Упорядоченное (Сборник)

Кассиус кивнул.
– Что ж. Интересного тут и впрямь с преизлихом. Вот, например, проблема мандукарезавров. Я тоже отмечаю существенный рост их популяции, причём с возросшей агрессивностью. Те же спруты – их всё больше и больше. А ещё псевдоарахниды, мантикорогибриды, саламандроподы…
– Это что-то новенькое, – заметила Клара.
– О да. До сих пор считалось, что магическим огнетворением обладают только и исключительно драконы или относительно небольшие ящерицы, Salamandridae. А тут мы, похоже, имеем дело со спонтанной гибридизацией, уникальным межвидовым скрещиванием…
– Скрещиванием?! Кас, ты о чём?
– Назовём это тогда трансфером наследственного материала, – пожал плечами маг. – Трансфером неизвестной природы. В общем, теперь мы имеем стада пламеизвергающих ящеров.
– Крупных? – деловито осведомилась Клара.
– Размеры разнятся. От шести футов в холке до восемнадцати.
Чародейка негромко присвистнула.
– Мы имеем дело с локальным экстремумом, это несомненно, – продолжал Кассиус. – Резко возросла частота и эффективность мутаций. Доля летальных существенно снизилась. Вместе с учеником Юлием мы пытаемся разобраться в происходящем. Ваши данные, дорогие гостьи, – светский поклон Кларе, светский поклон Леандре, – полностью согласуются с нашими. Мне кажется, вас сюда привела сама судьба.
– Какая ещё судьба? – нервно проворчала Клара. – Нам с госпожой интерном надо двигаться дальше! В общем, «слышишь чеканный шаг»!..
– «Это идут барбудос», как ты, бывало, певала? – вдруг подмигнул хозяин.
– Надо же, запомнил, – буркнула Клара. Леандре показалось – смущённо.
– Я всё помню, – с неожиданной серьёзностью сказал Кассиус. – «Patria o muerte [36]», да? Так что же, вы и впрямь нас покинете так скоро? Оставив разбираться с мандуками и спрутами?
– Посмотрим, – скривилась Клара.
– Да чего ж тут смотреть – глянь, как твоя интерн наворачивает. Всё-таки хорошие эликсиры мы сварили с Юлием, качественные, верно?
– Верно, – признала справедливая чародейка.
– И вообще, – вдруг поднялся хозяин. – В моих владениях уже вечер, куда вам торопиться?
Лёгкий взмах руки – загудело в камине пламя, упали портьеры тяжёлого бархата, тёплым светом зажглись магические светильники.
– Переночуйте хотя бы. Завтра с первым светом двинетесь. А пока, – Кассиус жестом фокусника распахнул створки шкапа, – помнишь, Клара?
Он держал гитару – явно старинную, но ухоженную и бережно хранимую. В Долине сей инструмент был не слишком популярен, но на нём отлично играла подружка Аличия ди Дарио.
– Антонио де Торрес [37], - небрежно бросил чародей, и Леандра увидала, как у госпожи Хюммель глаза полезли на лоб. – Подлинник. Прекрасное состояние. Хранился у одного безумного коллекционера – струн не касались лет сто, если не больше. Прошу!
– Ой… – покраснела Клара. – Силы святые, настоящий Торрес…
Леандре имя «Антонио Торрес» ничего не говорило, но Кларе, похоже, говорило очень о многом.
– Конечно, это не знаменитая La Leone, но тоже неплоха. Спой, Клара, просим!
– Просим, госпожа Хюммель, – несмело подал голос ученик Юлий.
– Просим, мастер Клара! – пискнула и Леандра.
Клара прикусила губу.
– Да я уж всё забыла… Столько времени в руки не брала…
– Едва ли твои пальцы утратили память. – Кассиус в упор смотрел на Клару, и та вновь отвернулась, словно продолжая смущаться.
– Ну… хорошо. Что спеть, Кас?
– Нашу любимую, – тотчас ответил волшебник. – Какую ты пела на выпускном.
Клара улыбнулась, чуть печально, как показалось Леандре.
– Хорошо, Кас. Это, Леа, песня из далёкого мира… закрытого мира, где я бывала… не раз и не два. Отчего-то меня туда тянет и тянет, хотя мир донельзя странный и там нет привычной нам магии…
Пальцы её прошлись по струнам, подкрутили колки.
– Настроена в лучшем виде, Клара.
– Да, – чародейка закинула ногу на ногу, взяла инструмент.
Зазвучали аккорды, сильные, решительные и смелые, словно зовущие в праведный бой. А затем Клара запела, низким приятным контральто:
 
 
 
El pueblo unido jamás será vencido!
 
El pueblo unido jamás será vencido!
 
De pie, cantar
 
que vamos a triunfar.
 
Avanzan ya
 
banderas de unidad.
 
Y tú vendrás
 
marchando junto a mí
 
y así verás
 
tu canto y tu bandera florecer,
 
la luz
 
de un rojo amanecer
 
anuncia ya
 
la vida que vendrá. [38]
 
 
Языка Леандра, само собой, не понимала. Но песня была настолько влекущая, сильная, бодрая, что ноги сами просились не то в марш, не то в пляс.
И, когда чародейка доиграла последний аккорд, Леа первая захлопала в ладоши.
– Госпожа Клара! Ещё, пожалуйста, ещё!
– Да, госпожа, пожалуйста, пожалуйста, ещё!
– Молодёжь просит, – улыбнулся Кассиус.
Клара кивнула; глаза её странно светились, словно памятью о чём-то очень-очень хорошем.
И вновь стремительная, грозная, зовущая в бой мелодия.
 
 
– Cuba es mi amor,
 
Isla del alba roja.
 
Pueblo escucha nuestra cancion!
 
Cuba es mi amor! [39]
 
 
Слова сами ложились на язык, и уже на втором куплете Леандра подпевала во весь голос, раскачиваясь и хлопая в такт. Славные песни добывала госпожа Клара, очень славные!..
…Пели долго. Юноша Юлий на одной особенно заводной песенке вскочил и попытался вытащить Леандру танцевать, причём как-то неизящно, по-деревенски – потянул за руку, вставай, мол!
Леандра гневно нахмурилась и руку выдернула – ты, может, и сложен как мраморный «Дискобол [40]», но приличия надо знать!
А вот Кассиус присел рядом с Кларой, что-то негромко ей говоря. Волшебница опустила глаза и закусила губу, на щеках играл румянец.
– Кас… – услыхала насторожившая уши Леа. – Кас, не стоит. Пожалуйста. Не порти замечательный вечер…
Волшебник понурился, вздохнул.
– Да, конечно. – Он поднялся. – Друзья, завтра трудный день. Наша дорогая Клара почтила нас настоящим концертом, но наутро – в дорогу.
– В какую дорогу? – нахмурилась чародейка. – Мы сами по себе. Вы тут оставайтесь.
– А как же саламандры и все прочие? – искренне удивился Кассиус.
– Вот мы на них сами и посмотрим! – отрезала Клара.
– Сами?
– Только и исключительно сами, Кассиус Максимилиан! И не спорь со мной, пожалуйста!
– Кто ж станет спорить с госпожой Кларой, – криво усмехнулся чародей. – Она всегда такая, гм, убедительная и определённая. «Да» у неё означает «да»…
– А «нет» у меня означает «нет», а не «может быть, посмотрим, не знаю»! – веско бросила волшебница. Вздохнула и добавила уже мягче: – Кас, ну не надо, а? Мы всё выяснили… давным-давно.
Леандра слушала, широко раскрыв глаза. Ой-ой-ой, что же это такое делается?
– Идём, госпожа интерн, – Клара протянула руку. – Наш любезный хозяин прав в одном – завтра рано вставать. А тебе ещё, если не ошибаюсь, заполнять рабочий журнал.
Госпожа интерн жалобно и глубоко вздохнула. И тут не без домашки!
  
Интерлюдия
 
Рабочая тетрадь старшей адептки, интерна Леандры Анаксагоры Маллик