Безмолвная (СИ)

— Приведите её ко мне!
Конец двадцатой главы.
Продолжение следует…
 Глава 21 
Глава 21
Спать одетым, да на диване — не самое приятное занятие. Спать на диване длинной — меньше своего роста — и подавно. Как назло, мне выпадает бинго из обоих составляющих. Ничего не поделаешь, такова плата за опоздание на последний автобус. И между выбором: идти домой пешком или переночевать на работе, разумеется, победу одержит наименее травмоопасный для ног. А итогом постоя, поутру, будет общая разбитость, затёкшая рука и отлёжанная щека, с отпечатком обивки на ней. Хорошо ещё, что у Лиры короткий ёжик волос, иначе, неминуемо пришлось бы бороться с торчащими в разные стороны патлами. Заведомо проигрышный бой, в отсутствие душа и расчёски.
Собственно, душ в «Острове» есть. Но после вечернего омовения, лезть в него повторно совсем не тянет. Потерплю. Тем более, СуДжин наложила новую повязку на мою многострадальную головушку — лишний раз не вымочишь.
Миновав, слегка осоловевшую, поварскую смену, через чёрный ход выхожу на улицу. Вдыхаю полной грудью, наслаждаясь свежайшим воздухом, с нотками моря и затхлых продуктов с помойки, прихожу в себя, после бурной ночи.
А ночка та ещё выдалась!
СуДжин рассказала, что, увидев меня топающего в сторону комнаты отдыха, она не на шутку перепугалась. И правильно. Зайдя следом, женщина стала свидетельницей, как тело Лиры корёжит на полу.
— Очень сильный приступ. Мне еле удалось запихнуть тебе ложку в рот, — поведала напарница, а я догадался, откуда взялся этот металлический привкус на языке. Похоже, на ужин я пополнил уровень железа в организме, пожевав столовый прибор. Хорошо, что зубы остались целы!
Пока СуДжин говорила, я успел более-менее оклематься, и даже, принял сидячее положение, устроившись на диванчике. На её вопрос о моём самочувствии, указал, сначала на голову, затем на медицинский шкафчик. Женщина поняла меня правильно.
Едва я запил две таблетки болеутоляющего, как в комнату ворвался МинСок.
— Почему вы не на своих рабочих местах? Разве, сейчас перерыв? — с места в карьер взялся крыть нас наш начальник. — Без зарплаты останетесь! СуДжин, живо принимайся за работу, а ты, — указал он пальцем на Лиру, — пошла со мной!
Терзаемый головной болью и нехорошими предчувствиями, я последовал за боссом. По незнакомым коридорам, к двери с наклеенной, в её верхней части, пятиконечной звездой золотистого цвета. Неожиданно!
В просторной, хорошо освещённой комнате находились два человека. Травмированная Халика и незнакомый мужик в светло сером костюме. Они оба уставились на меня со смесью удивления и восхищения — как на диковинную зверушку.
— Я Чжон СунБок — управляющий «Острова» — подал голос мужик в костюме. — Халика утверждает, что ты умеешь танцевать. Это правда?
«Я только брейк-данс умею, если подходящую розетку найду, чтобы в неё пальцы засунуть» — мысленно ответил я мужику. Хотелось найти уединённое место, желательно, с диваном, и принять горизонтальное положение, пока таблетки не подействуют, а не это вот всё.
— Она немая, управляющий Чжон-сии, и крайне невоспитанная. Не тратьте на неё своё драгоценное время, управляющий Чжон-сии! — вклинился администратор, в наш содержательный диалог.
— Я вижу, МинСок, ты можешь идти, — ответил, словно за шкирку хорошенько встряхнул, СунБок, не отводя от меня взгляда. — Так ты умеешь танцевать?
Наверное, он бы не дождался желаемого ответа, но всё испортил звонок сотового, заигравший из кармана администратора бодрую мелодию. Тот, собирался уже за порог, но тормознулся, ответить на вызов.
— Скорая помощь приехала, — выслушав говорившего на том конце «провода», сообщил МинСок. Он, вознамерился было убрать телефон обратно в карман, но стоявшая, возле него, девочка вцепилась ему в руку.
— Ты что делаешь! — возопил администратор и попытался вырвать кисть из цепкого захвата, в котором оказалась его рука с телефоном. В этот момент, взгляд парня упал на лицо Лиры, и он осёкся. Веки девочки были плотно сомкнуты, а подбородок почти касался груди. Казалось, что она заснула стоя.
 
— Включите! — внезапно для всех, произнесла Халика, первая, догадавшись чего нужно девчонке. — Она хочет, чтобы вы включили музыку, администратор МинСок-сии!
Парень перевёл растерянный взгляд на своего босса, и тот кивнул в ответ: «Выполняй!». МинСок, не заставил себя долго ждать. Стоило ему «оживить» сотовый, как, сомкнутые, вокруг его запястья, пальцы девочки разжались, а рука вытянулась вдоль тела. Парень, на всякий случай, отступил на полшага в сторону от странной посудомойки, и, покопавшись в телефоне, запустил игравший минуту назад трек.
Сначала, ничего не происходило. Немая девочка застыла, с опущенной вниз головой и только её полусогнутые пальцы постукивали по бёдрам, отбивая такт. А затем, случилось то, чего никто не ожидал. Она, словно взорвалась каскадом невероятных движений, идеально попадающих в такт мелодии. Но её танец в шаблоны не укладывался. Он, словно раздвигал границы музыки, выходил за её узкие пределы. Завораживал.
Короткий рингтон закончился, а с ним оборвался и танец. Зрители неохотно пришли в себя. Никто из них точно не мог сказать, что он только что увидел, но каждому казалось, что это было самое прекрасное в его жизни. Прекрасное, и глубоко личное, предназначенное лишь ему. Сродни хорошей книге, чей сюжет прервался на самом интересном месте, танец оставил в их душах щемяще-горькое послевкусие. Вызвал потребность в его завершении и последующем, затем, катарсисе, позволяющем выплеснуть скопившиеся эмоции наружу.
— Я буду платить тебе пятьдесят тысяч вон за двухчасовое выступление, пока не поправится Халика. Потом, мы сможем обсудить дальнейшие условия. Ты согласна? — произнёс СунБок, неестественным, деревянным голосом. — Начнёшь прямо сейчас.
Я согласился. А кто бы на моём месте отказался? Наверное, тот, кто любит мыть посуду? К счастью, ко мне это не относится, и я, здраво рассудил, что получить те же деньги за пару часов на сцене, приятнее, чем за четыре, проведённые за рабским трудом.
Моя планшетка осталась в доме Чинчина. Я не стал её брать с собой, решив, что на работе надо работать, а не языком чесать, поэтому, обошёлся обычным кивком. Да и не знал я, что можно написать, после случившегося. Например: «Я без понятия, как это получилось. Больше не повторится. Извините». Скорее всего, после подобного высказывания, трястись мне в автобусе, в статусе безработного. Но я знал. После танца, головная боль отступила, а на её место пришло осознание новых возможностей. Подобное тому, что я испытал днём ранее, в закусочной, подслушав разговор юных математичек — «Симпатичные девчонки. Нужно было номер телефона взять у одной из них».
Я научился танцевать. Даже больше. Я знал все танцевальные техники, когда-либо придуманные человечеством. Знал, и мог их показать. Обычно, на освоение навыков уходит какое-то время, в зависимости от талантливости ученика, но в моём случае, тело приобрело соответствующую мышечную память, и было готово выдать «на-гора» любое, самое заковыристое «Па». Но самое удивительное, что на глазах у руководства я танцевал, поддавшись чувствам, не задумываясь о том, что показать невольным зрителям. Экспромт в чистом виде. Кажется, так получилось ещё лучше!
* * *
— Ты в этом будешь выступать? — кивнула Халика на модный фартук, надетый поверх кофты. — Подойди, я поправлю.
Она успела вмешаться прежде, чем, воодушевлённый успешным поиском, управляющий потащил «птенца» опробовать крылья. Намётанный глаз танцовщицы быстро приметил несуразность моего наряда, благодаря чему, конфуза удалось избежать.