СССР-2012. И вновь продолжается бой! (СИ)

— Тут? — я всегда поражался, как в головах людей совмещается электронная пропускная система, фиксирующая время входа и выхода, а может и передвижение по территории, кто знает, и бумажный журнал, в котором ты должен расписаться за токен. Он же всё равно фиксируется в системе. Но спорить не стал, поставив закорючку и забрав ключ и паспорт. — Благодарю.
— Следующий! — недовольно рявкнула тётка, явно пытаясь спугнуть меня, но я и сам уже двинулся к вахте, оставив недовольную бабу капать на мозги остальным командированным.
Планировка академии не поражала воображение сложностью дизайна или архитектуры. Узкие коридоры, как в школе или больнице, двери кабинетов, предназначенных для теоретической части, плюс залы для практических занятий. Боевые техники здесь не преподавали, но всё же имелся полигон и для них. Причём весьма приличный, с земляными валами, служащими пуляуловителями, или скорее техникоуловителями, полосой препятствий и даже двумя большими прудами. Ну а чего, и рыбку развести и работу с водой освоить. Энергеты же, это не маги из книг, чтобы там, например, только огнём кидаться. Они могли оперировать как чистой энергией, так и придавать ей стихийные свойства, не ограничиваясь четырьмя классическими материями. Но для этого нужно было тренироваться.
Понятное дело, обойти всю академию за столь короткое время я не мог, да и не собирался. Зачем, когда есть пожарный план, где всё нарисовано. Вот его я и изучил, чтобы понимать, куды бечь если что. А что такого, находиться в здании полном необученных Кандидатов было немного боязно, я это честно признавал. Сорвётся у такого техника и половину здания разнесёт нафиг, что тогда делать? Утрирую, конечно, Кандидат на такое не способен, но вот устроить пожар — запросто. Наверное, поэтому огнетушители и прочий инвентарь имелся на каждом этаже через каждые три метра. Иначе стал бы я паниковать.
Кабинет четыреста одиннадцать, как и положено нашёлся на четвёртом этаже. Ничем не примечательная дверь, с табличкой «Инструктор Симковскя Т. И.». Я думал, меня хотя бы к директору сначала пригласят, но нет, именно этот номер кабинета был указан в повестке. Что ж, не очень-то и хотелось. Я конечно, за последний год привык, что мою персону облизывают со всех сторон, директор техникума здоровается за руку, ну а как, если я ему мало того, что спортивных наград принёс, так ещё фактически новый факультатив создал, который вполне может перерасти в полноценный факультет сверхмалых беспилотных летательных аппаратов. Плюс чуть ли не первый энергет ставший Кандидатом до двадцати лет. Короче куда не целуй, всюду жо… стоп это из другой оперы. Ну ладно, звезду я поймать не успел, поэтому пообщаемся и с инструктором. Я постучал и не дожидаясь ответа, распахнул дверь.
— Разрешите? — в кабинете, кроме женщины за столом никого не было, — я по повестке для прохождения курсов.
— Проходите, — кивнула та, — присаживайтесь. Немного подождите, я скоро закончу.
Я не стал понтоваться, молча усевшись на стул и разглядывая хозяйку кабинета. Лет сорок — сорок пять, каштановые волосы, убранные в гульку на макушке. Одета весьма строго, никаких открытых мест, однотонная блуза или платье, полное отсутствие украшений. И очки, хорошо ещё что не в тяжёлой роговой оправе, а довольно современные, лёгкие и удобные, со слегка затемнёнными стеклами. Короче типичная училка, зацикленная на работе. Но почему-то её лицо мне показалось знакомым. Словно я уже видел её где-то, но нырять в сатори чтобы вспомнить, где именно было невежливо, так что я попробовал сделать это без помощи состояния просветления, однако не преуспел. Крутилось что-то, но никак не получалось поймать мысль за хвост.
— Благодарю за ожидание, — женщина закончила писать, закрыла тетрадь, убрала ту в папку, а её, в свою очередь, в ящик стола. После пододвинула к себе довольно толстый журнал, на котором я мельком заметил своё имя, и распахнула его, — Калинин Семён Павлович, бывший Чеботарёв, по фамилии матери, восемнадцать лет, Кандидат, экстерном закончил авиастроительный техникум по специальности «Программирование», кавалер орденов «За личное мужество», «Знак почёта», ряда ведомственных наград, лауреат Сталинской премии первой степени, Герой Советского Союза. Неплохо в вашем возрасте.
  
— Я тоже так думаю, — лучезарно улыбнувшись, я устроился поудобнее на казённом стуле. — Простите, а откуда данные про героя? Это закрытая информация.
— Так же, как и ваше участие в разработке нового типа аккумуляторов, и технике парного развития. — кивнула женщина. — Прошу прощения, я не представилась. Татьяна Игоревна Симковская. Ваш инструктор, и у меня полный допуск к вашему личному делу.
— Да я уже заметил, — сложно не понять этого, когда тебе озвучивают информацию, которую во всей стране знает от силы десяток человек. — И, я так понимаю, вы будете моим тренером.
— Верно, — кивнула Татьяна Игоревна. — Вы же не забыли, какое поручение вам дали? Стать сильнее. Полтора года до Кандидата — это неплохая скорость для мирного времени, но в дальнейшем сроки развития будут расти в геометрической прогрессии. Так что моя задача не только дать вам необходимый минимум техник, но и помочь со прогрессом энергетического тела.
— А… это вообще возможно? — честно говоря, у меня в голове слова Симковской плохо ложились на картину мира. — Просто по моим наблюдениям я и так развиваюсь ненормально быстро. Не то чтобы я против, наоборот, просто почему если есть методики остальные этого не делают? Не поверю, что я такой прям уникальный, но пока мне не встречались люди моего возраста рангом выше Разрядника.
— За всё надо платить, — покачала головой женщина и только сейчас я заметил какой у неё взгляд. Холодный, даже я бы сказал ледяной, пробирающий до самой глубины души. Словно сама смерть туда заглянула. — И за силу больше, чем за что бы то ни было. Далеко не все на это готовы. Например, вы знаете, что за три года войны в нашей стране появилось двадцать шесть Архонтов? Но буквально через десять лет их осталось всего двенадцать. А ещё через пять лет всего восемь.
— А… — я хотел было спросить, куда они делись, но мне в голову пришёл совсем иной вопрос, куда более важный, который мог открыть всю суть проблемы. — А сколько Архонтов было на начало войны?
— Ни одного, — кивнула Татьяна Игоревна. — Вы умеете смотреть вглубь проблемы, молодой человек.
— Не скажу, что мне это сейчас нравится, — я поморщился, понимая, что именно там происходило. — Демонические техники?
— Далеко не только они, но… отрицать глупо. — вздохнула Симковская. — Тогда это казалось приемлемым. Не всё, некоторые вещи были отвергнуты категорически, а тех, кто пытался их применять убирали свои же. Но многое всё же использовали. И сами того не зная попали в ловушку. Вы спрашивали, почему сейчас не пытаются форсировать развитие операторов? Потому что постепенное увеличение силы позволяет адаптироваться не только организму, но и психике. Из тех восемнадцати погибших после войны Архонтов почти половину пришлось ликвидировать. Они практически потеряли человеческий облик. Остальные или покончили с собой или не совладали с собственными силами, фактически самоуничтожившись. Остальные… нам пришлось как-то справляться, адаптироваться к столь быстро обретённым силам. Пытаться приспособить их на что-то ещё, кроме массовых убийств.
— Нам… — я посмаковал это слово. — Как звучит-то, нам! Неожиданно. Честное слово. Как пыльным мешком по голове. А почему…
— Фамилия? — Татьяна Игоревна Симковская, а точнее Сикорская, трижды Герой Советского Союза, Архонт аспекта льда, слегка улыбнулась. — Это девичья моей матери.
— Нет, я про волосы, — я кивнул на гульку. — Думал, что у вас они тоже белые, как у внука и правнучки.
— Для этого нужно было родиться с аспектом, так что у меня они просто седые, пришлось покрасить, — ничуть не смутилась та. — Значит, это тебе я обязана тем, что пришлось бросить работу, исследования, учеников и согласиться на должность инструктора в институте повышения квалификации. Нет, жест я оценила. Игорь, наверняка, тоже. Но самому не жалко было потратить такой шанс на старую и никому не нужную бабку?