Всё, Рыжая! Доигралась! (СИ)

— Танец, танец. Вот думаю, может, исчезнет эта гробина отсюда?
— Конечно, исчезнет, когда водитель того захочет. А он не захочет, так как у него сегодня планы на вечер, которые предполагают алкоголь, а потому, здесь вынужден тачку бросить.
Повернулся, чтобы уйти, еле сдерживая смех. Видела бы она свое лицо. Это тебе щелчок по носу за утро.
— Борисов, как же ты меня бесишь!
Я повернулся, не сдерживая улыбки, произнес:
— Аналогично, Филиппова.
И продолжил идти, ожидая, как она будет останавливать, молить, но за спиной тишина. Повернулся. Она по-прежнему стояла около своей машины, достала телефон и что-то просматривала в нем. Вздохнул и подошел обратно к Ренджроверу, молча завел мотор и запарковался слева от ее помятого недоразумения.
Она следила за моими действиями.
— Не надо благодарности, — произнес, выйдя из машины.
— Совесть замучила? — хмыкнула она, открывая дверь своего ниссана.
Охренеть! И вот как ее переспорить? Никак.
В очередной раз, вздернув свой чуть курносый нос и, оставив последнее слово за собой, она села в машину. Но при попытке завести это чудо автопрома, оно издало невнятное трещание и затихло. Не баба, а ходячая беда. Вышел из тачки, подошел к ее и постучал. Она приоткрыла окошко.
— Борисов, чего тебе еще надо?
— Хм, мне кажется, это тебе надо. Не заводится?
Она кинула на меня раздраженный взгляд, будто я виноват в состоянии ее автомобиля.
— Заводится. Просто, у нее настроения сейчас нет.
— Что? — непонимающе уставился.
— Борисов, ну не тупи. Сам же все видишь. Что за тяга задавать глупые вопросы, заранее зная на них ответ? А?
Я почувствовал, как привычное в ее обществе раздражение замаячило на горизонте. Резко открыл дверцу с ее стороны.
— Вылазь!
— Что?
— Вылазь, говорю, — терпеливо повторил.
Она вышла из машины. Я сел на водительское сидение. Как тут люди помещаются? Все настолько маленькое, мне с моими сто девяносто даже ноги некуда деть. Хотя для этой метр с кепкой — это как БТР.
— Тачка для карликов, — пробурчал я под нос.
— Что ты сказал? — воинственно прищурившись, спросила она.
— Забудь.
Посмотрел на датчики, поиграл с ключом зажигания — машина не издавала ни звука. Аккумулятор, что ли?
— У тебя проблемы с аккумулятором были?
— Нет, — в подтверждение покачала головой.
— Это первый раз, когда не заводится?
— Да.
— Хм…
— Я сегодня в аварию попала, может, с этим связано?
— Может. Короче, тачку надо в мастерскую оттащить и все скопом сделать.
— Мистер очевидность, — хмыкнула она. — Так и знала, что толку от тебя ноль, только кислород на планете зря сжигаешь.
— Слушай, в чем твоя проблема? Ты че такая агрессивная? У тебя недотрах классический, что ли?
Она резко выдохнула и убила меня. Вначале била долго ногами, потом, как минимум, провела удушающий прием, а потом прикончила окончательно — и все это глазами, не сходя со своего места.
— Пошел вон из моей машины!
От греха подальше я вылез. Наблюдал, как девушка закрывает дверь, разворачивается, проходит мимо меня, потом останавливается, идет обратно, подходит очень близко, почти вплотную и манит пальчиком:
— Что? — невольно склонил голову.
— Олежка, — тихим голосом с каким-то придыханием, сказала мне на ухо. Как же я не люблю, когда меня так называют и эта заноза знала об этом. Я невольно поморщился, а она продолжила касаться своим дыханием моей щеки. — Недотрах — это то, что ты получаешь в кровати со своими тёлками. Со мной такой вариант в принципе исключен.
Развернулась и быстрым шагом направилась прочь с парковки.
Я же так и остался стоять с чуть склоненной головой, приходя в замешательство от реакции собственного организма на этот шепот.
  
4
 
Через минуту спохватился, впрыгнул в машину, догнал девушку, открыл окно с пассажирской стороны.
— Эй! Секс-богиня, давай, подброшу.
— Слушай, ты че ко мне пристал, а? — развернулась она и вперила в меня недовольный взгляд.
 
— Ладно, ладно, не злись. Я серьезно, давай докину, куда там тебе надо.
***
Я, понимала, что ответила только что более агрессивно, чем того требовала ситуация. И причиной стала сцена на парковке, которую я сама же и устроила, и сама же привела себя в смятение. Он наклонил ко мне голову, а его запах ударил в ноздри: аромат парфюмированной воды и мужской, его собственный запах. Быстро развернулась и пошла прочь, чтобы не увидел румянец на щеках и взгляд, наверняка блестящий от внезапно замаячившей эмоции.
Но он догнал и лезет со своей помощью, а я веду себя как полная дура, идиотка, ни дать, ни взять!
Я кивнула в знак согласия, открыла дверь и быстро юркнула на сиденье.
— Куда едем?
— ГАИ на Березовой аллее знаешь? Мне туда.
Он удивленно взглянул на меня, но ничего не сказал. И умничка, что промолчал, а то с настроением у меня беда, могло бы ему прилететь.
Через полчаса мы въезжали на парковку здания ГИБДД.
Я поморщилась, увидев знакомый Мерс белобрысой.
— Спасибо, что подвез, — начало было я, собираясь выйти из машины, но Олег уже отстегнул ремень безопасности и вылез первым наружу. — Эй, ты куда?
— У меня тут тоже дело есть, — ответил и направился к зданию.
Запрещать делать ему свои дела я не могла, а потому просто поплелась следом.
Поднялись на второй этаж, зашли в дверь и тишину коридора разрезал мерзкий визг:
— Олееееег, ну наконец-то, — и белобрысая с накаченными губами, сиськами и сто пудово ж… повисла на Борисове.
Я озадачено смотрела на парочку.
— И как же я раньше не рассмотрела? — ударила ладонью себя по лбу. — Внимательнее надо быть!
— Ты о чем? — спросил Борисов, отлепляя от себя блонди.
— Да клеймо стоит у этой: «Борисов компани». Ты стареешь, а вкусы твои все такие же — на уровне восемнадцати лет. Но это не мое дело.
Я подошла к кабинету дознавателя.
— Олег, что она имеет в виду? Это то, что я думаю, Олег?
— Неправда, — ухмыльнулась я, открывая дверь.
— Ты о чем? — вновь поинтересовался он.
— Она врет, — кивнула на блонди. — Утверждает, что «думает». Это сомнительное утверждение, — и быстро юркнула в кабинет.
Из-за двери продолжали доноситься визгливые звуки. Дознаватель удивленно поднял глаза.
— Что там такое?
— У девушки из Мерседеса припадок. Сейчас отпустит — видела как ее муж ей таблетки давал.
Тот задумчиво кивнул.
— Присаживайтесь. Вы — Филиппова Марина Вячеславовна, водитель Ниссан Жук?
— Да. Я.
— Марина Вячеславовна, поставьте подпись. Здесь описаны подробности вашего ДТП.
Я взяла бумагу, внимательно прочитала, вздохнула: все верно — виновата по всем статьям. Быстро поставила подпись, взяла свою копию для страховой и отправилась на выход.
— Позовите следующих, пожалуйста, — я кивнула, открыла дверь.
Блонди с Борисовым сидели напротив кабинета.
— Вас приглашают.
Она недовольно поджала губы и зашла внутрь. Борисов чуть остановился, насмешливо посмотрел на меня, но естественно молча пройти не смог:
— Мда, если человек рукожоп — это по жизненно.
— Что? Что ты сказал? — взвилась тут же я.
— Ты слышала, — и скрылся за дверью кабинета.
Я вышла на воздух, попутно вызывая такси. Теперь предстояло дождаться вердикта страховой, кому они готовы оплатить ремонт: Порше или Мерсу. Я понимала, что на весь ремонт даже одной тачки не хватит, а, значит, на меня подадут в суд и присудят выплачивать этим мажорам бабки. Значит, буду выплачивать.
— Привет, куколка!
Я обернулась — рядом притормозил на Ауди владелец покалеченного Порше. Артем вышел из машины и подошел ко мне.
 
— Привет! — улыбнулась в ответ.
— Ты все? Подписала уже?
— Да, — невольно поморщилась.
— Если подождешь, я тебя подброшу. Слушай, а, может, поужинаем вместе? Я голоден, с работы только, а ты?