"Фантастика 2025 -72". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
— Итак? — спросила кореянка, с интересом наблюдая за реакцией мужчины.
— Чудесно выглядите, мисс, — сказал рейдер. — Я жалею, что не во фраке.
Она рассмеялась и порозовела от удовольствия. Почему женщинам так нравится слушать очевидные истины? Винс подошел и слегка отвел в сторону локоть, приглашая спутницу к выходу. Су Мин благосклонно взяла его под руку и сообщила:
— Хочу нескучный вечер.
Рейдер кивнул. Он — чужак, она — в таком прикиде. Кто-нибудь из местных им уж точно не даст заскучать. Хотя, судя по реакции прохожих… Девчонка связистов на улице явно не примелькалась, на нее если и оглядывались, то исключительно из-за яркой и слишком красивой одежды, не соответствующей обстановке. Впрочем, несколько человек кореянку явно узнали. И были очень-очень удивлены.
Винсу осталось только гадать, что именно поразило этих людей — наряд Су Мин, наличие рядом с ней незнакомца или отсутствие у девушки оружия?
— Что-то ты молчишь… — протянула тем временем спутница.
— А что надо говорить? — уточнил Винс, наметанный взгляд которого как раз выхватил занятную деталь — в одной из подворотен опустившийся бродяга, сидевший на куче мусора, при виде парочки явно напрягся. Впрочем, вовремя себя на этом поймал и попытался скрыть внезапный интерес. Вроде незаметно, но Винсент на такие мелочи был натренирован. Поэтому он скорее по привычке, нежели из каких-то серьезных опасений, запомнил время встречи, чтобы потом извлечь кадр из видео-лога для детальной проработки.
— Что говорить? — переспросила с удивлением Су Мин. — Обычно люди говорят о чем-то приятном, задают вопросы…
— Точно! — он усмехнулся. — Я говорил, что ты прекрасно выглядишь?
— Говорил, — кивнула девушка.
— А уточнял, насколько прекрасно?
— Нет, — она улыбнулась. — Но можешь.
— М… даже не знаю, с чем сравнить. Собственно, об этом и думаю всю дорогу. Что-то нужно эффектное сказать. Комплимент такой, запоминающийся… — он сделал вид, будто перебирает в уме слова.
— И? — она явно ждала, когда он закончит свою мысль приятным женскому сердцу эпитетом.
Винс сокрушенно покачал головой:
— Понимаешь, на ум приходит очень точное, но не очень приличное. В хорошем, конечно, смысле.
Су Мин развеселилась и сжалилась:
— Ладно уж, говори неприличное. Хотя в зале переговоров у тебя с приличиями был полный порядок, как и с мозгами.
Рейдер ответил:
— Там ты не стояла так близко. И юбка прикрывала колени. Сейчас мне сложнее сосредоточиться.
Спутница опять засмеялась. Причем очень искренне. Хреновы дела в этом секторе, если красивую женщину некому развлечь комплиментами и банальным трепом.
— Что же ты отказался от стриптиза голограммы? — лукаво спросила она.
— Зачем смотреть на голограмму, когда где-то есть оригинал? — удивился Винсент.
— Оригинал еще не факт, что захочет раздеться, — заметила девушка.
— Это уже вопрос моей убедительности, — усмехнулся собеседник.
— А ты, я гляжу, не страдаешь излишней скромностью… — протянула Су Мин.
— Нет, конечно. Я вообще категорически против страданий.
— Пришли, — через пару минут возвестила кореянка, поворачиваясь к спутнику. — Ты, кстати, так и не сказал неприличного комплимента.
Винс сделал вид, что задумался, после чего наклонился к уху Су Мин и произнес едва слышно:
— И не скажу. Но, поверь, про себя повторю его ещё не раз.
Она ущипнула его за плечо:
— Болтун!
Рейдер сделал приглашающий жест, так как до входа в «Две хризантемы» оставалась всего несколько шагов.
Охрана в дверях привычно дёрнулась навстречу, но, узнав Су Мин, мордовороты расплылись в улыбках:
— Приветствую, мисс Су Мин! — обрадовался старший — здоровенный детина с длинными, собранными в хвост патлами. — Мне издали даже показалось, будто ты Керро под руку выгуливаешь.
— Пусть его Алиса выгуливает, — усмехнулась в ответ кореянка, — как раз к нам занесло.
— За спутника отвечаешь? — кивнул тем временем охранник на Винса.
— Разумеется, — девушка даже слегка удивилась.
— Замечательно, — мужик отошел в сторону, освобождая вход. — Но, пока ты не сказала, отвечаю я. Правила.
— Конечно, — кивнула гостья.
Она, видимо, хотела добавить еще что-то, но передумала, повернулась к Винсу, одарила его ослепительной улыбкой и потянула внутрь:
— Идём.
Вот так, запросто и не разоружаясь.
Удивительно, но с наступлением вечера бар изменился до неузнаваемости. Если днём это было приличное безопасное место, где можно поесть, выпить и поговорить о делах, то сейчас… Сейчас произошла глобальная смена декораций. Столики — днем ярко освещенные — теперь оказались в тени, лиц посетителей было не разглядеть, что на столешницах, понимали только сидящие. Проходы освещены скупо.
Зато стойка… сцена в лучах рампы. Яркий свет, чёткий, жесткий. Прямо-таки приглашение — покажись миру! Не стрёмно? Так покажись!
А в придачу неритмичные вспышки в ультрафиолете и инфракрасном. Незаметные глазу, но сводящие с ума приборы ночного видения. Зато музыка лилась мягкая, не раздражающая, не вздергивающая. Тихо так, будто шепчет на ухо: здесь спокойно, расслабься — наберись сил… пригодятся.
Тут билось размеренно и гулко самое сердце сектора.
Бармен за стойкой увидел Су Мин и, не задавая вопросов, начал мешать коктейль. И только поставив перед девушкой бокал, обратился к её спутнику. Тот попросил пива.
Пока Су Мин тянула через трубочку свою слабенькую и сладенькую бурду, подошёл официант и замер рядом, чтобы проводить за столик.
Винс, сохраняя каменную морду, про себя всё-таки усмехнулся. Игры. Старые добрые игры. Демонстрация. Только теперь уже для него. Что ж, приятно…
В этот миг кореянка вдруг дёрнулась. Еле-еле, однако рейдер насторожился — не просто же так она согласилась именно на «Хризантемы», чего б ей тут напрягаться?
— С гайдзинами, значит, мы не встречаемся?! — квадратный негр с толстой шеей, обритой башкой и выразительной эспаньолкой на морде вырос в пятачке света, играя мускулами под просторной футболкой. — А этот типа, мля, узкоглазый?! Типа свой?!
Колоритный мужик! В зимних спортивных штанах, толстых кроссовках, с золотым перстнем на мизинце. Винсент готов был спорить, что на шее под футболкой у чернорожего болталась и золотая цепь, толщиной с палец. А вот думать он явно не думает. Приписать кореянке японское слово… намекнуть, что она японка. Или ему все азиаты на одно лицо? В любом случае, за куда меньшее убивают на месте.
Тем временем из-за спины крутого «спортсмена» неслышно вышел Ушлый, уже надевший шляпу. По пятам за бонзой проследовали двое его охранников. Место встречи, значит? Хе-хе…
Пока Винс с интересом разглядывал нового представителя сектора, тот многозначительно подвигал тяжелой челюстью и ткнул пальцем в рейдера:
— Эт, типа, не гайдзин?
Су Мин к удивлению Винса в ответ лишь расслабленно улыбнулась и развела руками:
— Бивень, твой отец был бакланом. Твой дед был бакланом, — девушка облокотилась о стойку. — И твой сын тоже будет бакланом. А кто все твои женщины, я лучше промолчу.
Правая ладонь кореянки развернулась к бугаю, и тот вдруг, коротко дёрнувшись, упал.
— Впрочем, о чём говорить с бакланом? — девушка посмотрела на официанта. — Веди. Мне надоело тут стоять.
Уже подходя к столику, Винс сказал:
— Беспроводной тазер — не самая надёжная вещь.
Его спутница пожала плечами:
— Кого любит мир, тому и соломинка — надёжный мост, — в полутьме улыбка девушки была не видна, но угадывалась в голосе.
* * *У Айи опять болела голова. Не остро, до рези в глазах и тошноты, а нудно, монотонно. Боль расходилась волнами, как круги по воде. Разбуженная внезапной пробежкой и грохотом выстрелов, она родилась, словно далекое эхо. Только, в отличие от эха, не удалялась, а наоборот, неспешно приближалась, усиливалась.
У кроликов было тепло, но слишком людно. Общий зал у них, видимо, редко пустовал. А ещё на скамье возле стены девушке отчего-то именно сейчас было неудобно. Собственная одежда, впервые за последние дни сидящая по размеру, начала раздражать и мешать. Хотелось сдернуть с себя всё, вплоть до белья. Казалось, каждый шов впивается в тело. И голоса раздражали, и запахи. Даже нет, не раздражали. Бесили.