Подкати ко мне нежно

 
Карли Робин
 
Подкати ко мне нежно
 
Моей маме.
 
Благодаря тебе я так люблю истории.
 
И благодаря тебе поверила в себя настолько, чтобы написать эту
 
Подкати ко мне.
Иллюстрация на обложке: Арусяк Пивазян
Перевод с английского Алексея Ионова
  
Copyright © 2024 by Carly Robyn
© ООО «РОСМЭН», 2024
 
Предисловие Автора
 
Эта книга написана в легком, юмористическом стиле, однако затрагивает темы, которые могут подойти не всем. Такие как: тревожность, панические атаки (пусть она и одна), грубая лексика, упоминание о сексуальном насилии (в прошлом, за пределами описываемых в романе событий), самолечение алкоголем и наркотиками, а также упоминания об отсутствующих родителях и смерти одного из родителей (в прошлом, за пределами описываемых в романе событий). Это весьма откровенная книга, в которой отношения развиваются медленно и присутствует описание секса, так что она предназначена для читателей старше 18 лет. Пожалуйста, обратите внимание!
Основное внимание уделяется вымышленным персонажам и событиям в мире гонок «Формулы-1», а отклонения от расписания Гран-при и трасс введены намеренно в целях повествования.
ПЛЕЙЛИСТ
Late Night Talking | Harry Styles
Take a Chance on Me | ABBA
Kiss Me More | Doja Cat ft. SZA
Foreign Land | Emily James
Swim | Chase Atlantic
Feel Again | OneRepublic
I Don’t Care | Ed Sheeran & Justin Bieber
King of My Heart | Taylor Swift
We Are the Champions | Queen
No Control | One Direction
I Like Me Better | Lauv
Thinkin Bout You | Frank Ocean
Burnin’ Up | Jonas Brothers
Lasting Lover | Sigala, James Arthur
Stronger (What Doesn’t Kill You) | Kelly Clarkson
 
Глава 1: Элла
 
Стоял такой дубак, что мои соски можно было регистрировать как оружие массового поражения. Я неслась по тротуару, дрожа от пронизывающего холода, и легкая снежная взвесь оседала мне на плечи. Зимняя куртка плохо справлялась с защитой от мороза, зато в ней я была похожа на зефирку.
Здания тянулись к ночному небу и отбрасывали зловещие тени на машины, несущиеся по дороге с головокружительной скоростью.
Когда я только переехала в Нью-Йорк – да что там, даже пару месяцев назад, – вид небоскребов и классических желтых такси вызывал у меня улыбку. Сейчас они лишь служили насмешливым напоминанием о том, как основательно бетонные джунгли надрали мне задницу. И не в извращенном смысле. А в том смысле, что «больно так, что я больше никогда в жизни сидеть не смогу».
Я бы с радостью обрубила контакты со всем населением Манхэттена, но Поппи настояла на должных проводах. И это единственная причина, по которой я тащилась к ней домой в минусовую температуру. Добравшись же, наконец, до ее квартиры, я настолько сфокусировалась на реанимации отмороженных пальцев, что вписалась прямо в пиньяту «Хот Вилс» [1].
«Боже правый».
Поппи превратила свою квартирку в Среднем Манхэттене во влажную мечту любителя гонок. Стены покрывали знаки вроде «Внимание, вечеринка!» или «Идет гонка», а с потолка свисали клетчатые флаги. Единственным доказательством того, что я попала не на день рождения четырехлетки, служило чрезмерное количество алкоголя на кухне.
Сквозь красные, черные и белые шарики, беспорядочно плавающие в воздухе, я разглядела свою лучшую подругу. Открыла рот, но слова отказались выходить наружу. Поппи держала в руках изготовленную на заказ картонную фигуру легенды «Формулы-1» Блейка Холлиса, обнимающего какую-то женщину. Какую-то женщину, к которой прифотошопили мое лицо. «Господи, помилуй».
Блейк, как обычно, выглядел превосходно, но ничто так не портит смазливое личико, как дурной характер. Неудивительно, что его команда торопилась как можно быстрее написать и выпустить его биографию. После прошлогоднего провального сезона ему требовалось как можно больше хорошего пиара.
Я еще изучала фигуру, размышляя, как бы я выглядела, если бы родилась высокой супермоделью с сиськами, в которых больше фальши, чем в деньгах из «Монополии», а не полутораметровой крохой с совершенно заурядной маленькой грудью, когда Поппи сгребла меня в костоломные объятия.
– Элла! Что думаешь? – Отпустив меня, она закружилась на месте, воздев руки над головой. – Идеально, правда?
– И совершенно в тему, – согласилась я, растерянно оглядываясь по сторонам. Это был откровенный перебор, но ничего меньшего я и не ожидала. Поппи обладала впечатляющей способностью концентрироваться на каком-то проекте до такой степени, что это превышало самые смелые ожидания. Жутко бесило, когда этим проектом оказывались моя любовная жизнь и несложившаяся карьера, но нельзя не признать, что ее квартира выглядела отлично. Хотя я была бы не прочь превратить картонную фигуру Блейка в мишень для дротиков.
С дивана поднялся Джек. Вечная ухмылка делала его похожим на миллиардера с обложки любовного романа. Он обнял меня одной рукой и повернулся к Поппи:
– За сегодняшний день я надул больше шаров, чем за всю предыдущую жизнь.
– Зато так мило молчал. – Поппи невинно захлопала ресницами и наградила его одобряющим взглядом голубых глаз. – Ни одного ехидного комментария насчет украшения моей квартиры.
– Ха. – Джек закатил глаза, но уголки рта дрогнули в улыбке. – Ну да. И все же я предпочел бы непринужденную дружескую болтовню.
Разговор быстро перетек в обсуждение провального свидания Джека – далеко не первого в длинном списке. Скорее всего, после моего отъезда именно он станет новым проектом Поппи. Я проглотила комок в горле, стараясь не думать о том, как сильно мне будет их не хватать.
Словно почувствовав брешь в моей обороне, Поппи драматично вздохнула и произнесла:
– Еще не поздно дать задний ход и поискать новую работу в Нью-Йорке.
Я не была уверена, сколько еще подобных разговоров готова выдержать, прежде чем моя голова взорвется. Максимум два. Возможно. Я взяла ее за плечи и легонько встряхнула.
– Для этого уже слишком поздно. Я еду, – подтвердила я. По моей спине пробежал холодок. – И это потрясающая возможность.
Когда после ухода из «ПлейМедиа» я обратилась к своему наставнику, Джорджу Филлипсу, я ожидала какого-то совета касательно дальнейшего направления развития моей карьеры. Вместо этого он предложил мне стать его соавтором биографии Блейка. Я мало что писала с тех пор, как накрылся мой подкаст «Кофе с чемпионами», и была рада вернуться к истокам. После случившегося от одной только мысли о подкастах или даже о присутствии в звукозаписывающей студии меня накрывала паника. Последнее, что мне требовалось – это постоянное напоминание об этом. Но писать? Это безопасно. Не повредит и то, что я окажусь на противоположном конце земного шара.
– Ну хорошо, – фыркнула Поппи, скрестив руки на груди. – Но тогда ты должна пообещать мне выяснить, скольких моделей из «Спортс Иллюстрейтед» [2] трахнул Блейк.
Я толкнула в нее пролетавший мимо воздушный шар, но Поппи ловко отбила его подальше от своих угольно-черных волос, чтобы избежать статического электричества. Поппи не особо шарила в спорте, зато обожала сплетни о знаменитостях, а Блейк – один из тех спортсменов, чье мастерство принесло ему международную славу и авторитет.
  
– Это не те вопросы, на которые он захочет давать ответ, Поп, – предупредила я. Блейк чрезвычайно скрытен. Существовала вероятность того, что я уже попала в черный список гонщика «МакАлистера» после того, как сравнила его прошедший в вечеринках прошлый год с поведением Пэрис Хилтон года так две тысячи шестого. Не думаю, что вопросы о количестве половых партнерш добавят мне бонусных очков в его глазах.