Изгнанники. Игры с силой. (СИ)

— Ну всё, тише, успокойся, милый. Всё будет в порядке, — шептал он, обнимая принца.
— Как? Как теперь всё будет в порядке?
— Иди ко мне в комнату. Уже ночь, ты вряд ли кого повстречаешь, и всё же не останавливайся, если что, не разговаривай ни с кем, даже не смотри ни на кого. Запрись у меня, спрячь свою одежду, прими ванну, смой с себя всё, и жди меня.
— А ты… что ты?
— Я избавлюсь от тела и приду. Давай же, уходи.
— Но…
— Я сказал иди, Гнес, — и Коэн подтолкнул его к выходу, открывая дверь и протягивая свой плащ.
И Гнес пошёл. Вдоль озера, потом по ночному саду, кутаясь в огромный плащ и вдыхая успокаивающий его запах Коэна. Он сделал всё, как тот сказал, одежду не стал даже прятать, а сразу сжёг прямо в ванной, а потом долго сидел в воде, до покраснения, тёр своё тело. Замёрзнув, он выбрался оттуда, и, укутавшись в одеяло, стал ждать. Как же долго длилось время…
Чтобы он ни делал раньше, он всегда находил оправдание своим поступкам, но сегодня никак не выходило. Перед глазами снова и снова всплывало тело мальчишки с окровавленной промежностью, с синяками на светлой коже, со следами удушья на шее… И всё это сделал он! Он сам! Гнеса трясло, а от холода не спасало даже одеяло, и мысли атаковали его голову, не давая покоя даже на минуту. Коэн… Сколько уже времени прошло? Его всё не было. Если бы он сейчас мог просто прижаться к нему, почувствовать покой и безопасность… А что, если Коэна увидели с телом и поймали? Если во всём обвинят его? Новый страх с ужасом сжал сердце. Он не должен был уходить, он должен был остаться с ним! Гнес даже подумывал встать и отправиться обратно к конюшне. Но ведь Коэн сказал ждать его. Хорошо, он будет ждать, будет ждать столько, сколько бы ни понадобилось.
Нео! Во всём этом виноват Нео! Если бы не он, Гнес не искал бы, на кого можно переключить своё внимание, если бы не брат, он бы никогда не испытывал этого постыдного, неправильного, извращённого желания! Если бы не Нео, он бы не тронул мальчишку, и тот был бы жив! Если бы только Нео никогда не было… Сейчас он ненавидел его так сильно, как никогда в жизни.
Когда за окном уже стало светать, в комнату негромко постучали. Гнес подскочил на кровати, и побежал к двери, и только когда услышал тихое «Гнес, открой», повернул ключ. Коэн, в перепачканной одежде, прошёл в комнату, и, ни слова не говоря, направился в ванную. Принц тенью следовал за ним.
— Коэн, что ты…
— Его никто никогда не найдёт, можешь не переживать об этом, — ответил мужчина, не поворачиваясь.
— Что ты сделал? — еле слышно спросил юноша.
— Неважно.
— Ты… ты даже не смотришь на меня, — из глаз снова потекли слёзы, — Коэн, знаю, я ужасен…
— Не говори ерунды, Гнес. Я просто весь в грязи, дай мне десять минут.
Принц так и застыл у порога ванной, глотая слёзы, и смотря, как Коэн моется, а потом его мягко приобняли, и, подтолкнув к кровати, уложили в толстый кокон одеяла. Коэн ничего не говорил, просто гладил его волосы, плечи, спину, и прижимал к себе. И Гнес успокаивался, вот так, в тишине, в объятиях дорогого человека.
— Так больше не может продолжаться, Гнес, — спустя какое-то время, тихо сказал мужчина, а юноша вздрогнул, боясь услышать, что Коэн считает его отвратительным, и больше не желает быть рядом с ним. Но услышал совсем другое, — а если в следующий раз на месте этого мальчика окажется твой брат?
— Нет, — резко выдохнул принц, — я никогда… никогда не сделаю такого с Нео!
— А с этим мальчиком собирался, значит?
— Конечно нет! — Гнес замолчал, ведь от одной только мысли, что он может причинить Нео боль, его начало мутить.
— Все принцы у вас в роду по юности много путешествовали по Орваи, набираясь знаний и опыта, — задумчиво начал Коэн, — поговори с отцом. Убеди его отпустить тебя поездить по стране и материку. Тебе нельзя оставаться тут, рядом с Эрнеосом.
Принц прижался к тёплой груди. Уехать? Он никогда об этом даже не думал. Но Коэн прав: ему нельзя больше оставаться рядом с Нео.
— Я поговорю с ним.
-
— Почему нет? — Гнес сжал руки под столом, глядя на отца.
— Гнес, тебе всего шестнадцать лет, приходи с этим вопросом года через два-три, — король снова опустил взгляд в свои отчёты о сборах и налогах.
— Но ты сам отправился в свою первую поездку в пятнадцать!
— Сейчас мой ответ «нет».
— А если бы Нео попросил, разрешил бы?! — не выдержал первый принц.
— Конечно нет, — поднял голову Эрвейн, — ему десять, если ты не забыл.
— Я не имел в виду прямо сейчас, — пробубнил юноша.
— Гнес, почему ты так упёрся? Я всего лишь сказал, что не позволяю тебе поехать конкретно в данный момент. Куда ты торопишься? Повзрослей ещё немного, тогда и поедешь.
— Спасибо, я всё понял! Могу я уйти, Ваше Величество?!
 — И не надо на меня обижаться.
Гнес вздохнул, поднялся с широкого дивана, и направился к выходу из отцовского кабинета. А чего он собственно ждал? Теперь-то зная о том, как к нему относятся, он думал, что отец позволит своему «неуравновешенному сыну» покинуть замок? Да он, оказывается, здесь просто пленник!
С той ужасной ночи прошло уже больше недели. Первые два дня Гнес не высовывался из комнаты Коэна. Он боялся любых новостей, что приносил телохранитель, но о пропавшем мальчике никто не говорил. Совсем! Как будто его и не было! И лишь на четвертый день, когда Гнес уже более-менее успокоился, Коэн сказал, что тётка того мальчишки считает, будто он просто уехал домой, так как не справлялся со своей работой. Таким образом, ни о какой пропаже, а тем более убийстве, речи даже не было, и принц наконец-то перестал об этом переживать.
Идея пришла в голову совершенно неожиданно: если кто и сможет уговорить отца отпустить его, то это Кармина! Почему бы не попробовать попросить её, он ведь ничего не теряет. И, спустя несколько минут, Гнес уже стоял напротив королевских покоев. Нужно вести себя спокойно и сдержанно. Что ж, была не была – он постучал.
— Войдите, — раздался голос королевы.
Принц приоткрыл дверь и вошёл. Кармина сидела за столом над какими-то бумагами. Гнес и раньше знал, что отец доверяет ей во всех своих делах, но, всё же, увидеть её за работой он не ожидал. Впрочем, уже осень, а подготовка к их зиме всегда занимала много сил, времени и средств, наверное, не стоит удивляться.
— Эргонес? — она подняла на него глаза.— Если ты ищешь отца, то его здесь нет. Думаю, он в кабинете.
— Нет, — принц поклонился, — я пришёл к вам.
Девушка отложила бумаги в сторону, и посмотрела на него внимательнее, а он снова поразился, как так: выглядя на семнадцать, ей было уже более пятидесяти лет. Даже колдуны, живя до трёхста и более, менялись с каждым годом, а она ни капли не изменилась за всё то долгое время, что он её знал. Интересно, с Нео будет так же?
— Так что ты хотел?
Гнес откинул ненужные мысли, и, присев на край огромной кровати, сложил руки в замок.
— Я… у меня есть к вам просьба,— девушка удивлённо приподняла брови,— я хочу поехать в путешествие, в Перию, вы не могли бы поговорить с отцом… убедить его?
— Почему ты не попросишь его сам?
— Он отказал мне, — опуская голову, тихо ответил принц.
— И ты пришёл ко мне? Почему?
— Потому что вы можете его уговорить.
— Почему Перия? Ты ведь и по Осирии не ездил. Не хочешь сначала изучить свою страну?
— Скоро зима, а в Перии всегда тепло. И об Осирии я много читал, и всегда смогу увидеть её. Я хочу увидеть мир, ведь так делали все принцы нашей страны, почему же тогда отец не позволяет мне?
— Увидеть мир… — королева чуть улыбнулась, — когда-то я покинула остров по той же причине, и, насколько ты знаешь, домой я так и не вернулась.
Это был отказ? Что ещё он должен сказать, чтобы уговорить её?
— Не знаю, Гнес. Нео будет скучать, сильно. Может, ты подождёшь ещё пару лет?
Интересно, они сговорились, или просто мыслят одинаково? Нео.. Да именно из-за Нео он и должен уехать! Хотя бы ненадолго! Нео! Может это именно то, что убедит её?!