Повседневность (СИ)

 Его звали в гости, оставляли на ночь и брали с собой в походы, когда Джек Трюмпер вытаскивал своих сыновей на природу. Брат Тома, Колин, был на четыре года старше него и на шесть лет старше Билла и, отправляясь на подобные вылазки, постоянно ныл как ему скучно и не престижно возиться с такой малышней. А вот Биллу нравилось все. Он обожал проводить свое время в кругу этой семьи. С ними он готов был ехать куда угодно, хоть в лес с ночевкой, хоть в супермаркет за продуктами. Да он и Колина любил, хоть тот постоянно скулил над ним и обзывал девчонкой. Том его всегда защищал и даже один раз подрался из-за него со старшим братом. Билл гордился этим целый месяц.
 Как-то постепенно и незаметно его отношение к Тому переросло во что-то большее, не умещающееся в рамки просто дружбы. А вот у Трюмпера, все осталось так же, как было всегда. Он дружил с Биллом и бегал на свидания с девчонками, после которых подробно рассказывал Каулитцу о своих обжиманиях. Билл страдал, мучился, но ни чем не выдавал своих чувств.
 Сорвался он только однажды, семь лет назад, на свадьбе Тома. Билл долго не мог понять на кой черт двадцатиоднолетнему Трюмперу приспичило жениться, но влюбленный по уши друг слышать ни о чем не желал. В тот день Билл страшно напился, до потери сознания и сильнейшего алкогольного отравления. С тех пор Кэтрин его терпеть не может, на всю жизнь обидевшись за сорванную свадьбу. Ведь Том бросил ее разбираться с гостями и повез Билла в больницу. Да еще и сидел с ним почти сутки, пока угроза для жизни не миновала.
 За те годы, что Том был женат, Билл практически не появлялся в его новом доме, не желая мельтешить перед глазами его жены и быть причиной скандала. А скандалы Кэтрин умела закатывать грандиозные, просто совершенные по своему размаху и эпатажу. Том с ней не спорил, предпочитая отмалчиваться, но друга бросать не желал, частенько выбираясь к нему на выходные вместе с дочкой. Ребекку Билл обожал всем сердцем. Эта мелкая шестилетняя всезнайка стала ему настоящим другом. Он любил девочку ничуть не меньше, чем ее отца.
 Несмотря на свои чувства к Трюмперу, с личной жизнью Билл завязывать не собирался. Это было бы совершенно бессмысленно и никому не нужно. Но никаких других парней, кроме Тома, тоже видеть рядом с собой не желал. Поэтому иногда, когда хотелось, он встречался с девушками. Их было не так уж и много, и надолго они не задерживались, но такие, ничего не значащие отношения, устраивали его абсолютно.
 С последней своей подружкой, американкой азиатского происхождения, Ким, он встречался почти год. Шустрая, очень симпатичная, хрупкая, как фарфоровая куколка, совершенно без комплексов, помешенная на карьере, она продержалась рядом с Биллом дольше, чем все остальные вместе взятые. Они были хорошими приятелями, не более, и оба прекрасно это осознавали, благодаря чему ссор и конфликтов у них не происходило. Встречались, когда были свободны и занимались сексом, когда оба этого хотели. Они заранее договорились, что если один из них найдет для себя более подходящую пару, второй отпустит его, даже не поморщившись. Сегодня Ким должна была приехать на ночь, и Билл напомнил себе после работы заскочить в магазин за вином и какими-нибудь вкусностями.
 Он выпрямился и завел машину. В рекламном агентстве, в котором Каулитц работал, график был ненормированный, и за тем, во сколько ты приходишь и уходишь, никто особо не следил, но завтра надо было сдавать заказ, а кое-какие не подчищенные хвосты еще оставались... Шел уже десятый час вечера, когда Биллу удалось вырваться домой. С Ким они договорились на десять, и он торопился, не желая заставлять девушку ждать. Ключей от квартир они друг другу не давали. Билл едва успел принять душ и переодеться, как раздался звонок в дверь.
  
 - Привет, красавчик, - почти пропела девушка, врываясь в его квартиру. – Я тут нам ужин притащила… голодная, жуууть. Ты как, поужинал или меня ждешь?
 - Я домой зашел пятнадцать минут назад, так что будем считать, что жду тебя, - вздохнул Каулитц и поплелся на кухню, следом за исчезнувшей там подругой.
 Ким все делала с какой-то сумасшедшей скоростью, говорила, двигалась, меняла темы разговора. Иногда, когда Билл очень уставал, его начинало это немного раздражать. Хотелось тишины, домашнего уюта и спокойствия, но с ней так не получалось. Минут через двадцать они валялись на ковре в гостиной, пили вино и таскали еду прямо руками из магазинных коробочек.
 - У нас сегодня на работе такой зоопарк был, - хихикнула девушка, делясь с ним впечатлениями прожитого дня. – Совершенно неожиданно главный босс с проверкой нагрянул… представь себе картину: заходит он – царь зверей, и весь наш крольчатник испуганно замирает, придумывая под кого бы замаскироваться. Кто начинает изображать из себя удава, кто носиться вокруг него трепетной ланью, ну, разумеется, пара шакалов тоже нашлась…
 - А ты кто? – хохотнул Билл.
 - Я канарейка! Порхала и щебетала! – весело помахала руками Ким.
 - А с кем у тебя я ассоциируюсь? – с любопытством спросил Билл, вытягиваясь на спине и подкладывая руки под голову.
 - Ты стальной зайка! – уверенно оповестила его девушка, склонив голову на правое плечо и прищурив левый глаз.
 - В смысле?! – он даже на локтях приподнялся от удивления.
 - Ну, ты весь такой мягкий и пушистый, зайка – зайкой, а внутри ТАКОЙ стержень, что его не то что сломать, а даже погнуть не удастся, как ни старайся. Люблю сильных мужчин, какими бы нежными и слабыми они не выглядели.
 - Спасибо, наверное… - неуверенно протянул Билл, не зная как реагировать на такие эпитеты в свой адрес. - Я могу принять это за комплемент?
 - Конечно, можешь, - заверила его Ким.
 Они поболтали еще какое-то время, потом Ким отправилась в душ, а Биллу, как хозяину квартиры, пришлось ликвидировать следы их поздней трапезы. Он помыл посуду. Расправил постель. Почистил зубы, с удовольствием поглядывая на тонкий, неясный из-за непрозрачного стекла силуэт, отгороженный от него дверкой душевой кабинки. Лег в кровать и даже успел задремать, когда девушка, наконец, появилась и нырнула к нему под одеяло.
 - Сексом заниматься будем? – спросила Ким, прижимаясь влажным горячим телом.
 - Не хочу, - отозвался Билл, устраиваясь поудобнее. – Ты только не обижайся, просто я устал страшно и…
 - А чего на тебя обижаться? – перебила его Ким. – Все равно толку никакого не будет, ты же чурбан бесчувственный… да и если честно, я бы тоже просто поспала, - призналась она.