"Фантастика 2025 -72". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

— Извините, — раздался тут же женский голос.
На хорошенькую блондинку посмотрели все, находящиеся в зале люди, даже Давид, вышедший из кухни, чтобы послушать стариков. Она нервно улыбнулась и спрятала руки под стол. Тогда все головы снова повернулись к аксакалу, и он продолжил.
— Когда-то давно, было принято дарить правителям этой благословенной земли лошадей. Самых лучших скакунов, достойных нести на своей спине сыновей Орла. — Старик на мгновение задумался. — Сейчас другие времена. Но мы стараемся соблюдать традиции и преподносим вам, Андрей Константинович, прекрасного железного коня. Машина-зверь рвёт из-под себя. А ваша женщина так вцепится в вас, что её никто не сможет оторвать. — И он протянул мне ключи от мотоцикла.
  
— Благодарю вас, это честь для меня, — я вышел и принял подарок. — Каждый раз, садясь на него, я буду вас вспоминать.
— Это мы вас благодарим, Андрей Константинович. — И они все вместе повернулись к выходу в высоко поднятыми головами.
— Андрюха — это признание, — ко мне подошёл Вовка и похлопал по плечу. — Вот до марины на этом подаренном коне и доедешь, чтобы все видели, что ты оценил подарок. Если это тот самый мотоцикл, который проверяла охрана, то я тебе, если честно, завидую.
— Это всё хорошо, но зачем мне ехать до марины? — я рассматривал ключи, пытаясь осознать, что произошло.
— Чтобы на яхту загрузиться, для чего же ещё? — Вовка закатил глаза. — Ты что, думаешь, мы сюда приехали, чтобы на Машку с Костей полюбоваться? Сейчас вы шорты купальные возьмёте и поедем кататься. Заберём остальных и выйдем в море. Заодно в себя окончательно придёте.
  
Глава 20
 
На солнце меня разморило, и буквально растёкся по шезлонгу.
— Смотри, обгоришь, — Ольга села на соседний шезлонг, и я скосил на неё глаза.
— А разве ты не будешь смазывать мои солнечные ожоги какой-нибудь вонючей мазью? — повернувшись набок, я теперь рассматривал её, не рискуя заработать косоглазие. Она вздохнула и набросила на плечи полупрозрачную тряпку. Кажется, эта штука называется парео. — Так как, будешь меня лечить?
— Андрей, ты меня сейчас на что-то провоцируешь? — спросила Ольга, оглядывая моё тело.
— Я бы с удовольствием тебя спровоцировал на всё что угодно, но это будет плохая идея. — Положив голову на согнутую руку, прикрыл глаза. — Я не обгораю на солнце. Загар сразу схватывается и всегда очень ровный.
— Но ты же блондин, — в голосе Ольги послышалось возмущение.
— Удивительно, правда?
— Это несправедливо, — буркнула Ольга и встала. Я это понял, потому что почувствовал, как на меня упала тень.
— Несправедливо, — я улыбнулся, не открывая глаз. Было лениво даже просто шевелиться. — Как так получилось, что ты плавать не умеешь? — спросил я её.
— Ну вот так получилось, — ответила Ольга неопределённо.
— Хочешь, я тебя научу?
— Прямо сейчас? — в голосе послышалась улыбка.
— Почему бы и нет. Иначе я отрублюсь. — Пробормотал я, чувствуя, что проваливаюсь в дремоту. — Самый лучший способ научить кого-то плавать — это закинуть человека в море.
— Чтобы потом доблестно спасать? — она тихонько рассмеялась.
— Конечно. Всегда приятно спасать привлекательную девушку. Можно воспользоваться шансом и как следует полапать её. А потом дыхание рот в рот, — подумав пару секунд, добавил. — Дыхание можно даже не потом, а в процессе спасения.
— Хм, — она действительно задумалась, а я ждал, на что же Ольга решится. Наконец, она, вздохнув, ответила. — Думаю, это будет плохая идея. И это вдвойне несправедливо, — пожаловалась она в пустоту. — Ещё более несправедливо, чем отлично загорающий блондин.
— Ты о чём, радость моя? — спросил я сонно.
— О том, что я, может быть, хочу, чтобы меня начинал спасать сын клана. Я для этого сама бы прыгнула за борт, меня не надо было бы выкидывать. Вот только в этом случае, в роли спасателя, скорее всего, будет выступать совсем другой сын клана, и это угнетает. Так что мы подождём, когда с тебя снимут эту дурацкую блокировку, и тогда поэкспериментируем. — Она отошла в сторону и уже не загораживала мне солнце. Я же невольно задумался. То, что Ольга хочет, чтобы её «спасал» именно я, внушало осторожный оптимизм на нормальное развитие отношений.
Мы находились в море уже часа три. Зайдя в бухту, где стоял пляжный дом Вольфов, приняли на борт яхты остальных, после чего яхта вышла в открытое море. Уже все накупались и разбрелись кто куда. Ромка, по-моему, ушёл спать в каюту. А может быть, и нет, я почти всё время проводил на палубе и не видел, что делает брат.
— Что там за острова? — спросила Ольга, и я открыл глаза, а потом и вовсе поднялся, чтобы посмотреть, что же она там увидела.
— Пошли на нос, отсюда плохо видно, — предложил я. Она не ответила, а пошла в указанном направлении.
Я не удержался, и, встав у неё за спиной, обнял и притянул к себе.
— Вон видишь, там же острова? — спросила она, откидывая голову мне на плечо.
— Похоже, — я обернулся и заорал. — Федь, там архипелаг?
— Да, там есть довольно живописные острова. Мы как раз к ним идём, там пара бухт есть удобных, можно будет погулять, — ответил Фёдор из рубки.
— А вон там что за точки? Другие яхты? — Ольга приложила руку ко лбу.
— Где? — я проследил за её взглядом. Действительно, две точки почти на горизонте, быстро движущиеся в нашем направлении. — Что-то они мне не нравятся. Прут прямо на нас. Федь, это что там такое? — и я указал рукой направление.
— Хер их знает, — голос Вольфа прозвучал неразборчиво. — Ты можешь определить? — спросил он у капитана, который и вёл яхту.
— На катера похоже. Такие у военных вроде бы, — ответил капитан. — Странно, откуда они здесь? Вроде бы учений никаких не было объявлено.
— Ну, это мы сейчас узнаем, — я отпустил Ольгу и повернулся, ища взглядом Стёпку.
Ушаков лежал на шезлонге, закрыв лицо шляпой. Юльки рядом не было, наверное, ушла за напитками.
— Стёп, твой отец никаких учений флотских не планировал? — спросил я.
— Что? — он убрал шляпу и, посмотрев на меня, зевнул. — В середине лета? Нет, конечно. А ты почему спрашиваешь?
Он нахмурился, а потом бросил шляпу на соседний шезлонг и поднялся.
— Да, какие-то катера подозрительные неподалёку катаются. — Я снова повернулся к Ольге. Точки приблизились настолько, что стало заметно: это были именно катера.
— Какие катера? — Степан быстро забрался в рубку к Вольфу и капитану. — Так, мне это не нравится, — пробормотал он, беря бинокль и поднося его к глазам.
— Тебе ничего не нравится. — Ответил ему Вовка, вылезая на палубу. Он был заспанный и выглядел с помятой рожей почти так же, как мы с Ромкой этим утром. — Что-то меня разморило, — ответил он на мой невысказанный вопрос. — Так что там опять не нравится Ушакову?
— Мне не нравятся вон те катера военного образца класса «Тритон», — хмуро сообщил ему Стёпка. — Они целенаправленно прут в нашу сторону, и меня это нервирует.
— Стёпа, ответить мне только на один вопрос: у вас в клане есть хоть один человек, не помешанный на оружии и на всём, что может сделать человеку мучительно больно? — спросил у него Федя, поднося к глазам бинокль.
— Есть, тётя Наташа, — ответил ему Ушаков, выбегая из рубки и вытаскивая из специального люка свою сумку. Подумав, он достал сумку Устинова и поставил рядом со своей. Так, на всякий случай, убрать никогда не поздно и совсем нетрудно. — Она любит розы, своего Рыжова и Мишку. Всех нас чуть меньше. И совсем не любит оружие.
— Наташа — Рыжова. Она уже не Ушакова, поэтому не считается. — Вовка спустился вместе с ним на палубу. — Вот зачем ты с собой половину отцовского арсенала притащил? — Спросил он, разглядывая Степана, который в этот момент расстегнул сумку и принялся внимательно изучать её содержимое.
  
— Чтобы быть уверенным в завтрашнем дне, — пробормотал Ушаков. — И вообще, что ты привязался? Тебе мешают эти сумки?