Ведьма для Архимага драконов (СИ)

О чем вещала ведьма? Моя единственная любовь лежала рядом.
Больше ведьма на меня не смотрела, она пристально разглядывала Накера.
— Твоя кровь –их кровь. Когда бы им не понадобилось.
Дракон хотел возразить, но ведьма махнула рукой, его рот захлопнулся, а глаза расширились и полезли на лоб. Он силился возразить, но так и не сумел произнести ни слова.
На что ведьма сказала:
  
— Твое согласие не понадобится.
Потом она воздела руки к небу и запрокинула голову:
— Да будет так, — громогласный крик разнесло эхом по роще.
Прошелестела листва, упорхнули птицы и снова стало тихо. И солнышко продолжало светить.
 Глава 30 
Шаардан
В Совете драконов разразился скандал.
Господина Бореля, Малори и Стаффилда достали из-под завалов. Пока троицу конвоировали, они предприняли попытку к бегству. Не смотря на млеющее проклятье, полученное в ногу и пожирающее изнутри, отец Рамины использовал внушение на одном из сопровождающих стражей.
Попытку зафиксировали, приложили к материалам дела.
После блокировки родовых чар и оказания целительской помощи, всех троих доставили на Совет для дачи показаний.
Малори и Стаффилд оправились от ментального воздействия, но были не в состоянии давать вразумительные показании из-за спутанного сознания. Их память не сохранила воспоминания в моменты подчинения. Им вынесли оправдательный приговор.
Осталось мое слово против Бореля.
У господина Бореля оказалось достаточно связей, чтобы обвинение в подготовке массового уничтожения людей заменили на превышение полномочий. Он отделался запечатыванием родовых чар, условным сроком и лишением места в Совете.
Но далее последовал еще один громкий скандал. Ведьмовской ковен заявил права на чары, которые господин Борель якобы незаконно присвоил своему роду. Ведьмы представили доказательства о краже и провели ритуал по изъятию чар у господина Бореля. Ранее о таком никто не слышал. Ведьмы вышли из тени и стали на сильную позицию в политическом раскладе сил.
Правда, чары, насильно отнятые у господина Бореля, Совет запечатал и спрятал «под семью замками» до выяснения обстоятельств. Заявления ведьм о недостатке потенциала в изъятых чарах оставили без рассмотрения за отсутствием доказательств. Я думал, Рамина унесла часть чар с собой в могилу. В целом, ведьмы остались ни с чем.
Юристы господина Бореля выдвинули встречное обвинение ведьмовскому ковену в «доведении его дочери до приношения жизни в жертву». Дело вышло сложным и запутанным. Разбирательство продлится ни один год, и скорее всего так ни к чему и не приведет.
Информация о древних манускриптах вызвала бурные дебаты, которые усугубились тем, что рукописи так и не были найдены и представлены на Совете.
Вероятность создания истинных пар с людьми, а также возможность рождения драконами здорового потомства в смешанных браках ставилась под сомнение.
Часть членов Совета оставались ярыми приверженцами соблюдения чистоты драконьей крови.
Мой брачный союз с природной ведьмой посчитали мезальянсом.
Мне не требовалось их одобрение, но тем не менее, вопрос о законности союза вынесли на тайное голосование. Я получил поддержку всего лишь с небольшим перевесом голосов. Уверен, в основном от тех драконов, чьё потомство оказалось среди пробудившейся кладки.
На слушаньях были высказаны опасения по поводу моего желания продолжить род с человеческой женщиной. Начиная с того, что многие считали просто невозможным подобное зачатие, и заканчивая предположениями о недоразвитости плода.
Дискутировали и о вреде, который плод способен нанести матери в утробе.
Между слов я считывал опасения. Драконы боялись сильного потомства со смешанной кровью. Они тряслись за свои задницы. Они чувствовали угрозу. Ведь, в манускриптах говорилось о том, что потомство от истинных пар –самое сильное.
Часть Совета не хотели перемен. Они хотели спокойно дожить свои несколько веков в привычном порядке вещей. И неважно, что через несколько столетий, даконьему роду грозило вырождение.
Они надеялись, что у драконьих пар получится отложить яйца теперь, когда мы с Василисой разбудили вулкан. Они возлагали надежды о продолжении рода на молодых драконов, вылупившихся их старой кладки, которых за глаза прозвали «последними из древнейших».
Все материалы по делу о смешанных браках отметили грифом «секретно» и спустили в архивы, постановив провести расследования, чтобы найти незаконнорождённых полукровок, если таковые, действительно, существуют и установить за ними наблюдение.
Никто из драконов не спешил признаваться в греховных связях. Наверняка, такие незаконнорожденные полукровки существовали.
Распространение информации среди людей строго запрещалось.
Я проникся разговорами, посчитал их не лишенными здравого смысла. Ведь, манускрипты, действительно, не нашлись, а верить словам Рамины я опасался. Переживал за Василису. Решил, что нам не стоит спешить с детьми. С другой стороны, я переживал, что человеческий век такой короткий.
Мне пришлось оставить мысли о мести Накеру. На время. По крайней мере сделать вид, что я успокоился. Ради спокойствия моей ненаглядной ведьмочки. Она безумно переживала за подружку и ее будущего ребенка. Как и Совет, который замял дело Накера о контрабанде единорогов, а также его причастности к делу Бореля. Ему и Беляне назначили условный срок и домашний арест. Совет был крайне заинтересован в ребенке.
Мы сошлись с Василисой на компромиссе: я оставлю Накера в покое, но она прекратит общение с подругой.
Зато нашим частым гостем стал ее дружок студент-вундеркинд. Иногда я видел, как он бродит приведением по нашему замку, погружаясь в мысли и ничего не замечает вокруг. Он крайне тяжело перенес разрыв с белобрысой подружкой, и Василиса сильно переживала за друга. Я пытался втолковать ей, что первая любовь часто ни к чему не приводит, что Святозар успокоится и всё пройдет, что он еще встретит настоящую любовь.
Василиса смотрела на меня зелеными глазищами и доверительно сообщала, что я ее первая и единственная любовь. Я обводил пальцем контуры драконьей метки на хрупком плечике и поправлял: «истинная любовь». Потом нежно и долго целовал. За что мне такое счастье?
И тихо, искренне сочувствовал студенту. Его ждало блестящее будущее впереди. Если сможет собрать куски разбитого сердца.
Василиса упросила взять друга под личное покровительство. Единственное, что могло отвлечь его первое время от дурных мыслей –это ментальные тренировки. Он снова и снова с рьяным упорством тренировал блоки и защиту от проникновения в сознание. У него удивительно хорошо получалось.
Я прекрасно понимал студента, как мужчина мужчину, хотя мы и не обсуждали болезненную тему. Он находился под воздействием чар Рамины, когда его близким девушкам грозила опасность и ничего не мог сделать. Ему было жизненно необходимо почувствовать контроль, ощутить, что больше никто не сможет сломать его волю.
И я учил. Нападал на его сознание в неожиданные моменты, больно бил в уязвимые места. А Святозар становился сильнее и постепенно уверенность возвращалась к нему, а я проникался уважением.
Только студент никогда не улыбался.
Но большей частью моя голова была занята молодой рыженькой невестой, предстоящей свадьбой, а скорее будущим медовым месяцем, или целым «медовым годом». Это как пойдет. У нас, драконов, время воспринимается иначе.
Еще мне предстояло проделать огромную работу. Я твердо решил продвигать политический курс на сближение и расширение связей с людьми. И начал того, что первый вышел из тени.
Газеты и маг.сети взорвались крупной сенсационной новостью о том, что королевский придворный оказался родом из драконов и намерен укреплять сотрудничество с людьми. И первым шагом будет его свадьба с человеческой девушкой.
СПАСИБО БОЛЬШОЕ ЗА НАГРАДКУ!!! Это безумно приятно)))))