Его Сиятельство Граф Андреев (СИ)
Часов в шесть мы спокойно пили чай с пахвалой в гостиной, смотря городские новости. Ммм… вкуснятина с начинкой из грецких орехов и меда. Как я счастлив жить в развитом мире. Вот затянуло бы меня в древний мир, так там всё плохо: лепешки — испеченные на сухом коровьем навозе, и это в городах.
Сестренка делала себе нервы на тему, что к ним сейчас придут и будут задавать неудобные вопросы. Ну хорошо хоть не на тему того, что она убила четверых. Умничка. Хорошо, что неудобные вопросы они права задавать не имеют, мы дворяне, были в своем праве.
А по телевизору в новостях трещали именно про убийство широко известного в узких кругах блатного бандита в западном Екатеринодаре прямо у своей хаты. И, как сказал представитель полиции, основная версия — не поделили рынок с представителями группировок из Ростова и северных районов Кубани. И рынок, как мы услышали сейчас, наркотиков. Похоже, основной бизнес Гивадзе был не рэкет, а наркотики.
— Во, а ты боишься. Уже конкурентов высматривают.
— А ведь они с нас требовали за крышу. Следствие до этого доберётся.
— Охранка если подключится, может быть. Но тут ничего, кроме домыслов. «Я точно знаю, это ты!» — к делу не пришьёшь.
— Брат, мы дворяне, против нас не должно быть даже подозрений.
— Катенька, именно потому что мы дворяне, очень хорошо, если они будут.
— Это нахера? — удивилась она.
— Чтобы другие понимали, что мы можем и психануть. Успокойся, максимум, что нам будет, это штраф. Правда… Большой.
— Два миллиона рублей? После того, как ты их достал из ниоткуда, в принципе можно считать, что это не деньги.
— Не говори пожалуйста такие слова в слух. По двум причинам, сестренка. Озвучь, если понимаешь. — я посмотрел на неё с хмурым видом, надеясь от неё хотя бы один правильный ответ.
— Ну, из очевидного, нас считают бедными, сводящими концы с концами. Пусть все в округе считают так и дальше, считая, что с нас нечего взять. Это удобно до тех пор, пока мы не ведём дела. А вести дела мы сейчас стараемся в основном с простолюдинами и очень бедными дворянами, которые по-настоящему бедны, так что и тут нам срать. А второе, это чтобы не бесить простолюдинов, с которыми мы работаем, ведь им такие деньги приходится зарабатывать с трудом, а у нас, дворян, много тех, кто сидит в министерствах и ведомствах на «доходных» должностях, не стесняясь брать подарки от просителей.
— Именно. Сестренка, ты умница. — улыбнулся я. — У нас должна быть безупречная репутация среди людей простой породы. Мы абсолютно можем забыть о лице среди своего сословия, но вот люди, которые работают на нас или с нами, вот от чьего мнения мы действительно зависим. Крепостное право отменили при Царе Горохе, простолюдины всегда могут проголосовать ногами.
— А то, что мы безнаказанно убили не последнего поца, что про это скажут? — спросила сестра.
— Не предсказуемо, если честно. — пожал я плечами. — так что, надеюсь до простого народа это не дойдет. Не хочу проверять.
Я услышал знакомый бумкающий звук турбированного выхлопа за окном. Я посмотрел сквозь листву лиан, увидев именно ту, кого я ожидал. Похоже, она теперь будет всегда заезжать без предупреждения.
— Прикинь, что сейчас произошло! — с ходу она влетела в гостиную.
Я подошел к сервизу и достал чайную посуду для неё.
— Ну удивили. — сказал я, наливая для неё чаю.
Она отпила, невзирая на то, что он горячий и начала говорить.
— Отгадай, какое первое дело дали Бэлле.
— Динские? — уточнил я.
— Убийство наркобарона. Только что произошло. И его будет вести именно охранка, так как там считают, что это по заказу скорее всего Динских. Против Армавирских.
— А Деда или Графа? — уточнил я.
— Обоих. Дед и Граф давно договорились, так что это очевидно вмешательство в дела их обоих. Графу было удобно, что Датви, так убитого звали, не пускал в Усть-Лабинск и ближайшую округу другие группировки, а с Дедом он всегда может договорится. А теперь начнётся передел влияния, который кому выгоден?
— Динским и их крыше из Ростова.
— Ой, мало ты знаешь о родственниках. — усмехнулась рыжая немка.
— Что такое? И мы о моих родственниках или бандитах?
— Конечно, об Андреевых-Динских. Это формально группировка из станицы подчиняется авторитету из Ростова. По факту, они работают только на твоих родственников, и они и есть их старшие, а не те, кто ездит на… сходки кажется. По факту, твои родственники под Великим Князем Тверским.
— Рюриковичи-Тверские? — удивилась сестра.
— Не спокойный род. — кивнул я. — Почему они зарятся на интересы кубанских родов?
— То есть, тебе не интересно, как я узнала?
— Бэлла ввела в курс дела?
— Случайно вместе были, когда её вызвали. Ну знаешь, Панна котта, тирамису, канноли и моккачино по-итальянски. Ну я и сбежала с Бэллой от итальянкой кухни, которой меня пичкала венецианская подруга.
— Вот тебе не стыдно делится с непричастными? — уточнил я у неё.
— Динские? И тебе не интересно?
— Я рад узнать, что с Армавирскими закусились. — улыбнулся я в оскале. — Это отличная новость. Вот только, осторожнее распространяй такие новости.
— Конечно! Вот только это прокурорша тебе сказала рассказать.
— Доказательства причастности Динских уже нашли?
Вот блин! Что же я не подкинул ничего такого? Хотя на это нужно было время. У них только косвенные предположения.
— Для начала, Бэлла будет искать ярко-зеленый спортивный авто, который там видели местные примерно в это время. Он как-то подозрительно гнал.
Я помрачнел.
— А где убили этого вашего уважаемого человека? — уточнил я.
— Западные заброшки.
— Не ищите авто. Я сестру учил гнать в условиях промзоны. У неё RD5S ядовитого цвета. Видимо, вы сейчас нас найдёте.
— Что это за машина? — с интересом спросила Лэйла.
— Ну, это Maeda RS 7 третьего поколения. RD — это обозначение поколения.
— Покажи! — посмотрела она на мою сестру.
— Ух ты! — подбежала она к монстру с изящными линиями.
Она открыла водительское сидение, и первое, что она сделала, это не села, а нажала на кнопку с рисунком капота. Следом она шустро уже ночевала под капотом и восхищенно пищала.
— Четырехроторник! Атмосферный! Ох ты, да это же гоночная версия RS26B! ВСЕ 700 ЛОШАДЕЙ! Да она же, в зависимости от настроек дифференциала и передаточных чисел, будет всех рвать как заносе, так и на четверти мили. Ну, еще и колеса… — она быстро очутилась рядом с колесом. — Неплохая резина. Для спуска. Sora Tires, R19. Это T888? — посмотрела она на нас.
— Да хрен его знает. Механики купили те же, что были. Это машина нашей мамы. Она в прошлом любила спуск. Шины ничего, но на холодную плохо держат.
— Точно T888. У вас много?
Я посмотрел на три паллета шин, один из которых мой. У меня кстати родные полудохлые уже, так что нужно скоро поменять. А для себя я заказал полугладкую резину из Ломбардского Герцогства. Не для дрифта, но выбор универсальный.
— Посмотри. Может среди них есть они.
Она обернулась и кивнула.
— Можно я у вас обуюсь? У меня еще весна-лето много в гараже, а сейчас лето. Не куда деть летнюю.
— Ой, да бери. Только они быстро изнашиваются. — сказала сестренка.
— На спуске все быстро изнашивается. Кстати, не против вместе прокатится сегодня? — приблизилась она вплотную к Кате.
— Не надо, она еще не так хороша. — стал я отговаривать Лэйлу.
— Ой, да я буду на соседнем сиденье. — улыбнулась Катя.
— Я не против — улыбнулась Лэйла.
— Тогда нам надо точно запасные покрыхи. — сказала она, по-хозяйски открывая багажник.
Я увидел, как по телу сестры прошел заряд. Ну, против металлиста электрик, это по-разному может быть. Но, вот не надо мне тут резких движений… Так что, я схватил её за запястье и погасил искру.
Лэйла непонимающе отпрыгнула от багажника, смотря то на меня, то на сестру.
— Это же…
— Антиматериальная Крупнокалиберная Техномагическая Винтовка Зарница-2М. И да, на месте убийства Михи Гивидзе нашли пули именно такого калибра.