Ведьма для Архимага драконов (СИ)

Рябь в теле переросла в мелкие волны. Под ухом зарычал-застонал дракон, глухо, сквозь занятый рот, и наконец, наступила разрядка –волны собрались в одной точке и меня окатило цунами, на несколько секунд вышвырнуло из реальности.
Это, как с десяток женских наслаждений одновременно. Я даже перестала ощущать собственное тело. Осталось одно чистое, голое удовольствие –чувственный экстаз. Время замерло, а потом начался новый отсчет.
  
Сознание медленно опустилось на землю, вернулось в тело, напугав безумно ярким эмоциональным переживанием.
Сначала вернулся слух –я поразилась сладострастным стонам. Не сразу поняла, что они срывались с моих пересохших губ. Потом пронаблюдала за тем, как плотные зеленые жгуты завихрений тумана ввинчиваются спиралями в серое сумеречное небо, устремляются ввысь, впитываются в облака.
Я так и не повернула головы. Шаардан сжал меня в объятиях, впечатывая в свое тело. Его язык зализывал укус. Мужское тяжелое дыхание продолжало будоражить, усиливая приятное послевкусие. Меня потряхивало. Похоже, не меня одну.
Ох. Что это было? Спросить не успела.
Нежности разбились о звуки рыданий, доносившихся из-за разрушенной стены, увитой плющом ядовито-желтого оттенка. Рыдала Белка.
Я вздрогнула, постаралась унять дрожь и выровнять дыхание. Хватка дракона ослабла, теперь он едва касался плеча мягкими губами, одаривая мимолетными поцелуями.
-Пусти, -прохрипела, -Там Белка плачет.
Вывернулась, чуть не упала на ослабших ногах –Шаардан поддержал. Он тоже пытался отдышаться –грудная клетка ходила ходуном. Ярко желтый глаз светился не хуже ядовитого плюща, темно-синий завораживал глубиной.
С трудом оторвалась от лица злыдня, который пытался взять тело под контроль. Так необычно было наблюдать за живыми эмоциями на обычно суровом мужском лице.
Для начала я попятилась задом:
-Подруге нужна помощь.
Когда почувствовала, что могу стоять на ногах, развернулась и побрела к разрушенной каменной кладке. Шаардан не удерживал, но я слышала –шел следом.
Завернула за угол. Подружка сидела в пыли, на камнях, поджала коленки, уткнулась в них головой. Спина сотрясалась от рыданий.
Позвала:
-Эй, Белка. Ты чего рыдаешь?
Подруга приподняла заплаканное лицо, ненавистью полыхнули глаза.
 Глава 20 
Шаардан
Маленькая ведьма не выходила из головы.
Оставил рычащую Рамину на попечение архивариусу и кинул портал в Припять. Надеялся, ему удастся отвлечь внимание драконицы и занять чем-нибудь, чтобы не вмешивалась.
Наш план по выяснению имени заказчика, готового купить формулу и разрушить часть человеческого мира, трещал по швам. Столько усилий потрачено, чтобы усыпить бдительность наемников, втереться в доверие, взять под контроль Накера –и всё пошло насмарку.
В клубе ничего узнать не удалось. Дракон Накера, как с цепи сорвался, учуяв маленькую ведьму. И я мог его понять. Мой собственный дракон требовал рыжую, постоянно грыз изнутри, ворчал и раздражал, отрывая от дел.
Я не хотел отношений. Раны, оставленные Раминой еще не затянулись. Бывшая невеста появилась и разбередила притихшую боль, снова потопталась на чувствах, оставляя ныть уязвленное самолюбие.
Лживая, эгоистичная драконица, оказывается, просто играла, использовала родовую магию, которая вроде бы не должна действовать на драконов, а я верил и любил. Скорее был зачарован. Хотя, если бы изначально я к ней ничего не чувствовал, то и магия не подействовала бы. От этой мысли сердце болезненно сжалось.
Радовало, что тело перестало предавать и желание к Рамине остыло. Дракон хоть немного притих, успокоился, но настойчиво нашептывал, что причиной стали чувства к маленькой ведьмочке.
Стоило ступить в зеленый туман, и зверь снова взбесился –учуял рыжую бестию. Как она оказалась в Припяти? Опять ищет приключений. Что ей не сидится на месте?
Снова дракон не дал сосредоточиться на деле, пришлось искать маленькую заразу. Драконий слух уловил придушенные всхлипы, беспокойно заерзал. Что еще произошло?
Разглядел маленькую ведьмочку со спины –плечи поникли, голова опущена, всматривается в зеленый туман исподлобья.
Дракон принюхался. Опять ободранная. Сначала явилась чумазая, потом мокрая, теперь подранная и растрепанная. Кровью пахнет, похоже, локти и коленки содрала. Дракон заерзал, разевая пасть, требуя оставить метку.
Я махнул рукой –привел девочку в порядок.
Приблизился. Что это у нас тут происходит?
Разглядел собственное обнаженное тело с запрокинутой головой и Рамину на коленях, старательно работающую ртом. Меня передернуло от отвращения. Сначала даже подумал, что это мой кошмар воплотился: что тело снова предало и получает наслаждение с бывшей.
Стало противно. Сплюнул. Махнул рукой –развеять болезненную иллюзию.
Не получилось. Дошло, что туман воплотил страхи и переживания маленькой ведьмочки. Стоит, замерла, наблюдает, не в силах оторваться. И тихонечко плачет. Переживает. Ревнует. Мысль вызвала улыбку. Дракон заурчал, подтолкнул успокоить девочку.
А говорила, замуж за студентика хочет. Кольцо обручальное надела. «Ну, так мы это колечко кому-то в одно место засунем», -проворчал дракон.
Ага. Только формулу заберем. И сразу засунем. Чтоб неповадно было чужих ведьмочек замуж звать.
Дракон настойчиво урчал: «Моя».
Обнял сзади, зарылся носом в рыжие волосы. Хрупкие плечи вздрогнули, но маленькая бестия так и не отвела взгляда, завороженная происходящим.
Так, нечего зеленому туману развращать чужих ведьмочек. «Мы и сами с усами», - поддакнул дракон.
«Вообще-то, без усов», -хмыкнул в ответ, потерся отросшей щетиной о рыжую макушку. Мысль о развращении невинной ведьмы застряла в голове, вмиг окатив жаром.
Проскользил по руке, подтолкнул под локоток, прошептал:
-Развей болезненную иллюзию…
Она послушалась, я прижался сильнее:
-Моя взрослая ревнивая девушка, -не удержался, подразнил. Пришлось приложить усилие, чтобы развернуть.
Дракон меня дернул, стал совращать, предлагая занять место Рамины у меня между ног. Она так забавно возмутилась, но я уловил запах усилившегося возбуждения. Чувствительная девочка. Так мило стесняется. Как же сладко будет с ней в постели. Вытер мокрые щеки, залюбовался веснушками.
-Рамина –мое прошлое.
Задумался о настоящем и будущем. Оставить ведьму себе? Она от меня без ума. Дракон не нарадуется.
Рыжая девочка не смела поднять глаз. Зато подняла пальчик и потрогала драконью печать. Мурашки пробежались по телу, усиливая и без того возникшее напряжение между ног. Она видит дракона?
Зверь сделал кульбит, я еле удержался на ногах. Не мог поверить. Печать может увидеть только истинная. Дракон завопил, что это она и есть. Но я не верил в сказки. Отмел навязчивые идеи впечатлительного зверя. Просто девочка не знает куда деть руки от стеснения. Поглаживания пальчика продолжили посылать мурашки по телу.
Сжал ведьму сильнее. Оголенное плечико манило вцепиться зубами, оставить метку и проверить: а вдруг драконьи легенды –не сказки, и истинные пары существуют? Только рыжая девочка –не драконица. Это невозможно. А вдруг?
Дракон не унимался.
Губы тянулись к плечу. Я жадно вдыхал запах ведьмы. Сопротивляться притяжению стало невыносимо, я лизнул нежную кожу.
Не могу сказать, чего хотелось больше: поставить метку или инициировать ведьмочку, не дожидаясь согласия, прямо с обручальным колечком на пальце. Разбираться с тем, что там намудрил студент-вундеркинд с заклинанием на кольце не было ни времени, ни желания. Потом. А ведьмочку хочется прямо сейчас.
Дракон не давал опомниться. Подхлестывал и без того неудержимую страсть. Я ощущал себя мальчишкой, не способным удержать чувства под контролем. Рыжая бестия околдовала. Откуда она свалилась на мою голову?
Дулась. Так сильно подействовала иллюзия тумана?
Голову отворачивала. А нам с драконом только того и надо –голое плечико, тонкая шейка –облизал еще разок, распробовал как следует. Лучше бы не пробовал. Все, контроль окончательно сорвало, присосался в нежном поцелуе.