Женщина в библиотеке
Дорогая Ханна!
Надеюсь, ты в порядке. Увидел по новостям, что в Австралии потопы. Вы же только вчера горели? В любом случае надеюсь, что стихийные бедствия, атакующие вашу славную нацию, тебя не тронули или хотя бы сильно не задели.
Итак, наша героиня спит со злодеем. Классический сюжетный ход! Классический потому, что работает. Ее непременное разочарование станет еще сильнее. Как и разочарование Уита и Мэриголд, полагаю. Хотя мне кажется, что Мэриголд уже сейчас что-то подозревает, а вот Уита разоблачение ударит сильно. Относительно сцены близости Каина и Фредди: мне кажется, будет лучше, если она пройдет не так гладко. Может, сделать Каина импотентом — это станет симптомом или причиной его убийственной ярости. Возможно, у него есть потребность унижать или быть униженным. Думаю, подобные детали сделают сюжет правдоподобнее и сильнее.
Насчет моего адреса. Я невероятно тронут тем, что ты хочешь прислать мне подарок, но серьезно, Ханна, я представляю, сколько стоит отправить посылку из Австралии в США, и не могу позволить тебе пойти на такие траты. Придержи свой подарок — когда-нибудь я заберу его лично.
Глава двадцать первая
Каин живет в Роксбери, в старом здании, которое выглядело бы красиво, если бы его отремонтировали. На дорожке у входа стоит группа молодых людей. Несколько здороваются с Каином, когда мы проходим мимо. Они говорят громко, разбавляя речь простыми и совсем не агрессивными ругательствами. Каин отвечает дружелюбно, хотя и не останавливается поговорить или представить нас. Внутри дом блеклый и потрескавшийся, но чистый. Лифт, шумя, поднимает нас на третий этаж, и Каин открывает дверь под номером 319.
Если бы мы не знали, что в квартире побывала полиция, мы бы ее вызвали. Внутри словно ураган прошелся. Со всех полок сбросили вещи, вытащили каждый ящик, скинули каждую подушку. Предметы свалили в гору в центре комнаты. Какое-то время мы просто смотрим на бардак.
— Начнем с книг, — решаю я. — Давайте вернем их на полки. Каин, как ты их расставлял?
— В смысле?
— По алфавиту?
— Сюда романы и поэзию, сюда нон-фикшен и рабочие материалы. — Он указывает на нужные шкафы. — И да, авторы по алфавиту.
Я улыбаюсь. Сама я распихиваю книги как придется. Легко убрать, труднее найти.
— А как же твой кабинет? — вдруг спрашиваю я. — Боже! Там тоже все раскидали?
— Забрали с собой. Вместе с компьютером. — Голос у Каина ровный, но я все равно слышу раздражение, злость. — Полагаю, ищут мой манифест или что-то подобное.
Ужас, видимо, отразился у меня на лице. Каин приобнимает меня.
— Все не так плохо, — шепчет он. — Я сфотографировал диаграммы сюжета и отправил их себе по электронной почте вместе с рукописью.
Я прижимаюсь к нему. Наши взгляды встречаются, и на какое-то время мы теряемся в глазах друг друга.
— Эй, вы двое! За работу! — Мэриголд несет стопку книг к нужной полке.
Втроем мы возвращаем гостиной некое подобие порядка. Расставляя книги в алфавитном порядке, я наслаждаюсь вкусом Каина в литературе. Произведения умные, разнообразные, эклектичные. Потертая классика с пометками на полях. Недавние релизы. Лауреаты премий и бульварное чтиво. Редкий графический роман. Словарь и несколько справочников по грамматике.
— Твою мать! — Мэриголд стоит на пороге спальни.
Подхожу посмотреть, что не так. В спальне тоже беспорядок: одежда и постельное белье, обувь и книги лежат в куче на голой кровати. Матрас порезали, ткань и поролон содрали с металлических пружин.
— Какой-то офицер подумал, что увидел на чехле порез, — вздыхает Каин. — Оказывается, люди часто прячут вещи в матрасах.
— И они просто так его и оставили? — Мэриголд в ярости. — Где ты будешь спать, по их мнению?
— Думаю, они надеялись, что я буду спать в камере.
— Ну не могут же они просто…
— Они оставили какие-то бумаги, которые нужно заполнить…
— На бумагах не поспишь, Каин. — Мэриголд злится все сильнее. — Поговори со своим адвокатом… У тебя же есть адвокат?
— Я умираю с голоду. — Каин сжимает мою ладонь. — Вы хотите есть? Можем заказать пиццу.
— Я хочу, — говорю я, во-первых, чтобы помочь ему сменить тему, и, во-вторых, потому, что осознаю, что ужасно голодна. — Есть любимая пиццерия?
— В ресторане в паре блоков отсюда есть доставка. — Каин тянется в карман и тут же морщится. — Черт… Фредди, одолжи телефон?
Он берет мой и набирает номер:
— Говори, какую хочешь, Мэриголд, иначе мы все будем есть вегетарианскую.
Мэриголд заказывает пеперони с анчоусами. Я уточняю, нельзя ли добавить на вегетарианскую пиццу ананас с халапеньо.
— Ты хочешь, чтобы я просил положить на пиццу фрукты? — шепчет Каин.
— Поверь, это вкусно, — заверяю его я.
С толикой скепсиса он делает заказ. Пока ждем, начинаем разбирать кухню-камбуз на случай, если нам понадобятся тарелки. У Каина, похоже, минимум кухонных принадлежностей, так что справляемся мы быстро. Когда приезжает пицца, с кухней мы почти закончили.
Садимся на пол в гостиной и едим прямо из коробок. Я заставляю Мэриголд с Каином попробовать вегетарианскую пиццу, чтобы продемонстрировать им достоинства ананаса. Мэриголд с отвращением отказывается. Каин съедает кусок, но и он, похоже, не убежден.
— Уиту может понравиться, — говорит он. — Похоже на его странные пончики.
Я смеюсь над их бедным американским вкусом и рассказываю о чудесных гамбургерах с яичницей и свеклой.
Какое-то время мы героически игнорируем факт, что мы приехали сюда убираться после полицейского обыска, во время которого офицеры пытались найти оружие убийства. Но разговор неизбежно переходит на эту тему.
— Не понимаю, почему они решили, что ты захотел убить Шона Джейкобса, — говорит Мэриголд, убирая с куска пиццы ананас. — В этом нет смысла.
Каин пожимает плечами:
— Подумали, что я захочу отомстить за то, что он вмазал мне бутылкой, наверное.
— А ты захотел? — спрашивает Мэриголд.
— Что? — Я шокирована: как она может спрашивать — даже думать — такое!
Каин просто смотрит на нее.
— В смысле — ты что, даже ни капельки не разозлился? — поясняет она. — Я знаю, что ты его не убивал, но ты же злился? Это естественно.
Я вспоминаю, что Мэриголд изучает психологию — настоящая Девушка с Фрейдом.
— Он был под наркотиками, — отвечает Каин. — Я злился на себя, что оказался в этой ситуации. Надо было сразу понять или хотя бы пригнуться. — Он качает головой, облокачиваясь на книжный шкаф. — Если бы мы вызвали полицию, как ты сказала, Фредди, он сидел бы в тюрьме, а не лежал бы мертвый.
— Ты этого не знаешь. — Я подсаживаюсь ближе к нему.
Мэриголд соглашается:
— В Бостоне каждую ночь происходят десятки драк и нападений. Вряд ли полицейские отвлеклись бы от своих пончиков.
Я оглядываю разгромленную квартиру:
— Ну, теперь они отвлеклись.
Мэриголд задумчиво хмурится:
— Теперь это убийство.
Сначала Каин отвозит Мэриголд домой на Атенс-стрит.
— Ты же не дашь ему вернуться домой, да? — шепчет мне Мэриголд, вылезая из машины. — Его кровать…
Я смеюсь:
— Предложу ему свой диван.
Она открывает рот, решает ничего не говорить и собирается уйти. Но вдруг разворачивается, целует меня в щеку и шепчет еще тише:
— Будь осторожна.
Я смотрю ей вслед, озадаченная и немного напуганная ее предупреждением.
— Все в порядке? — спрашивает Каин.
— Мэриголд волнуется, где ты будешь спать сегодня.
— А, понимаю. — Он бросает взгляд на рюкзак, в который на скорую руку упаковал сменную одежду, когда я предложила переночевать у меня дома. — И где, она боится, я буду спать?
— Она переживает за твой пострадавший матрас. — Я не упоминаю ее последнее предупреждение — сама еще не знаю, что оно означало.