Его Сиятельство Граф Андреев (СИ)
— От меня, если честно раскидывать колоду карт, ушли три отличных спеца к конкурентам, причем не к Рахлису, а другим благородным. В последнее время заказов нет, и как ты верно сказал, мы не за фиксу работаем.
— Три — это же не все? И даже не половина? И они же хуже вас?
— Конечно даже не половина, и хуже меня. И я со временем новых натаскаю. Но сейчас у меня юридическая контора не в самом лучшем виде. Той скорости, которой вы ожидаете, может и не быть.
— Печально, но ничего не поделаешь. Уважаю вашу честность… Скажем так, я сегодня ночью ваш ценник изучу и вышлю вам проект договора, утром вы его посмотрите, и, с крайней степенью удивления, приедете ко мне переделывать его так, чтобы мы могли прийти к компромиссу.
— Отличное предложение. — кивнул он.
— Только не в семь утра, дайте поспать часов до девяти. Работать буду до глубокой ночи.
— Сам грешу работой в ночь. — вздохнул барон.
Мы пожали руки, и он удовлетворенный и счастливый поехал к себе в центр города. Некоторые не самые богатые аристократы жили в небоскребах. Та же деревня, только вверх растет, а не в ширь. Но без гаража с бронетехникой и забором в три метра. Впрочем… я бы предпочел, чтобы в радиусе трех километров не было ни одного жилого здания, и без забора. Обзор загораживает. Для обороны нужны не стены, а турельки на башнях и окоп с блиндажами. Глупости эти ваши стены, сегодня наглядно показали мне эту истину. А еще установка ПВО нужна, глушилка тоже. Дроны, сука, использовать научатся.
— Андрей, это…
— Не стесняйся.
— Ты давно понял?
— Одеваться в прозрачный сиськохват было лишнее. Но я умею контролировать себя.
— Я правда влю… — вдруг она покраснела и убежала куда-то, наверное, в свою машину.
Я решил обсудить с Олесей ту же проблему. На удивление, она сказала, что это её проблемы, не мои. Не понял я, с хера ли кошка родила? Да и она тоже по-своему хороша, пусть и не такая фигуристая, как рыжая. Черт, нет у нас многоженства. Хотя, к лучшему, иначе бы не отмахнуться было.
Глава 18
Бордель на окраине станицы Динская.
Молодой наследник Андреевых-Динских спускал стресс с лучшей «девочкой» закрытого клуба для мужчин. В перерывах между кинутыми палками он затягивал дорожку возбуждающего наркотика, имеющий иномирное происхождение, так как ингредиенты для него добывали британские аномальщики в ряде аномалий в Африканских и Американских колониях. Помимо приходов, он обострял сексуальное желание и чувствительность. Отец не знал, что он кое какую часть от каждой партии оставляет для себя. Всё же, наркотик — это наркотик, он не только вызывает привыкание, но и влияет на психику. И хотя для мага он не так вреден физически, как для слабоодарённых простых людей, маг всё же становится ментально нестабилен.
В тот момент, когда он в очередной раз доказывал свою силу «девочке», позвонил отец.
— Какого хера! — выкрикнул ему отец, Констанин Константинович Андреев-Динский. — Почему я узнаю последним, что ты решил проверить защиту поместья?
— Но… Отец, разве не следовало понять, насколько крепка их защита? — стал оправдываться наследник, выгоняя из кабинки «девочку».
— Паша, не тупи. Теперь они будут на чеку. Впрочем, ладно. Мне звонил Саритсян. Требовал какую-то хрень пояснить с нашей стороны. Ты тут то не виновен? — уточнил старший Андреев-Динский.
— Кто такой Саритсян?
— Который Дед С Горы, Паша.
— Армавирские? Нет. У нас с ними хоть и не ровно, но мир. Хотя и есть претензии друг к другу, мы не готовы с ними воевать.
— Кто-то ебнул Датви. Наглухо. Из крупного калибра. Медведя из винтовки на медведя убили. Голову разнесло к херам, только кепка и осталась. Саритсян предупредил, что, если это наши, он на следующей сходке объявит войну. А сейчас нам это нахер не надо. Забей на старший род, займись поиском тех, кто его заказал. Перед Тверским я оправдаюсь, война нам не сдалась.
— Понял, отец.
На следующий день в полдень я сидел в итальянском кафе, который мне нахвалила Лэйла. Мы с бароном подписали договор. На самом деле, он лишь предложил более корректную структуру, и более детально обговорил мелочи в нём. И да, утром он все же попросил приехать в его офис, так как там удобнее заниматься бумагами. И он был, как неудобно, в центре города. Чертовы пробки. С другой стороны, за городом тоже офис не сделаешь. Кругом неудобство. Эх, нет у меня сейчас пространственной магии, да и не смог бы я это объяснить.
На удивление, кафе было очень популярным. Когда я зашел в него после подписания договора… было одно место в самом темном углу кафе. Хорошо, что я оделся, пусть и дорого, но не как аристократ. Ох и люблю прикидываться я простолюдином. Иначе бы поставил хостес в затруднительное положение.
Я заказал ризотто по-милански, равиоли (те же пельмени, только не по-русски), двойной экспрессо и дзукотто. Равиоли мне уже принесли, ризотто сказали принесут в течении пяти минут, что меня устраивало. А напиток и десерт подадут после основных блюд. Знал ли я итальянскую кухню? Моя семья превосходно знает вкусы тюркской и иранской кухни, достаточно хорошо кавказкую, и если надо, то и японскую правильно употребить сможет, не говоря о том, что она нам была тоже мила. Но, что я точно понимаю в итальянской, сладости и кофе в конце подают. А вот, в отличии от русской кухни, первым блюдом в итальянской считается не супы, хотя они есть. А именно блюда вроде ризотто, пасты или равиоли являются первыми блюдами, хотя у нас подобное — это гарниры и идут вторым блюдом. Какая интересная разница. От закусок я отказался.
Сразу как мне подали равиоли, хостес подошла ко мне с неожиданной просьбой. Ну как неожиданной? Тут нет мест. Но почему ко мне? А спросила она у меня разрешение присесть рядом со мной девушке, ведь мест больше нет, а я сижу один, в отличии от остальных столов, где сидело минимум по два человека, а за некоторыми и компанией. Я согласился с шуточным условием, что она не будет до меня домогаться. Хостес конечно же передавать такое условие не стала, пусть и улыбнулась.
Это оказалась молодая девушка, кожа которой имела слегка оливковый оттенок, длинные волнистые тёмно-русые волосы, слегка вздернутый носик и заостренный изгиб бровей. И одета она была в легкое белое платьеце-бандо, то бишь без бретелек. И рукавов. Красивая, но мне не интересно, вокруг меня итак проблемные крутятся.
И когда мне принесли ризотто, она меня удивила, с непонятным акцентом заявив мне претензию:
— Настоящее ризотто может быть только с морепродуктами. Это ломбардкая подделка, не заказывайте его больше, уважаемый.
Судя по нелюбви к ломбардцам, я могу определить, что она из Венеции. Зачем в чужой стране ходить в ресторан с кухней своего народа?
— Девушка, в свое оправдание скажу, что я в первый раз пробую итальянскую кухню, ну, кроме экспрессо.
— Экспрессо здесь хорошее, не отнять. У вас в Империи на удивлении умеют делать кофе со всего мира, будь то по-венски или по-британски, по-польски или по-турецки. А еще у эфиопских сортов интересный вкус.
— У вашего народа столько способов приготовить кофе в разных вариациях, мы лишь научились делать также. Как не печально, по-русски кофе нет.
— И какого я народа? — нахмурилась она.
— Итальянка, разве не понятно?
— Я veneziana! — возмутилась она.
— Э… ну… вам что-то всегда мешает стать итальянцами. Пусть будет венецианка. — пожал я плечами. — У вас хорошая тачка. Эмильенцы значит вам друзья?
— Эмильенцы и вашим и нашим за пять тысяч лир спляшут. Стоп, я не на своей LaMaranelli! Откуда ты знаешь, что у меня за машина? — насторожилась она.
— Элеттра Росси, верно?
Веницианка сидела обалдевши:
— Как ты узнал?
— Позавчера ты на треке в Сочи разобрала 795 GT-R turbo. Лэйла мне жаловалась, что ты нечестно поступила, выступая против GT класса на гиперкаре. У тебя под капотом больше тысячи кобыл. Да еще и аэродинамический пакет ничего себе.