов сошло, пока суть да дело…