"Фантастика 2025 -72". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

— Мне другое непонятно, — ответила Ольга, останавливаясь возле двери в ванную, — вряд ли Устинов с Машей Вольф смогли похвастаться большими успехами на постельном поприще, чем мы с тобой. Тогда почему Вовка так вопит?
— Вопрос очень правильный, — ответил я с философским видом, падая обратно на подушку и закрывая глаза. — Кстати, чья это комната?
— Моя, — ответила Ольга, скрывшись за дверью.
  
— Охренеть, — я протёр лицо руками. — И как нас с Костиком занесло к девчонкам, у них же номера на третьем этаже.
Номера нам подготовили заранее. Три королевских люкса — все, какие были в «Зимней розе», и наш семейный, ничем от королевского люкса не отличающийся. Так что у каждого была своя комната. Две из которых сегодня ночью пустовали.
— Костя, от тебя я такого точно не ожидал, — раздался голос Федьки. — Ты даже ни разу не говорил, что тебе Машка нравится.
— Хватит уже орать, — в хриплом голосе, прервавшем Вольфа, я узнал голос брата. Три комнаты сегодня пустовали. Так, стоп. А он где ночевал? Или они втроём на одной койке…
Я подорвался с кровати и поспешил выйти из комнаты, несмотря на гул в голове. В гостиной между комнатами на диванчике сидел растрёпанный Ромка. С его плеч сползало одеяло, а сам он тёр слегка опухшую рожу. Ага, понятно, где он спал. Но почему здесь, а не в своей комнате, или в комнате Лары, что было бы хотя бы объяснимо. Стёпка-то почти наверняка с Юлькой ночевал.
— Я бы посмотрел на тебя, как ты верещал, если бы свою младшую сестрёнку с полуголым мужиком в койке застукал, — ядовито сказал Федька, скрестив руки на груди и сверля прокурорским взглядом Ромку.
— Я могу сейчас пойти в какую-нибудь комнату, не знаю, правда, в какую, но неважно, их не так уж и много за нами закреплено, и полюбоваться на свою младшую сестрёнку в койке с мужиком. И Ушаков, скорее всего, не полуголый, а даже без трусов. — Ответил ему Ромка, массируя виски. — Хотя нет. Всё-таки, вероятно Стёпка полуголый. Да, точно. Или вообще одетый. Вряд ли он был способен на подвиги, как и все мы, к слову. Так что, не истери, ничего с Машкой не произошло. Да они даже не поняли, что спят вместе.
— Только есть один нюанс. Стёпка и Юлька помолвлены! — Процедил Фёдор.
— Я не знаю, Рома, возможно, ничего и не было. Но, что-то же их понесло в одну кровать на автопилоте, — заявил красный Вовка, врываясь в гостиную из той комнаты, где, предположительно Устинова с Машкой застукали. — Тебя же не понесло никуда, ты, вон, на диванчике спать предпочёл. А знаешь, что ещё? Раз они сюда приползли в таком виде, то, скорее всего, делали это на глазах у кучи гостей этого очень немаленького отеля! И у меня нет гарантий, что здесь парочки журналистов не оказалось. Я звоню отцу. Даже если эти двое хотели друг друга морально поддержать, а то и просто поддержать, чтобы нигде не завалиться по дороге, то это вряд ли будет кого-то волновать. За дурость надо платить!
— Вов, может, всё-таки не надо? — попробовал я вступиться за рыдающую Машку, чьи всхлипывания были здесь слышны.
— Надо, Андрей, — и он набрал номер, поставив телефон на громкую связь. — Пап, тут такое дело…
— Если ты про Машку хочешь мне сообщить, то я в курсе, — раздался голос Вольфа. — Дениса сейчас нет, но я связался с ним ещё ночью, и он дал визу на публикацию заметки о помолвке.
— А откуда ты узнал, да ещё и ночью? — спросил Вовка за нас всех. Даже Маша перестала плакать. Она стояла в дверях комнаты, а хмурый Костя придерживал её за плечи.
— Вова, их сфотографировали. — Вздохнул Вольф. — Их всех сфотографировали. Использовали какой-то новый артефакт, сделавший снимки через окно. К счастью, всё было прилично. Степан с Юлей помолвлены, Андрей с Ольгой тоже. Рома вёл себя очень корректно с четвёртой девочкой. Только Машка с Костей отличились. К счастью, Андрей заметил, что их снимают, и сразу же позвонил отцу. Орлов сумел выйти на газету и притормозить выход номера, чтобы я успел тиснуть заметку о помолвке в его «Сегодня», прямо в утренний выпуск. Туда же поместили большую статью о празднике кланов гор, и сообщили, что присягу принимал Великий князь, побывавший на празднике с невестой. И сын министра обороны, тоже с невестой. Ну и про Машку сообщили. Михалыча посреди ночи подняли, чтобы он написал статью. А снимки из того артефакта забрали. Начальник охраны сумел артефакт поймать, когда на него Андрей указал. Только вот у него есть функция мгновенной отправки изображения. Артефакт доставили телепортом, и Петров сумел прекрасные кадры вытащить. Так что сенсация у этих сволочей не удалась. Вы мало шансов им даёте вас подловить, так что, мы особо вас ругать не будем. Всё-таки этот праздник — это красиво и важно. Ну а Маша доигралась. Ничего, постараются, смогут даже полюбить друг друга, мы же с твоей и Фединой матерями смогли. — И Юрий отключился.
Тут все взгляды, как один, сошлись на мне. Даже Ольга, успевшая выйти из комнаты, и слышавшая, о чём вещает Юра.
— Что вы на меня так смотрите? — я невольно попятился. — Я ни черта не помню, — решительно пройдя до дивана, я упал рядом с братом. — Нам нужен кто-то, кто помнит всё и сможет это рассказать.
— Мне отец позвонил, — сказал, заходя в номер, Стёпка. — Вот, полюбуйтесь, — он бросил на столик газету и сел на стул, оседлав его и прислонив лоб к спинке. Юля и Лариса вошли следом, и последняя закрыла дверь.
Девчонки столпились вокруг Маши и о чём-то перешёптывались, а Вольфы схватили газету и принялись читать статью, чуть ли не выдирая её друг у друга из рук.
— Вроде бы всё пристойно, — наконец, проговорил Володя. — А почему нас на этот праздник не пригласили? — Спросил он, заметно повеселев.
— Вы сами с нами ехать сюда не захотели, поэтому не ной, — я открыл глаза. — Кто помнит, что произошло на этом чёртовом празднике?
— А ты разве сам не помнишь? — спросила Лара. — Вы же с Романом мало пили. Правда, боюсь, тот фикус, куда вы вино выливали, скорее всего, засохнет.
— Лара, у нас непереносимость спиртного, — простонал Ромка, закрывая лицо руками. — И это семейное, по мужской линии. Нам с Андреем двух глотков достаточно, чтобы улететь. Хорошо ещё ума хватило выливать излишки в фикус… Так, стоп. Ты помнишь, как мы переводили вино в удобрение, значит, и всё остальное помнишь?
— Ну, да, — она нахмурилась. — Я же не пью. А Армену Абаджановичу сказала, что моё лекарство не сочетается с алкоголем. Меня же зельями лечат, так как я магию в чистом виде отторгаю. И мне после этого сок наливали. Гранатовый. Сказали, что он как-то зелье, мигом меня на ноги поставит. Ну, я не стала им про руку говорить, по-моему, они бы уже не поняли.
Пока она говорила, я вспоминал мой короткий разговор с Устиновым.
* * *
— Костя, нас пригласили на праздник, и отказаться мы не можем, поэтому скажи прямо, что у вас с Машкой происходит? — спросил я у него, когда мы распределили комнаты.
— Не знаю, — он подошёл к окну и принялся разглядывать бассейн и отдыхающих гостей, кому лень было идти до моря. — Мы с ней последние в месте силы были. Илья убежал, попросив меня подождать и помочь Маше добраться до домика.
— А тебе самому только что вскрыли источник. — Задумчиво проговорил я, глядя на него.
— Это точно. — Костя усмехнулся. — До её домика мы дошли, меня по дороге начало накрывать. Просто капитально, до боли. Самое главное, она тоже вроде не против была.
— И что же вас остановило? — спросил я.
— Мой отец, который с её отцом вышли воздухом подышать из соседнего домика. Это как-то не вдохновляет, знаешь ли. — Устинов расхохотался и закрыл лицо руками, медленно проведя по лицу, он отвернулся от окна. — Я думал, что это просто место силы повлияло, и что всё вот-вот пройдёт, только, Андрей, почему-то не проходит.
  
— Нам нужно ждать неприятностей? — я продолжал его разглядывать.
— Не знаю, — он покачал головой. — Я за себя не отвечаю, если ты об этом спрашиваешь.
— Костя, существует правило: вы можете творить что угодно, но не должны попадаться. Чтобы никто даже не заподозрил. И, поверь, лучше бы ты в месте силы на что-то решился. Насколько я понял, это вам бы спустили с рук. Потому что они тоже через это прошли. Поэтому будь аккуратнее.