Голландка (СИ)

Йоланда не особо понимала, потом вспомнила, что именно в девяностые ее собственный отец сбежал из сумасшедшего дома, который творился на его Родине, в более-менее спокойную жизнь Европы. И молча кивнула, признавая за Павлом Кореевым право быть слегка стукнутым на голову после такой бурной юности.
- Давай и правда поженимся. - флегматично глядя на расплывающиеся после очередного плюх-плюх-плюха круги, предложила она. Даниил аж травинкой подавился. Йоланда так же безразлично саданула его между лопатками, и он опасливо отодвинулся. Еще неизвестно, что хуже, смерть от удушья или реанимация в исполнении «невесты». - Завтра посмотрю в интернете, какие нам нужны документы, и начнём процесс.
- Ты совершенно не обязана это делать. - осторожно возразил Даниил, сам не понимая почему. Ему бы скакать от радости, что все получается само собой, а он чувствовал себя виноватым.
Будто щенка пнул, а тот его пальцы лижет.
- С отцом я уже поговорил, суда не будет. - на всякий случай повторил он, вдруг до отупевшей от горя голландки с первого раза не дошло.
- Не в суде дело. - передернула гренадерскими плечами девушка. - Мне неприятно от того, что мой отец перешёл в свое время дорогу твоему. Кто знает, может ты бы уже давно учился в Дельфте, если бы не та давняя, мутная история. Мама права, от меня не убудет. Мы же понарошку поженимся. Подумаешь, поживем пару лет, как брат с сестрой, а там и разведемся. Если я правильно помню, двух лет как раз достаточно, чтобы ты закончил магистратуру и получил диплом. Или там три? Надо бы посмотреть.
Девушка на автопилоте потянулась за телефоном, потом вспомнила, что сеть не ловит, а сам аппарат за бесполезностью остался на даче, нашарила очередной плоский камешек и запустила его по блестящей глади заводи. Плюх-плюх. Неудачно.
Даниил молчал в глубокой задумчивости. Попади он сам в подобную ситуацию, вряд ли поступил бы так же ответственно и благородно. Попытался бы подать встречный иск, как-то выкрутиться, но не идти под венец с неизвестной, практически, девицей.
Между собой они уже все решили, но это не значит, что отцу, возомнившему себя вершителем судеб, стоит все спускать с рук. Извинения от Кореева-среднего Йоланда собиралась принимать по всей форме. Чуть ли не в письменном виде.
После обеда, наполненного неловкими паузами и безличными просьбами вроде «можно мне соль», старшее поколение понятливо ретировалось на просторы дачной плантации.
- У меня еще сорняки не копаны, усы у клубники не разобраны. - приговаривала бабушка, вытаскивая деда чуть ли не силой.
Над малиновым вареньем в вазочке жужжала пчела, выдавая степень наступившей тишины.
Даниил сел рядом с Ланой, сразу обозначив свою позицию.
- Для начала, хочу попросить у вас прощения. - глубоко вздохнув, начал Павел, искоса поглядывая на реакцию девушки. Лицо она держала хорошо, и прочитать по нему, как она относится к неудавшемуся шантажу, не удалось. - Мне не следовало заходить так далеко. Возможно, когда у вас появятся свои дети, вы меня поймёте. Любящий родитель сделает все, чтобы его ребёнок устроился в жизни. Даже пойдет на шантаж и подкуп.
Глаз у Йоланды дернулся, и Павел поспешно продолжил:
- Уверяю вас, что и мысли не имел давать делу ход. Целью-максимум было надавить на жалость, включить в вас сочувствие.
- Вам это вполне удалось. - холодно заметила девушка. Даниил рядом мрачно насупился. В последнюю очередь ему хотелось, чтобы за него шли замуж из жалости.
Даже фиктивно.
- И что же вы скажете на мое предложение? - оживился Кореев-старший.
Лана помолчала, барабаня кончиками пальцев по столешнице.
- Во-первых, я скажу, что предложение подобного рода должны делать не вы. При всем уважении, у нас сейчас не восемнадцатый век на дворе, чтобы жениться по сговору и не глядя.
И Йоланда, и отец разом повернулись и посмотрели на Даниила. Тот стушевался.
- Ну, мы же это...и ты уже того. - выдавил он, недоумевая про себя, как именно сейчас поступить. Сказать отцу, что она уже согласилась? Так вроде договорились помотать ему немного нервы. Пока он растерянно хлопал глазами, от него отвернулись, и Даниил выдохнул с облегчением, незаметно отодвигаясь вместе со стулом. Все эти интриги и психологические игры - точно не про него. Пусть сами развлекаются.
 
- Вот потому предложение делал я. - назидательно воздев указательный палец, поставил отец точку в его невнятном мямлении. - Доверь я ему столь ответственное дело, до сих пор бы разбирались, что именно он хочет сказать.
Йоланда невольно прыснула. Вопреки ожиданию, вся эта ситуация с шантажом не вызывала у нее паники, ужаса, и желания бежать в полицию, спасать свою честь. Было скорее похоже на подкуп, к которому прибегала в детстве мама. «Если не будешь есть кашу, выключу мультики».
Не опасно, но неприятно, не более того.
- Раз уж я полезу в столь рискованное дело, мне нужны гарантии.
- Моего слова недостаточно? - оскорбленно вскинулся Павел.
- После того, что вы уже однажды прибегли к шантажу - нет. - отрезала Йоланда. - Составим договор. У нотариуса заверять не будем, не стоит светить столь противоречивый документ, но для моего спокойствия - пусть будет.
- И что мы там напишем? - хмыкнул Даниил. Когда тема разговора отошла от брака и предложения замужества, он снова осмелел. - Я тебя и без письменного обязательства пальцем не трону, гарантирую.
- Я не об этом. - Йоланда смерила его презрительным взглядом, который собрал в себе всю мощь ее чёрного пояса. «Попробовал бы сунуться», говорил он. - Ты едешь в Европу, ты платишь меньшую сумму за учебу, ты получаешь крышу над головой на два года. Что с этого приобретаю я?
Мужчины переглянулись и задумались. Кроме шантажа, предложить им так, на первый взгляд, было особо и нечего.
Подождав для приличия пару минут, Йоланда звучно хлопнула ладонями по столу. Оба Кореевы аж подпрыгнули.
- Для начала, всю коммуналку мы делим пополам. - деловито начала она перечислять, загибая пальцы. - с уборкой-готовкой на месте разберёмся, но драить все, пока ты учишься, я не собираюсь. У меня работа есть.
Йоланда бросила беглый взгляд на сидевшего рядом, с каменным лицом, Даниила.
«Пусть не надеется, что я ему стирать носки буду, или готовить», с некоторым злорадством постановила она. На примерах из близкого окружения она видела не один пример женщин, которые целью жизни ставили обслуживание партнера. Особенно среди восточноевропейской диаспоры. Многие голландцы потому и женились не на соотечественницах, а на русских, украинках, кто побогаче, или на индонезийках, кто поменьше зарабатывал. Бесплатная прислуга в доме, ожидающая кормильца на шпильках и с борщом, все еще привлекала мужчин своей выгодностью. Но не все тянули такую роскошь - просто потому, что чаще всего, чтобы обеспечить нормальный уровень жизни семье, работать должны были двое. А тянуть на себе и дом, и детей, и работу в одиночку голландки отказывались наотрез. Так что приходилось мужчинам участвовать и в уборке, и в готовке, и памперсы наследникам менять, когда до того дело доходило.
А уж в фиктивном браке она и вообще пальцем о палец не ударит. Пусть сам себя обслуживает.
Придумав сию мелкую месть, Йоланда чуть успокоилась.
- Кстати, нам обязательно вообще жениться? - попыталась она внести рациональное предложение. - потом могут быть проблемы с разделом имущества, налогами и прочим. Может, проще оформить совместное проживание? Документ такой же дадут.
- А свидетельство о браке будет? - сварливо уточнил отец Даниила. Поняв, что в целом он выиграл, мужчина расслабился, и принялся ожесточенно торговаться.
Доводы, что права при совместном проживании партнеру даются те же самые, что и при официальном браке, до него не доходили. Не верил человек, закаленный советским образом жизни, что без официальной бумажки можно хоть чего-то добиться.
А Лана страдай.
- Отлично, значит, сыграем свадьбу здесь, пока ты еще не уехала. Потом заверите у вас в мэрии, и дело с концом. - довольно потер руки Павел. Судя по уверенности, с которой он выстроил цепочку последовательностей, вопрос он проработал досконально, до самой мелкой детали.