Клара (СИ)

В своём районе Клара оказалась незадолго до рассвета, но если бы не чёрное небо над ней, она бы с трудом поверила, что сейчас не час пик, и это не центр города, разве что народ не суетился, а кто валялся на земле, корчась от болей, кто сидел на остановке, кто-то наблевал себе под ноги и на ноги, кто-то истекал потом, но при этом лицо было мертвецки-бледным, некоторые ломали двери закрытых ещё как минимум четыре часа алкогольных магазинов, дрались, но как правило бил один, а второй смиренно получал удары. Не хотелось даже допускать мысль, что часть валяющихся в лужах людей, на кустах будто их туда повесили как ёлочные игрушки, могут быть мертвы. Однако тяжело было так не подумать, глядя на человека, стоящего на коленях или сидящего на корточках с головой, запрокинутой назад так, будто ему переломали шею и целых костей там больше нет. Старательно избегая смотреть на подобные картины Клара добежала до дома. Там мать корчилась от боли, теперь уже совершенно не стесняясь стонать, а на кухне сидел и курил давным-давно бросивший это отец, он как раз-таки был того типажа кто бледнел и при этом потел, оба родителя словно стыдились сейчас Клары.
Она же не ложась спать, так как вид родителей лишил её всякой усталости и словно молнией поразил её разрядом беспокойства, стала искать куда можно отправиться, понимая, что Рома если не сейчас, то очень скоро будет заниматься тем же самым. К середине дня она была почти уверена в том, где находятся именно алкогольные стоянки, но что уж поделать, встреча только через неделю, и как эту неделю прожить Клара сейчас старалась не думать. Как и старалась не думать о том, что после стольких пожеланий смерти своей матери, теперь, когда это совсем близко, всё куда-то делось и она ничего кроме сострадания не чувствует. «Почти что бесит, что я даже специально не захочу позлорадствовать», — думала она. К вечеру от усталости свалилась спать, да и завтра на работу.
Понедельник представлялся очень страшным днём. Клара думала, что сегодня на неё будут кидаться недовольные покупатели, но ещё до открытия приехала машина и даже с грузчиками, а не как обычно, когда она или Аня таскают пластиковые ящики с бутылками, так что к восьми утра полки снова были полны, а лица клиентов, которые скопились сильно больше обычного расплывались в экстазе от одного лишь взгляда на полные полки их любимой продукции.
Через неделю нельзя было сказать, что всего лишь несколько дней назад происходил какой-то апокалипсис, дома всё тоже встало на привычные рельсы: отец повеселел, у мамы резко поправилось здоровье, а всё от того, что дома появились спасительные вино и водка, разве что пить все стали немного больше и дома, и по продажам это можно было легко проследить. В общем всё вошло в привычное русло, так же, можно сказать, привычными стали подрывы логистических центов, опять сентябрь, только вот в этом году на воздух взлетело аж две стоянки в разных концах страны. Иван порывался устроить тоже самое и в столице, но здесь действительно больше машины не концентрировали, размещая их по разным стоянкам. Зато теперь можно было прогнозировать, что в феврале или марте для многих наступят сложные времена и уже не на недельку, а явно подольше, так как областные логистические центры не уступали столичным в объемах хранения. В октябре было подорвано ещё одно место где стояли машины, однако теперь отважную троицу чуть не схватили. Хоть сама стоянка никем и не охранялась, но окружать район полиция была готова сильно заранее, всё что спасло Рому, Ивана и Клару — поезд груженый углём, очень кстати ждавший перецепки на вокзале, который в свою очередь был удобно расположен недалеко от логистического центра. Весь лес был окружен, вокзал наполнен полицией, проверялись электрички и пустые вагоны, не хватило только дрона, чтобы пролететь над поездами и с высоты увидеть три тела замерших на чёрном угле.
После этого случая Иван решил успокоиться и заняться чем-то другим, к тому же у Димы были некоторые успехи с узнаванием адресов и имён. К новому году он точно знал, где живёт директор завода, на котором он теперь работает в техподдержке бухгалтерии, но ему хотелось бы узнать адрес главного технолога и вообще инженеров, Иван на этот раз не спорил, всегда внимательно слушая, особо ничего не уточняя.
 
На новогоднюю ночь Аня пригласила Клару к себе, на что та с радостью согласилась. Тридцать первого декабря сидела в комнате с родителями и дожидаясь двенадцати часов, чтобы отправиться к подруге. Мать, до этого очень уговаривавшая Клару побыть с ними «хотя бы чуть-чуть» будучи уже в развеселённом состоянии, завязала разговор с дочерью:
— А ты куда намылилась? — спрашивала она как бы с юмором.
— Да так, — так же весело пожав плечами ответила Клара.
— К Алине пойдёшь? — заплетающимся языком искажая некоторые звуки спросила мама.
— Не, в другое место.
— В какое? Сказать тяжело или что, маме своей? — уже начинались нотки агрессии, хотя улыбка ещё была на лице. Но Кларе хватило.
— Какая тебе разница, я не пью и даже не курю, чтобы за меня волноваться и всегда прихожу домой.
— Как какая мне разница, я должна знать где ты, вдруг что-то случится?
— Когда я была ребёнком вы уходили на целые ночи и всем было наплевать, что со мной случится, а тогда я была намного беззащитней чем сейчас, — хладнокровно проговорила факт Клара.
— Ты у нас самая обиженная, — теперь улыбка исчезла, — самая бедная, самая несчастная, — говорила мать явно имея ввиду другое.
В разговор вмешался отец:
— Что вы там говорите? — он действительно слушал не очень, так как увлёкся телевизором, — А? Что вы говорите, Клара?
— Да ничего такого, — она старалась подавить в себе гнев, чтобы и настроение не испортилось, и не развивать эту тему дальше.
Посидев немного с родителями, так и не признавшись куда она, отправилась к Ане, та на середине пути встретила её, и они пошли к ней домой, а спустя несколько часов, в четыре утра, Клара пошла обратно к себе. Насколько было совсем недавно тепло, настолько же похолодало сейчас, даже голова заболела от пронизывающего холодного ветра, хотя на двадцать пятом году жизни она сдалась и начала носить шапки на постоянной основе.
Всё же как бы не был силён ветер, он не мог выбить из Клары мысли о том, что Дима, по Аниным рассказам узнаёт всё больше и больше, до акционеров они доберутся вряд ли, но вот о руководстве завода, на котором он теперь работает он уже знает практически всё. А думала Клара об этом, потому что видимо похищений людей будет никак не избежать, а это уже совсем другой риск, да и не то чтобы со стоянками всё было гладко, но тут живые люди.
06.2045
«Бегать как-то уже надоело», — думала про себя Клара, — «Ещё и погодка этой весной каждый раз именно в понедельник среду и пятницу с дождями или ещё чем-то».
Всё чаще в голове крутились идеи о том, чтобы пойти в тренажёрный зал, но мешало два обстоятельства: те залы, в которые она хотела бы пойти по эстетическим соображениям — все как один находились в Весеннем районе, а от деятельности остальных в большинстве случаев остались только сайты. Вторая загвоздка — даже если бы она как-то и могла просочиться в Весенний, у которого все въезды теперь «ремонтируются», то цена на месячный абонемент составляла примерно пятую часть зарплаты Клары, а у неё деньги теперь хоть и водились, с такой суммой расставаться было жалко. Но она как-то чувствовала, что не стоит бросать поиски и вообще эту идею, в один день вышла на улицу, чтобы купить себе продуктов на неделю, в магазин отправилась, который находился подальше. Домой решила возвращаться тоже не привычным путём, а пройти сквозь двор своей школы, тем более открытые калитки к этому явно приглашали. На улице уже смеркалось, и иди там Клара на пол часа позже, вряд ли бы заметила розовую бумажку, которая скорее всего выцвела из красной, на ней стандартнейшим шрифтом было написано «ТРЕНАЖЕРНЫЙ ЗАЛ» и время работы с 18:00 до 21:00. Можно было заметить, что дверь закрыта совсем не плотно, Клара подумала, что в худшем случае там просто ничего не будет, а в лучшем она найдёт себе новый вид спорта для поддержания физической оболочки. До конца открыв скрипучую дверь, с внешней стороны обитую крашеным в коричневый, как и школьная стена, листом жести, перед собой увидела ступени уходящие вниз, в непроглядную тьму. Неуклюже достав из кармана телефон, Клара подсветила себе путь и начала спуск, пройдя метров пять, примерно на половине пути, она стала слабо слышать музыку, от чего одновременно и обрадовалась, потому что зал видимо работает, и расстроилась, потому что уже сомневалась в том, хочет ли она, чтобы он работал. Под свои раздумья прошла все ступени и оказалась ещё перед одной дверью, тоже обитой металлом, на этот раз без окраски. Клара потянула за расхлябанную пластиковую ручку, и только чуть приоткрыв эти неказистые врата, обрушила на себя поток музыки и тёплого воздуха. Она словно не ожидала, что эта дверь откроется, поэтому замешкалась, даже проскочила мысль закрыть всё обратно и просто пойти домой, однако подумав о том, что если там были люди, то они обязательно выйдут узнать «кто там щемится», всё же вошла внутрь, где на неё уже были готовы смотреть менее десятка человек.