Безмолвная (СИ)
— Левая сторона доски — твоя. А для остальных я приготовила задачи на её правой стороне. У вас пятнадцать минут на их решение. Прошу.
Для меня — это тоже команда, и я принимаюсь за работу. Управляюсь за минуту, чем повторно вызываю неподдельный интерес со стороны учителя. Она кивает, подтверждая правильность выполнения задания, и коротко произносит: «Садись». Что я и проделываю, попутно коря себя за поспешность. Снова решил похвастаться знаниями, не учтя последствий? Идиот! С другой стороны, когда в голове крутятся формулы отнюдь недетских вещей, валентность представляется чем-то элементарным, не требующим никаких умственных затрат вообще!
После химии, у нас идут два урока корейского языка и два урока литературы.
«Четыре часа скуки смертной» — решаю, изучив расписание на школьном сайте. Подумываю было уподобиться ШиЕну — свалить раньше времени из школы, но Манхи, сама того не подозревая, меняет мой негативный настрой.
— Лира, — говорит она, уже привычно повисая на моей руке, пока я, стоя возле шкафчика, пытаюсь откопать из его нутра нужные учебники, — ты не представляешь, что было в столовой!
«Ещё как представляю!»
— СоМин впала в жуткую истерику и её отправили домой. Заместитель ЮнДжон был в ярости! Он грозился тебя отчислить из школы!
«Интересно, за что? Драки то не было. А была обычная неуклюжесть, вследствие чего, поднос случайно перевернулся на, подошедшую познакомиться, девочку»
— Но, я ему сказала, что ты не нарочно!
«Вот умница!»
— Лира, так нельзя! Тебе нужно помириться с СоМин, иначе, она настроит всех против тебя, — внезапно выдаёт Манхи.
«Помириться? Если в твоём понимании это означает пойти у той на поводу, тогда мимо. Вопрос в том, подруга, чью сторону выберешь ты?»
— Да поделом ей! — комментирует слова Манхи, МиСу. Она закрывает свой шкафчик, и спешит присоединиться к разговору. — Эта СоМин возомнила о себе невесть что! Манхи, как ты вообще позволяешь ей, тобой командовать? Бери пример с ЛиРа, она умеет постоять за себя!
— Да вы… да вы все бегаете для неё! — в сердцах выпаливает Манхи. — Скажи ещё, что — нет?
— Всё равно, ЛиРа, ты очень смелая! Я тебя поддерживаю! — умело выкручивается из щекотливого положения МиСу, и удаляется к своему месту. Провожаю её задумчивым взглядом.
«Сколько было таких бравых „за глаза“. А когда доходит до дела, смелых — высказать тоже самое в лицо обидчику, обычно, не находится»
— А тебя вызывали из-за СоМин? Что там тебе сказали, ты остаёшься в школе? — сыплет подруга вопросами, отвлекая меня от невесёлых мыслей. Улыбаюсь, надеясь, что выглядит это максимально многозначительно, попутно, извлекаю на свет учебник литературы. Разглядев толстенный том, печально вздыхаю. Манхи замечает мою реакцию и спешит успокоить.
— Лира, учитель Йенсен тебе обязательно понравится! Я обожаю, когда он ведёт уроки!
«А как насчёт самих предметов?» — хочется спросить подругу. — «Тебе нравятся корейский язык и литература?»
Хотя, Манхи, конечно, права. Прежде всего, это заслуга учителя, если он смог заинтересовать учеников в преподаваемом предмете.
* * *
— Заместитель ЮнДжон, почему вы не можете обеспечить дисциплину среди учащихся? Почему мне приходится краснеть и извиняться перед многоуважаемым гостем за их поведение и неподобающий вид? В конце концов, почему вы не в состоянии обеспечить их явку вовремя, из-за чего, наша школа упустила возможность показать себя в выгодном свете. На всю страну!
— Директор СуХван-си, полагаю, речь сейчас идёт о нашей новой ученице Ли ЛиРа?
— Вы очень догадливы, заместитель ЮнДжон. Потрудитесь объясниться! Это и вас касается, учитель Каманах.
— Прошу простить меня, директор СуХван, боюсь, я не понимаю, о чём идёт речь. ЛиРа что-то натворила?
— Ваша ученица — ЛиРа опрокинула поднос с едой на ученицу СоМин. Говорят, она сделала это специально.
— Прошу простить меня, директор СуХван-си, я не знал.
— Вы, как классный руководитель, обязаны быть в курсе всего, что происходит с вашими подопечными, а не узнавать об этом от руководства! Я ясно излагаю свои мысли?
— Предельно ясно, директор СуХван-си!
— Вот и хорошо. Заместитель ЮнДжон, разберитесь с этим инцидентом. Выясните, в чём там было дело, и примите соответствующие меры. И проследите, чтобы учащиеся соблюдали нормы, предписанные школьным уставом.
— Будет сделано, директор СуХван-си! Я усилю контроль и проведу дополнительную работу среди учащихся.
— Сделайте это как можно скорее, заместитель ЮнДжон! А теперь, я скажу вам то, что не должно покинуть пределов этого кабинета. Если узнаю, что кто-то из вас проболтался — вылетите с работы оба! Так вот, наш многоуважаемый председатель попечительского совета, Мун КванГо, в качестве благодарности, за спасение его младшего сына, пошёл навстречу этой ученице — ЛиРа. По её просьбе он распорядился провести в стенах нашей школы какую-то «коровью неделю». Выясните у ЛиРа подробности и организуйте проведение мероприятия. Хоть мне и не нравится идея, чтобы ученики развлекались, вместо учёбы, но пойти против воли председателя я не могу. Вам всё ясно?
— Так значит, журналисты приезжали сегодня к…
— Всё верно, учитель Каманах, к ней. Вчера, на глазах у половины Косона, девочка вытащила из воды младшего сына КванГо. А сегодня, она имела наглость требовать у него плату за свой поступок!
Конец восемнадцатой главы.
Продолжение следует…
Глава 19
Глава 19
— Харабоджи (харабоджи — дедушка. Прим. автора), а где апа? (апа — папа. Прим. автора). С ним что-то случилось? — интересуется Манхи у ВонХо после того, как мы с ней погружаемся на заднее сиденье старенького «корейца», принадлежащего ЁнСо.
— Он задерживается на работе, и попросил забрать вас из школы. Чаги, тоже занята, так что, пришлось ехать мне. Заодно, дай, думаю, проведаю старого друга…
Не успевает старик закончить фразу, как, открывается передняя дверь с пассажирской стороны, и в машину забирается знакомая фигура. Чинчин — библиотекарь!
— Камсахэё, Чинчин, — здоровается с ним Манхи. Присоединяюсь к ней вежливым поклоном, отмечая, что та, совсем не удивлена появлением нежданного попутчика.
— Здравствуй, Манхи-ян. И ты здравствуй, мой юный гроссмейстер! — здоровается с нами старик, адресуя мне окончание фразы. — Хён, ты знаешь, эта синеглазая красавица, расположившаяся на заднем сиденье, великолепно играет в шахматы! Вчера она меня обыграла!
— Вот как? — удивлённо взглянув на меня в салонное зеркало, отвечает ВонХо. — А может, ты теряешь хватку, хён, если позволяешь девочке себя обыгрывать?
«Хён» кряхтит, что, по-видимому, означает смех.
— Ты мне должен бутылку соджу за последнее поражение. Можешь отдать её девочке, — парирует он выпад, отсмеявшись.
— Ещё чего! Я сам тебя обыграю, на этот раз! — не остаётся в долгу ВонХо.
Он ненадолго замолкает, занятый управлением автомобилем, потом, обращается ко мне:
— Лира, чаги настаивала, чтобы я отвёз тебя в какой-то магазин, в городе, где ты должна извиниться за свой проступок. Почему-то, я думаю, что ты его не совершала. Я могу быть в этом уверен?
Встречаемся взглядами в отражении, и я киваю.
— Вот и хорошо, я тебе верю! А теперь, не отвлекайте меня, это может быть опасно!
«Кто кого ещё отвлекает!» — мысленно отвечаю старику, отвернувшись к окну.
Сбоку, на моё плечо, пристраивает голову Манхи.
— Лира, я вздремну немного. Я жутко устала! — произносит она, закрыв глаза. Смотрю на её макушку, размышляя, что могло так «укатать» молодую, здоровую девчонку. Взять, например, меня. Весь день — сплошной стресс! Отмахивался от обвинений, общался с ненормальными папашами и ещё более ненормальными школьницами, бегал, сталкивался и получал травмы, которые, кстати, подозрительно быстро исчезли. Разбитая, припухшая губа, к концу урока выглядела практически идеально. Даже Манхи, наверняка, обратившая внимание, забыла про неё спросить. И ничего, сейчас как огурчик! Пожрать бы только.