Разведи огонь (ЛП)

Мой план остаться без внимания в этом году был сорван с первого дня. Я постоянно попадала в ситуации, которые привлекали ко мне внимание — внимание, которого я не хотела.
Хотя загруженность помогала. Окружение себя счастливыми людьми позволило мне на некоторое время притвориться одной из них. Но я знала, что это не так. Уже месяц, как мой отец был мертв, и каждый день был для меня борьбой за то, чтобы принять свою жизнь.
Песок и гравий хрустели под моими ботинками, когда я шла через темную парковку к минивэну. Я нажала на брелок, чтобы снять сигнализацию и открыть заднюю дверь, затем порылась на заднем сиденье, куда повесила объемистую сумочку, которую купила во время поездки на выходные в Париж.
С помощью только тусклого верхнего освещения я наклонилась над своей сумкой, роясь в вещах, чтобы найти маленький пакетик, наполненный бинтами и другими вещами, которые моя мама вынудила взять с собой.
— Я думал, ты сбежала.
Волосы у меня на затылке встали дыбом. Колени Себастьяна Веги скользнули по тыльной стороне моих ног. Если бы я выпрямилась, мы наверняка были бы прижаты друг к другу.
— Нет, я все еще здесь. — Мне пришлось бороться с желанием броситься вовнутрь машины и запереть двери.
— Ждешь, что я истеку кровью до смерти, прежде чем ты вернешься? — Грубые кончики пальцев прошлись по тыльной стороне моих голых бедер, до ягодиц. — Подумал, что я должен прийти и найти тебя. Тебе не следует бродить по темным парковкам в полном одиночестве.
Мои руки начали слишком сильно дрожать, пока я продолжала поиски. Мне было интересно, что бы я увидела, если бы прямо сейчас посмотрела в глаза Себастьяну Веге. Будет ли больше насилия или что-то более страшное? Власть? Его прикосновения были настолько собственническими, что он, должно быть, думал, что имеет на это полное право.
— Убери от меня свои руки, — прошипела я.
— Я не причиню тебе вреда. И ты совсем не возражала, когда я прикасался к тебе во время игры. — Один палец проник между моих ягодиц, потянув за промежность моих трусиков. — Ты была мокрой?
— Это не твое дело.
Он усмехнулся, низко и злобно.
— Ты продолжаешь это говорить, но я думаю, что имею право знать. — Его палец скользнул вперед, нащупывая влажный материал между моих бедер. — Я, блядь, так и знал. Я чувствовал твой запах. Ты хоть представляешь, как мне было тяжело от этого? Прикасаться к тебе вот так прямо на глазах у твоих друзей, и ты это позволяешь? Я думал, что в любую секунду оттолкнешь меня, но ты этого не сделала, Грейс. Ты этого не сделала.
— Если я оттолкну тебя, ты остановишься? — Все еще согнувшись в талии, я уперлась руками в заднее сидение. Если бы я стояла прямо, у него был бы доступ к большей части меня, но, возможно, у него уже был доступ ко всему, что его интересовало. Мой желудок сжался, когда он поиграл с краем моих трусиков, скользя по моей половой губе.
— Если бы я знал, что ты действительно это имеешь в виду, — он прижался бедрами к моей заднице, его эрекция казалась стальной за молнией джинсов, — тогда может быть.
— Я серьезно. Отвали от меня, Баш. Я не хочу, чтобы ты прикасался ко мне. — Без предупреждения я вылезла из машины и развернулась так, что мы оказались лицом к лицу.
Он окинул меня своим темным взглядом, затем один уголок его рта дернулся.
— Нет. — Он поймал меня в свои объятия, его грудь прижалась к моей. — Я думаю, ты хочешь поиграть.
Глава ВОСЬМАЯ
Себастьян схватил меня сзади за шею, удерживая на месте, и приподнял перед моей юбки, запустив руку в мои трусики. Его дыхание было горячим на моих губах. Если бы он попытался поцеловать меня, я бы укусила его к чертовой матери. Если бы я не выпила две кружки пива и не увязла в горе, я бы закричала.
Мое сердце сильно забилось в груди, угрожая разорвать грудную клетку, когда Себастьян коснулся моего клитора.
— Зачем ты это делаешь? Я тебе даже не нравлюсь.
Он покачал головой, не отрывая взгляда от своей руки под моей юбкой.
— Тебе не обязательно мне нравиться, чтобы захотеть засунуть в тебя свой член. Я могу ненавидеть тебя и все равно хотеть ощутить вкус твоей киски на своих губах. Дело не в том, чтобы кому-то нравиться. Мы не влюбленные подростки. — Его пальцы кружили вокруг моего клитора, снова и снова дразня меня.
 
Мой желудок сжался. Паника пробежала по моему позвоночнику. Он делал это. Прикасался ко мне. Может быть и трахнет, если захочет. Даже если я закричу, меня никто не услышит. Люди были внизу, на пляже, а океан и музыка заглушали все остальные звуки.
Себастьян зарылся мне в волосы, сжимая их в кулак, и откинул мою голову назад. Он опустил свое лицо к моей напряженной шее, проводя зубами по моему горлу, затем лизнул дорожку от ключицы к челюсти, продолжая свою медленную пытку между моих бедер.
Баш был прав. Я была мокрой. Но это не означало, что я хотела его. Мое тело отреагировало, потому что он касался чувствительных нервных окончаний. Это была естественная реакция, которая не имела никакого отношения к тому, кто ко мне прикасался. Да, меня влекло к Себастьяну каким-то извращенным образом, но я едва знала его. Мы даже никогда не целовались — я никогда не хотела целовать его, — и теперь он знал, какая моя киска.
— Задери рубашку, Грейс. Покажи мне, какие у тебя красивые сиськи. — Видя, что мои действия заторможены, Себастьян укусил меня за плечо, впиваясь зубами. Острые электрические искры пронзили меня насквозь. Я попыталась оттолкнуть его, но он не сдвинулся с места. Затем он начал целовать место укуса, крепко держа меня в своих объятиях. Это было слишком, мой мозг был перегружен. Я потеряла грань между болью и удовольствием.
Темный шепот в глубине моего сознания, который я не совсем понимала, заставил меня захотеть повиноваться ему.
Всхлипывая, я потянула за край своей футболки, собирая ее над грудью. Себастьян, наконец, отпустил меня, прослеживая взглядом каждое мое движение. Он, не отрываясь, следил за мной, сжимая мои волосы так сильно, что у меня перехватило дыхание, и я потянула руки за спину, чтобы расстегнуть лифчик. Отстегнув, подняла его, освободив свою грудь от чашечек.
Себастьян зарычал, подойдя ко мне вплотную, пока я не приземлилась на задницу на пол минивэна. Он последовал за мной, поставив одно колено между моих бедер и нависая надо мной. Желая обрети некоторое пространство, я отодвинулась назад. И это стало моей очевидной ошибкой. Себастьян вторил моему движению, заполнив собой все пространство своим мощным телом, и закрыл дверь автомобиля.
Я была в ловушке. Второй ряд сидений был убран, так что у него было достаточно места, чтобы делать со мной все, что ему хочется.
И он это сделал.
Себастьян опустил свой горячий рот к моей груди, посасывая сосок. Другую грудь он накрыл ладонью. Меня одновременно тошнило от отвращения к его вольности, которую он позволил себе, и от ярости на свое тело за то, что оно стало податливо его ласки.
Я попыталась скрыть свою реакцию, но когда он поднял голову, дерзкая ухмылка тронула его полные губы.
— Ты можешь отрицать это сколько угодно, но тебе это нравится, Грейс. Тебе это нравится. — Себастьян обхватил пальцами мое горло, сжимая более нежно, чем я ожидала. — Если ты будешь драться со мной, это только сделает меня сильнее. Помнишь, я сказал, что мне нравится, когда ты кусаешься в ответ?
— Ты больной, — прохрипела я, хотя вокруг нас было достаточно воздуха. Сам факт того, что он сжимал мое горло, заставил меня почувствовать себя задушенной. Но я не брыкалась и не пыталась вырваться, потому что какой-то глубокой, неизведанной части меня это нравилось. Опасность, потеря контроля, острая боль. От этого осознания у меня перехватило дыхание больше, чем от его сжимающей руки, и мой разум затуманился от страха.
— Может да. А может и нет. На самом деле это не имеет значения, не так ли? — Он опустил свои бедра между моих ног, потирая свою эрекцию о мою сердцевину. Мои глаза угрожали закатиться, когда он снова и снова ударял по моему клитору.