Вилы надежды (СИ)

То, что я оказался в тюремной камере, сомнений не вызвало. Вот только где эта камера находится? Куда меня отволокли люди кваллена и куда дели моих товарищей по несчастью?
Я сел на пол, прокашлялся и крикнул во все горло:
— Микаль! Дед! Отзовись!
Потом прислушался. Из окна доносились звуки какой-то суеты. Но ответа на мой призыв так и не последовало.
— Дед! — крикнул я еще раз.
  
На этот раз реакция была. Я услышал удар по двери камеры. Затем она отворилась и на пороге появилась пара солдат кваллена.
— Чего орешь, гнида⁈ — поинтересовался один из них.
— Холодно, — в камере на самом деле было сыро и прохладно, — согреться пытаюсь.
— Хорошее дело, нужное, — второй стражник подошел и рывком поставил меня на ноги, — вставай! Пойдем!
— Куда? — у меня был ответ на этот вопрос. Очень неприятный ответ. Вешать меня сейчас будут. На потеху солдатни.
— Туда, где потеплее, — усмехнулся первый и заехал мне кулаком в живот.
Я сложился пополам. Боль скрутила мои внутренности.
— За что? — я едва мог говорить.
— За наших ребят в Налыме, — ответил стражник и врезал мне по шее.
Они заломили мне руки и потащили в коридор. Значит они уже знают, что мы наведались в Налым и уничтожили этот гадюшник. Плохо. Ладно, со мной уже все кончено. Сил, чтобы меня освободить у Астрис нет. Договориться с упырем-квалленом тоже не получится. Но и Элестия не сможет сопротивляться вторжению. Партизанить с наличествующими силами Астрис еще могла, но сражаться лоб в лоб с гвардией кваллена — нет. За Элестией падет и Ратбат, стены замка ему выстоять перед превосходящим противников не помогут. По крайней мере долгой осады он точно не выдержит.
Мои ожидания не оправдались. Меня тащили не в двор, а на верхние этажи по лестнице. Вряд ли казни совершались внутри этой крепости. В том, что это именно крепость я не сомневался. Об этом говорила толщина стен. Да и окна в переходах были такими, что из них было удобно из лука стрелять, а не видами любоваться. Уж слишком они были узкими.
Стража затащила меня на третий этаж и провела меня по коридору до больших дверей, возле которых дежурило сразу четыре солдата. Они отворили двери перед нашей процессией.
Я-то думал, что меня ведут на эшафот, а оказался вдруг на пиру. Самом настоящем! Большую часть зала занимал стол, на котором были расставлены огромные блюда. Да не пустые, они парили-дымили и создавали в зале невыносимый головокружительный аромат. Я невольно задумался о том, когда я ел в последний раз. Выходило, что давно. Ко всем прелестям моего положения прибавилась еще и судорога, сведшая мой желудок.
За столом в основном собрались офицеры в черных с серебром мундирах, на которых частыми рядами висели золотистые украшения в виде наград. Во главе стола сидел персонаж, с которым я познакомился на причале в Отверне. Калон Монфор, кваллен острова Боргос, собственной персоной. Он разглядывал кусочек какого-то желе на маленькой двузубой вилке. И лишь потом только соизволил перевести взгляд на меня.
— Уважаемые дамы и господа! — к дамам кваллен обращался не просто так. По правую руку от него сидели три барышни. Одна дородная матрона и две худущих высоких девки. Скорее всего, на обеде присутствовала дочери Калона и их компаньонка или гувернантка, — позвольте вам представить сегодняшнюю нашу добычу…
Кваллен на секунду замялся.
— Тебя как звать вообще?
— Георгий Архипович Климов, — несмотря на то, что стражники продолжили мне закручивать руки, заставляя меня стоять согнувшись, я постарался выпрямиться, пусть и ценой захрустевших суставов, — комиссар Чрезвычайной Комиссии…
— Шут? Это наш новый шут? — перебила меня одна из девиц, — папенька, он забавный, но кажется, что ненормальный. Назвать себя Георгом это чересчур. Давайте его лучше повесим?
— Этот ненормальный, душенька моя, убил одного доллена, — не торопился с моей казнью Калон.
— Убил⁈ Он убил гриммара⁈ — зашептались-засуетились барышни.
— И это только один доказанный случай. Хотя я думал, что на его руках кровь как минимум троих гриммаров.
— Надо вешать, — мрачно заключила матрона.
— Только сперва сдерем с него шкуру! — потребовала девица, которая была старше.
— Надо, — согласился кваллен, — он бы уже давным-давно болтался на виселице. Но меня интересует одна деталь.
Калон сделал жест, два стражника поднесли к столу футляр и открыли его. Я уже знал, что там увижу. На черной подкладке лежали вилы.
— И так вопрос — где ты это взял?
Мне вообще не хотелось общаться ни с квалленом, ни с его садисткой семейкой. Но меня поторопили с ответом. Охранник врезал мне по затылку.
— В реке нашел, — я не стал скрывать правду.
Кваллен секунду просидел с задумчивым видом. А потом расхохотался. За ним рассмеялись и другие.
— Я так и знал, что без пыток не обойдется.
— Вы меня на куски будете резать прямо за обеденным столом? Дамы, вас не пугает вид крови? — я лихорадочно размышлял над тем, что мне скормить кваллену. Поэтому нес всякую чушь, лишь бы потянуть время.
— Если надо, я и кишки тебе собственноручно выпущу, — гувернантка оказалась той еще милашкой.
— А я ногти вырву! — и воспитанницы у нее были подстать.
— Но мы не будем заниматься этими малоприятными делами. У меня есть вариант получше и побыстрее, — кваллен хлопнул в ладоши.
Дверь позади меня открылась, и я обернулся, стараясь увидеть, кто в нее зайдет.
В зал завели деда Микаля. Охранник пнул деда под колено, заставив опуститься на пол.
— Вот как мы поступим, — сказал Калон, вставая из-за стола, — сейчас к нам будут приводить твоих людей. Одного за другим.
Кваллен подошел к нам и вытащил из ножен длинный тонкий кинжал. Он поднес острие кинжала к глазу Микаля.
— Я буду задавать вопросы. Ты отвечать. Если мне покажется, что ты врешь, этот старик лишится последнего глаза. Тебе все ясно?
— Обещаю отвечать предельно честно, — пообещал я.
— Дааа? И почему же?
— Этот старик дед моей невесты. Она расстроится, если ее родственник вдруг окончательно лишится зрения.
Дед Микаль от удивления выпучил свой единственный глаз.
— Как невесты⁈
— Позже, — кваллен нервно двинул кистью. Клинок коснулся века Микаля, — сначала будьте добры ответить на мой вопрос. Где ты это взял?
Он указал кинжалом на футляр с вилами. Я бы мог повторить, что нашел «орудие крестьянства» в реке. Нашел совершенно случайно, буквально рукой нащупал среди ила и грязи. Но скажи я такое и Микаль мигом без глаза останется. Может кваллен моему рассказу и поверит, но тогда мы ему будем абсолютно неинтересны. Нашел и нашел, повесят и забыли, как звали.
— Мне виллы вручили.
— Кто? — Калон Монфор пытался совладать с собственными чувствами, но я видел, как щека у него задергалась.
— Я уже говорил, к какому ордену я принадлежу? — ну фантазия родная, спасай-выручай. Мне сейчас все байки, которые я в окопах слышал, очень пригодятся. В особенности та, которую Черноус травил про орден средневековых рыцарей. Они что-то там с королем не поделили. Король их на кострах пожог. Но не всех, оставшиеся рыцари создали тайный орден и устраивали королевской династии всякие пакости. А потом так вообще тайно управляли всем миром. Я в эту историю не сильно верил, но сейчас она пришлась как нельзя кстати.
— К ордену? К какому ордену⁈
— К тайному, — я понял, что попал в точку. Что земные, что местные аристократы помешаны на всякого рода древних тайнах и заговорах.
— Не заставлять тянуть из тебя слова силком. Говори и не останавливайся, — кваллен вытянул свободный стул из-за стола и уселся на него.
  
— Можно и мне… — попросил я.
— Что?
— Присесть? Нет, не дерзости ради — ноги еле держат. Мне Божан два раза в лоб дубиной заехал, плывет все, боюсь сознание потерять. И не дорассказать вам самую увлекательную часть истории…
— Хам, — потряс головой Калон, — наглец и хам. Дайте ему стул!